Калининский районный суд Петербурга продолжает рассматривать дело депутата Заксобрания Елены Раховой. Её, а также сотрудников 619-й школы, включая директора, судят за трудоустройство «мёртвых душ». Дело в суде уже полтора года, хотя почти все подсудимые вину не отрицают, а сама Рахова призналась частично. Теперь же её защита просит отправить дело обратно в прокуратуру, так как настаивает, что защищаться, по сути, не от чего — причастность Раховой не доказана.
«Фонтанка» писала, что с обысками в одну из лучших школ Калининского района нагрянули в апреле 2023 года. Проводили их и в квартирах директора Ирины Байковой, её зама, кадровички и депутата Заксобрания, которая до перехода в Заксобрание была замглавы администрации Калининского района. Следствие утверждало, что все они выводили деньги со счёта школы на карты людей, которые в ней по факту не работали. Происходило это с 2011 года до марта 2023 года. Ущерб оценили в 24 млн рублей. В «Единой России» тогда же сообщали, что членство депутата городского парламента Елены Раховой и на тот момент муниципального депутата Ирины Байковой (она же директор школы) приостановлено.
Во время судебного слушания подсудимые, работающие в школе, вину признали. В суде ранее допросили свидетелей, работавших в школе, которые подтвердили: «черная касса» была нужна для оперативных трат. Например, в 2022 году школе поручили срочно организовать отдых 400 детей из Мариуполя — чтобы купить им подарки, потребовались значительные средства.
В самом деле 7 эпизодов. Раховой вменяют участие в трудоустройстве знакомой её гражданского супруга Григория Колотова и её дочери. Колотов — президент Ассоциации плодоовощных оптово-розничных организаций Петербурга. Как рассказывала в суде Елена Белая, в 2009 году она решила найти работу для своей дочери, которая закончила учёбу и ничем не занималась. Мать хотела поспособствовать социализации девушки. После оформления документов и выдачи банковской карты дочь Белой отказалась работать. Банковскую карту мать вернула Колотову, но позже девушку снова трудоустроили в школу.
В суде 24 июня Рахова сообщила, что признает вину частично — она действительно несколько раз воспользовалась банковскими карточками Белой. «Я многими карточками пользуюсь, они лежат у нас в отдельном ящике, и на каждой пин-код. Там были карты его [мужа] рабочих, я думала, это одна из них. Карточка была затерта, я не увидела фамилию. Единственный раз разглядела, когда пыталась купить билет, я не смогла заплатить с этой карты, не пришел пин-код, покупка автоматически отменилась», — сказала Рахова. Она также сообщила, что у её гражданского мужа зарплата — около 300 тысяч.

В рамках характеристики личности она сообщила, что имеет ветеранское удостоверение участника боевых действий на СВО. Суммарно она провела там больше месяца, когда ездила вручать благодарности от Заксобрания Петербурга. «Фонтанке» Рахова сказала, что ей пришлось буквально отыскивать солдат по окопам, она была в нескольких километрах от линии соприкосновения. Её защита пояснила, что сейчас правила изменились и для получения ветеранского статуса гражданским лицам нужно провести на СВО больше полугода, но Рахова ездила, когда действовали старые правила — не менее месяца.
На судебном заседании адвокат Светлана Омельченко попросила суд вернуть дело в прокуратуру. «Следствием в обвинительном заключении абсолютно не мотивировано и в ходе предварительного расследования не доказано, что Рахова Е.А. спустя 1 (один) год и 10 (десять) месяцев после увольнения Белой А.В., действуя во исполнение вышеуказанного преступного умысла, не только предпринимала какие-либо действия в целях трудоустройства Белой А.В., но и знала о её повторном устройстве на работу в ГБОУ СОШ № 619», — говорится в ходатайстве.
Она подчеркивает, что свидетели при этом опровергали выводы следствия: «Органы предварительного расследования не отразили в обвинительном заключении обстоятельства, составляющие объективную сторону преступления и подлежащие доказыванию по уголовному делу».
С учетом изложенного, предъявленное Раховой Е.А. обвинение не может быть признано конкретным и понятным, соответственно, сторона защиты лишена возможности защищаться от него всеми законными способами и средствами, что приводит к нарушению её конституционного права на защиту.
Защита просит вернуть дело прокурору для устранения недостатков. Судя по всему, адвокаты рассчитывают, что в прокуратуре разделят эпизоды (сейчас и дело, и ущерб у фигурантов общие). И тогда как минимум один из эпизодов можно прекратить по срокам давности.















