С вас 39 миллиардов. Совладелица ПНТ должна заплатить за неосмотрительность чужого директора

На минувшей неделе кассационная инстанция постановила: Елена Васильева, владелица 45% акций «Петербургского нефтяного терминала», обязана компенсировать упущенную выгоду фирме, которая де-факто на аутсорсе занималась нефтетрейдингом для ПНТ. Разорвав с ней контракт, Васильева нанесла урон в 39 млрд рублей контрагентам, посчитала кассационная инстанция. «Фонтанка» понимает: этот иск — верный способ лишить предпринимательницу акций ПНТ. Вопрос лишь в том, кто и по какой схеме их получит.

История с 39 млрд рублей началась не сегодня давняя. Сам иск в первой инстанции подали владельцы 55% долей ООО «КТТ» супруги Дорошенко летом 2024 года, когда вовсю полыхал корпоративный конфликт двух равноуважаемых семейств Скигиных и Васильевых за контроль над ПНТ. Тогда первый суд иск удовлетворил, а спустя год апелляция решение отменила. С тех пор на терминале сменилось руководство и, казалось, про 39 млрд забыли.

Для компании КТТ 39 млрд рублей сопоставимы с 200 чистыми прибылями за 2021 год — последний полный год, когда она работала с ПНТ. Кроме того, претензии владельцев КТТ, на самом деле, предъявлены к своему гендиректору Антону Жаркову за то, что он не отстоял их интересы. А Елена Васильева появилась в суде потому, что якобы Жарков находился под ее влиянием.

«Я никогда не управляла ООО „КТТ“ и не могла контролировать решения его генерального директора или собрания участников и их самих, а доводы, которые убедили судей взыскать с меня 39 млрд рублей, наверное, сводятся к тому, что раз я владею 4538 акциями АО „ПНТ“, то их стоимость является достаточной, чтобы возместить КТТ убытки за счет лично мне принадлежащего имущества. Кроме того, никакой экспертизы, которая подтвердила бы реальность убытков КТТ на такую сумму, не было. Им просто поверили на слово», — рассказала Елена Васильева «Фонтанке».

К слову, выручка самого ПНТ — 8,6 млрд рублей. А у КТТ в 2022 году, когда еще действовал его контракт с терминалом, — 54 млрд. Из отчетности КТТ следует, что ПНТ не только обеспечивал его работой по торговле нефтепродуктами, но и непосредственно участвовал в его финансах: и сам кредитовал его на сотни миллионов рублей, и выступал поручителем по банковским кредитам на сопоставимые суммы. Причины, по которым ПНТ отдавал все вопросы нефтетрейдинга и более 50 млрд рублей оборота в год, вроде бы никак не связанной с ним фирме, никогда не раскрывались. Но есть подсказки.

Бенефициарным владельцем КТТ в ту пору официально назывался Роман Спиридонов, а супруги Дорошенко получили его доли только после расторжения контракта с ПНТ.

В 2020 году представители ПНТ через пресс-службу передали журналистам, что он является миноритарным владельцем терминала, наряду с Михаилом Скигиным и его семьей. Именно у них в прошлом году Генпрокуратура и забрала через суд акции, обратив их в доход государства. Однако никаких документальных свидетельств того, что Спиридонов действительно получил какие-то акции терминала, «Фонтанке» отыскать не удалось.

По версии Елены Васильевой, два равноправных партнера Васильев и Скигин еще в конце 2010-х годов привлекли Спиридонова в качестве менеджера для повышения оборотов и доходов ПНТ. За его работу ему была обещана миноритарная доля в компании. Которую он в будущем имел бы право выкупить за счет заработанных нефтетрейдингом денег.

Однако вскоре, когда Сергей Васильев тяжело заболел, а на российскую нефть в 2022 году были наложены санкции, Спиридонов вышел из состава бенефициаров КТТ, в котором генерировался основной денежный поток, проходящий через причалы ПНТ. Тем более что он пересох после решения Васильевой разорвать с ним отношения.

Без терминала, в самостоятельном плавании КТТ «уронил» выручку с 54 млрд рублей в 2022 году до 8 млрд в 2023-и и до 123 млн в 2024-м.

По мнению представителя Елены Васильевой Дмитрия Октысюка, все эти процессы в судах направлены на одно — отобрать у нее оставшиеся 45% акций ПНТ. И наложение на нее неподъемного требования в 39 млрд кажется вполне рабочим методом.

Логика «Фонтанке» видится такой: за решением суда следует исполнительный лист, затем приставы, затем наложение ареста на вообще все активы предпринимательницы. Деньги на банковских счетах списываются сразу же, но там даже близко нет сопоставимой суммы, чтобы покрыть требования КТТ, заверил «Фонтанку» Дмитрий Октысюк. Именно 45% акций ПНТ — главный актив Елены Васильевой.

Кем бы ни был будущий покупатель 45% акций ПНТ на торгах, ему надо оказаться в хороших отношениях с нынешним руководством компании, назначенным в декабре Росимуществом. По совпадению, все они так или иначе связаны с компанией «Росхим», управляющей от имени государства активами «Башсоды», отобранной в свое время Генпрокуратурой у прежних частных владельцев по схожей с ПНТ схеме, а также активами Алексея Митюшова, который также не по своей воле был вынужден передать свои нефтехимические предприятия государству.

Дальше интересна судьба денег, вырученных от продажи акций Васильевой. Технически они должны перейти на баланс ООО «КТТ». Семье Дорошенко там принадлежит только 56,25%. Остальное — у Елены Зубаревой, которая в судах заявляла, что не согласна с требованиями 39 млрд у Васильевой.

Это все тоже очень непростой сюжет, который должен завершиться либо переуступкой права требований к Васильевой какому-то заинтересованному лицу — тому же покупателю 45% ПНТ, либо переходом КТТ во владение неких других предпринимателей за определенное вознаграждение Дорошенко и Зубаревой. Ну, или следует предполагать распределение этой гигантской суммы между ними в виде дивидендов.