Великое переселение отрядов. В ростовских учреждениях ФСИН кончились места из-за пленных с Украины

В Ростовской области освободили ближайшие к границе учреждения ФСИН. Источники 161.RU в силовых структурах и правозащитники утверждают: там разместили украинских военных, захваченных в Мариуполе и Донбассе. Корреспондент 161.RU Ирина Бабичева рассказывает, что происходит там и в других исправительных учреждениях, которые оказались переполнены из-за потока военнопленных с Украины.

— По официальной информации, [заключенных и арестованных] вывезли подальше от границы, потому что они находились близко. Разместили их по разным СИЗО. Из-за этого перелимит, не хватает спальных мест, — говорит председатель региональной Общественной наблюдательной комиссии Игорь Омельченко.

Почти 400 подследственных из Таганрога распределили по остальным СИЗО изоляторам региона: в ростовский СИЗО-1 на улице Максима Горького, в СИЗО-4 на Большой Садовой, СИЗО-5 на улице Тоннельной, а также СИЗО-3 Новочеркасска.

Омельченко посещал изоляторы с переселенцами и видел, что в учреждениях людей намного больше, чем спальных мест. В Новочеркасске правозащитник застал арестованных за варкой кроватей: тех, что стояли в учреждении, не хватило. Пока коек не было, люди спали на матрасах на полу.

«Все вопросы — в Москву»

Напротив СИЗО-2 в Таганроге — частные дома. Жильцы признаются, что видели рядом с изолятором военную технику. Около месяца назад армейские автомобили перестали парковать у ворот. Незадолго до этого основатель Gulagu.net Владимир Осечкин опубликовал фотографию таганрогского СИЗО. На снимке перед забором СИЗО припаркованы два автомобиля — машина военной полиции и армейский борт, в котором перевозят людей. На кабине нарисована огромная буква Z.

Корреспондент 161.RU провел перед изолятором несколько часов. Периодически ворота учреждения открывались для гражданских и служебных машин — и тогда было видно, что за воротами припаркованы автомобили военной полиции. Днем в «пустом» СИЗО приоткрывают окна, вечером включают свет. Местные считают, что украинцев сюда привозят ночью, когда все вокруг спят.

— Прикомандированные сотрудники ФСБ живут в помещениях комнат длительных свиданий. То есть это структурное, системное решение: их расквартировывают, чтобы они находились внутри учреждения, постоянно всё контролировали, и в то же время было невозможно отследить, как они заходят и выходят из учреждений. Координирующий орган здесь — ФСБ, — отметил Осечкин в комментарии 161.RU.

Со ссылкой на свои источники Осечкин утверждает, что сотрудники спецслужб находятся в Ростовской области в командировке. Так и с другими изоляторами: в них работают люди, прибывшие из других регионов. Источник 161.RU в ГУФСИН подтвердил эту информацию и добавил, что руководство изолятора в Таганроге остается на месте и участвует в селекторных совещаниях.

В Ростовскую область среди прочих привезли украинских военных, сдавшихся на 82-й день обороны мариупольского завода «Азовсталь», сообщил 161.RU источник в силовых структурах. По его словам, в Таганрог оттуда привезли 89 человек. Силовик отметил, что пленные важны для обмена.

Эти данные подтверждает руководитель региональной ОНК Игорь Омельченко. Он уточняет, что с пленными работают федеральные структуры — ФСИН, ФСБ и СК.

— Они [военнопленные] в СИЗО-2 находятся. У нас, туда доступа нет, потому что они не арестованы. Они военнопленные, это другой статус. <…> Под 90 [человек было], — заявил Омельченко.

Директор департамента транспорта Ростова Вадим Шкабарня в конце мая сообщил, что ростовские городские автобусы послали в Мариуполь для эвакуации украинских военных с «Азовстали». Чиновник уверял, что машины вернутся на линию после дезинфекции.

Часть водителей специально нанимали для перевозки военнопленных — предлагали два дня работы, а в итоге вышло четыре. Голосовое сообщение одного из шоферов Владимир Осечкин переслал корреспонденту 161.RU. По его словам, украинцев повезли в одну из закрытых колоний Еленовки (в ДНР) — специально для них учреждение вновь открыли.

Пресс-секретарь международного комитета «Красного Креста» в России Галина Бальзамова подтвердила 161.RU, что отделение наблюдает за соблюдением прав человека как может:

— Мы посещаем как российских военнопленных в Украине, так и украинских — в России, — сказала Бальзамова.

Официально ФСИН не комментирует информацию о военнопленных, содержащихся в исправительных учреждениях Ростовской области.

