Герои (не)нашего времени. О чем новый спектакль БДТ, возмутивший анонимную «общественность»

14775

Андрей Могучий поставил спектакль, который исследует истоки сегодняшней российской реальности и проверяет способность современного зрителя видеть шире законов своей эпохи.

ПоделитьсяПоделиться

В БДТ прошел блок предпремьерных показов нового спектакля Андрея Могучего «Материнское сердце» по мотивам рассказов Василия Шукшина, философских текстов Николая и Елены Рерих и стихотворениям Козьмы Пруткова — и это только те имена, которые вынесены в афишу, авторы, чьи непосредственные тексты звучат в спектакле.

При этом можно перечислить еще немалое количество других мотивов, нашедших явное отражение в спектакле, но не только в литературной его части (автор сценария Светлана Щагина), а в части визуальной, в прорастающих образах сквозных героев, в гриме, в фамилиях, в звучащих вопросах. Гоголь, Радищев, Гёте, Данте, Булгаков, хит поздней советской анимации «Падал прошлогодний снег» и даже сугубо театральные аллюзии найдутся для знатоков — Андрей Могучий и его традиционный соавтор Александр Шишкин создали плотнейшее интертекстуальное сценическое полотно, в котором просто невозможно рассмотреть все с одного раза. Этот спектакль требует внимания, включения, трудной работы как интеллекта, так и эмоционального аппарата.

И это неслучайно, ведь и вопрос, который исследует спектакль, прямо скажем, непрост: «Так что же есть такое русский человек?»

Звучит он еще в театральном прологе, до того, как поднимется занавес, а произносит его персонаж со множеством лиц, скользкий, переменчивый, начинающий прямо из зрительного зала, отстраненно и иронично вводящий нас в ткань спектакля. В программке он зовется Чичиковым — «аферистом, жуликом, представителем потусторонних сил». Играет его абсолютно блестяще Андрей Феськов, и за 4 часа 20 минут сценического действия этот герой совершает метаморфозу от насмешливого интеллектуала с подчеркнуто ленинградским акцентом и снисходительностью, в произношении имен цитирующего знаменитую «Людк, а Людк!» из народного хита «Любовь и голуби», до избитого, окровавленного Черта с хвостом и звериными повадками, прорвавшегося наружу сквозь сбой в системе, который ни за что не позволит «птице-тройке» улететь куда-то без него.

Собственно, этот персонаж от театра и есть, судя по всему, повод для громких претензий, что успела уже предъявить БДТ недремлющая агрессивная общественность. Ведь убери его, не забывающего подчеркивать, что «Мы в театре!», и останется русская одиссея, очень честно, до слез, сыгранная потрясающей труппой БДТ. Все отстраняющие приемы — накладные носы, кинематографичный свет, сложный саунд, сюр сна — обрамляют путешествие по тоскливой и лишенной смысла и возможностей российской глубинке в Москву (конечно же, придуманную, как придумывают ее вот уже сколько столетий жители нашей страны, потому и Кремль нарисован, как в мультике, а Красную площадь обозначают разномастные куски красной ткани тут и там).

Сквозной сюжет крайне прост: сын по пьянке ударил милиционера по голове, и мать отправляется в путь, чтобы уберечь его от «беды», как она называет неминуемый тюремный срок за совершенное преступление. Старенький мотоцикл «Урал» (в натуральную величину) несет ее от человека к человеку, разворачивая перед нами истории пьющих, нетолерантных, не самых умных и уж точно не самых счастливых людей в довольно несчастливых обстоятельствах.

А вперемешку с человеческими историями еще и сны мистические снятся Авдотье Громовой. Плацкартный вагон (почти в натуральную величину!), наполненный солдатиками, что едут в Москву за наградой, оказывается наутро пустым, и тут уж знакомые каждому, кто хоть раз ездил в этом чуде советской экономики, голые пятки, свисавшие с полок, видятся уже иначе, только бирок на больших пальцах не хватает…

ПоделитьсяПоделиться

При этом каждая встреча играется со стопроцентной актерской правдой и верой в существующие обстоятельства, отсюда острая пронзительность основных сцен. То, что невозможно подделать, — слезы на глазах паромщика Филиппа, потерявшего свою единственную любовь (Юрий Ицков), срывающийся голос Андрея, чей сын пытался застрелиться (Анатолий Петров), дрожащие губы [мертвого] солдата Ильи, рассказывающего о встрече с Божьей Матерью Земли, которая «за всех нас молится» (Александр Кононец), горькое прозрение Витьки Громова, вдруг понявшего жизнь (Григорий Чабан).

Андрей Могучий поместил лучшее в русском психологическом театре в обрамление привычной современности иронии, провоцируя зрителя, как сделал несколькими сезонами ранее его коллега Константин Богомолов (чьи черты тоже при желании можно обнаружить в образе Чичикова), выбрать, какими глазами и через какую призму смотреть на шукшинских героев. Судить их по законам сегодняшнего времени — и ни у кого из них не будет шансов, начиная с главной героини, которая пытается «отмазать» сына, прощая ему преступление, потому что пьянка, потому что обидели, потому что применения ему не было.

Андрей Могучий поместил лучшее в русском психологическом театре в обрамление привычной современности иронии, провоцируя зрителя

Героиня Нины Усатовой окружена словно двумя «четвертыми стенами» — глядя все время перед собой, подгоняемая материнской болью, она как будто застыла в своем горе; туда, за эту стену, не то что зрителю не проникнуть — иногда и таким же, как она, горемычным, трудно пробиться.

Но нам-то, нам-то из зрительного зала видно все, и не замеченной не остается и тоска «лишнего человека», вдруг во сне явленная матери, — тоска, в которой и рождается страшное: «Хоть бы война началась!..» И что простая малограмотная женщина, та самая собирательная Вера Петровна, сегодня сама обвиняемая в том, что поддерживает прогнившую систему, снова и снова сворачивает со своего пути, чтобы помочь другим людям, помочь вопреки своей нужде.

Огромное эпическое полотно выткал БДТ на своих подмостках. Новый былинный эпос с героями, плутающими по земле русской, плутающими и страдающими. Героями, так непохожими на тех героев, о которых грезим мы, жители столичных городов, но героями, которыми полнится эта земля. Бедно, разбросанно и неприютно на ней, и рассветы здесь, как пожары, что каждый день разгораются снова и снова, и исхода с этой земли нет. И только железная птица-тройка, покачиваясь, продолжает свой бесконечный путь.

Юлия Осеева, специально для «Фонтанки.ру»

Больше интересных новостей в нашем официальном телеграм-канале «Фонтанка SPB online». Подписывайтесь, чтобы первыми узнавать о важном.

© Фонтанка.Ру
ЛАЙК10
СМЕХ0
УДИВЛЕНИЕ0
ГНЕВ4
ПЕЧАЛЬ3

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях.Присоединяйтесь прямо сейчас:

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии (4)

Могучий экшен напрягает пустоту.
Если не разъяснить, то, видимо, кажется глупостью. Даже в БдТ.

Все спектакли Андрея могучего можно и нужно смотреть.

Короче, можно и не смотреть.

close
close