Все вопросы об украинцах адресуются в Москву, а федеральное ведомство не отвечает и своим региональным подразделениям отвечать не велит, говорит источник 161.RU в ГУФСИН. Собеседник редакции предполагает, что так в ведомстве стараются избежать провокаций: от сообщений о минировании до забрасываний учреждений с пленными краской.

Популярная теория — что военнопленных держат в ростовском «централе», СИЗО-1 на улице Максима Горького. Председатель регионального ОНК это опровергает.

— Во-первых, уровень не тот — с военнопленными работают спецслужбы, поэтому никто их сейчас не поместит к обычным гражданам, — говорит Омельченко. — Второе, почему их не могут поместить в обычное СИЗО: там содержатся люди, по которым уже есть решения суда. Они арестованы. По военнопленным никакого ареста нет: у них другой статус, их в принципе не могут поместить в это СИЗО. Третье — там мест нет совершенно. Вообще нет. Своих негде размещать, а этих — тем более.

Он добавил, что если суд изберет кому-то из пленных меру пресечения как подозреваемому в совершении преступления, то такого украинца могут поместить в СИЗО с россиянами — в спецблок. Пока таких случаев нет.

Проблемы с лимитом изоляторов в Ростовской области хронические, сообщил источник 161.RU в региональном подразделении ГУФСИН. В девяностые в ростовских СИЗО содержались в три-четыре раза больше арестованных, чем было положено. Ростовский «централ» рассчитан не более чем на тысячу человек. И до февраля 2022 года в изоляторах было мало мест.

Творог для двух бригад

Освободили не только таганрогский СИЗО. Весной заключенных вывезли из каменск-шахтинской исправительной колонии № 12. Осужденных отправили в ИК-10 в Ростов-на-Дону, уточнил Омельченко. Кроватей там хватило впритык.

Единственный содержательный комментарий ГУФСИН по Ростовской области, который удалось получить редакции 161.RU, связан именно с ИК-12.

— В связи с проведением в ИК-12 капитального ремонта коммунально-бытовых объектов, системы центрального отопления, канализационной и водопроводной сетей осужденные данного учреждения на время ремонта были распределены в другие исправительные учреждения Ростовской области соответствующего режима содержания, — сообщили в ведомстве в марте.

Сотрудники колонии при этом дают путанные ответы. Когда корреспондент 161.RU попытался попасть в ИК-12. Несколько фсиновцев, не отвечая на вопросы о пленных, подтвердили, что в учреждении все-таки остались некие заключенные.

— Заключенные здесь продолжают находиться?

— Не все, но продолжают.

— Ремонт же надо кому-то наводить.

— Вам же сказали в пресс-службе, у нас тут ремонт небольшой.

— А сколько осталось человек?

— Сколько осталось, б***ь? Зачем вам, сколько осталось? Две бригады работают.

Заключенный из батайской ИК-15 рассказал, что со складов и отрядов в учреждении весной вывезли почти все свободные кровати. Сотрудники колонии сказали осужденным, что кровати повезут именно в каменскую ИК-12.

При этом к началу лета не объявлены госзакупки на ремонт ИК-12 или СИЗО-2.

Единственное учреждение ГУФСИН по Ростовской области, получившее положительное заключение на проведение капремонта, — то самое СИЗО-3 в Новочеркасске, где арестанты из-за перелимита варили себе кровати. Заключение подписали 29 апреля, следует из ЕГРЗ.

При этом, согласно данным системы «Контур.Фокус», каменская ИК-12 все-таки запланировала небольшой ремонт в 2022 году. Учреждение собиралось купить четыре двери и три перегородки, 45 пар перчаток, 26 защитных костюмов и 15 пар нарукавников. Но эту закупку пока не объявили. В прошлом году ИК-12 приобрела стройматериалы для ремонта инженерных сетей и помещений.

Вместе с тем 9 марта — спустя неделю после заявления пресс-службы ГУФСИН о вывозе всех заключенных из колонии — администрация ИК-12 закупила 374 килограмма творога. Согласно контракту, подрядчик до конца года должен поставлять его раз в неделю. А в конце марта колония закупила 18 тысяч галет и 300 упаковок печенья. По контракту, подрядчик должен был привезти продукты еще в апреле.

Как лечат военнопленных?

В середине апреля — задолго до взятия «Азовстали» — председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин официально признал, что в России содержат более тысячи украинских военнопленных.

— Продолжается работа с военнослужащими, сдавшимися в плен. На территории России их содержится более тысячи. Подавляющее большинство допрошено следователями, — отмечено в пресс-релизе СК по итогам совещания Бастрыкина в Ростове. Более свежих данных ведомство не публиковало.

Пленных, которых поместили в учреждения ГУФСИН Ростовской области, в тюремную больницу МОТБ-19 не привозили. Сотрудник больницы сказала, что раненых военных лечат в военном госпитале на улице Дачной, в районе Военведа.

Находятся ли в госпитале украинцы, медику неизвестно. Но практика, когда в одной больнице лечат и российских военнослужащих, и украинских, существует, говорит уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова. Она сообщила, что месяц назад летала в Севастополь навестить украинских пленных.

— Была в госпитале, где раненые украинские пленные. Ознакомилась с комплексом лечения, который каждый проходит. Там были офицеры и не офицеры. Они обратились ко мне с просьбой связаться с их родственниками, сообщить об их судьбе, сказать, что они живы. Условия у них хорошие, у каждого спальное место с одеялом, постельным бельем, которое меняется, четырехразовое питание, литература, телевизор. <…> В этом госпитале на одном этаже лежат и военнослужащие России, и военнослужащие Украины. И им абсолютно одинаково дается комплекс лечения, одежда, вплоть до нижнего белья, носков, — сказала Москалькова корреспонденту 161.RU.

Омбудсмен добавила, что военнопленные, которых она видела, живут в казармах на территории одной из воинских частей. Комнаты для них освободили.

В Ростовской области Москалькова пленных не навещала. Анатолий Харьковский, уполномоченный по правам человека в Ростовской области, также не беседовал с украинскими военнопленными и не знает, навещал ли их вообще кто-нибудь из правозащитников. По его словам, «это по сути дела закрытая тема».

— Всё дело в том, что пленными занимается только Москалькова. Там есть допуски, кто может [их посетить], — отметил Харьковский. — Это не то СИЗО [в Таганроге], о котором мы вообще привыкли говорить. Это совсем другой статус, который ко мне никакого отношения не имеет. Это военнопленные — это военный прокурор и так далее.

— Пленные остаются военнослужащими. Они не являются осужденными, — говорит священнослужитель и правозащитник Григорий Михнов-Вайтенко. — Они должны быть помещены в особый лагерь, где номинально сохраняются даже воинские дисциплины. Они должны получать посылки, письма, у них должна быть свобода общения — по нынешним временам, это телефонная связь. Строго говоря, все понимают, что они находятся там ровно до того момента, пока [спецоперация] не закончится или их не обменяют.

Правозащитник считает, что обе стороны по части военнопленных «ведут себя неаккуратно». Михнов-Вайтенко считает, что планы по содержанию военнопленных заранее не разрабатывали, поэтому и задействовали учреждения ФСИН.

Допуск к посещению пленных есть у трех гражданских структур: международного комитета «Красного креста», уполномоченного по правам человека и церкви — при условии, если военнопленный попросил о встрече со священником.

— Мне бы представлялось правильным, чтобы существовали подробные отчеты: где эти люди находятся, какое количество из них подозревается в совершении воинских преступлений, что будет с точки зрения того, что государства делают для их безопасности или для безопасности граждан своей страны. Это не просто разрозненная толпа уголовников, которых собрали в одном месте, и они друг с другом едва знакомы. Это слаженные воинские подразделения. Какие-то ответы должны быть, чтобы и общество, и родственники могли быть спокойны, — считает Михнов-Вайтенко.

Суд без дела

Пленных, которых уличат в участии в признанных Россией экстремистскими организациях или воинских преступлениях, будут судить в Южном окружном военном суде (ЮОВС), сообщил источник редакции в силовых структурах. В мае дела в ЮОВС стали рассматривать в ускоренном темпе, уточняет собеседник 161.RU в адвокатской среде. По словам юриста, судьи готовятся к массовому поступлению уголовных дел в отношении украинских бойцов, попавших в плен весной 2022 года.

— Дела в Северо-Кавказском окружном суде (так он назывался до 2019 года. — Прим. ред.) вот прям гонят, ускоряют, — говорит адвокат. — Видимо, через месяц или два начнут готовить к рассмотрению [дела граждан Украины]. Это же будет большой объем, большое количество судей будет задействовано.

В пресс-службе Южного военного окружного суда признали, что нагрузка увеличилась, но дела против украинских военнопленных они пока не получали. Всё будет зависеть от статьи, которую определят следователи. Если военнопленного обвинят в терроризме или экстремизме, то судить будут в ЮОВС, подтвердили в пресс-службе.

— Настолько ситуация внезапная и необычная, что сейчас даже лидеры мнений юридического сообщества замерли, — говорит адвокат Алексей Федяров, руководитель правового департамента благотворительного фонда «Русь Сидящая». — Ссылаться на какую-то практику невозможно. Всё это, казалось бы, дела давно минувших дней. Из правового регулирования у нас остаются только четыре Женевские конвенции 1949 года, которые подписала Россия. В России и Украине они действуют с 1954 года и должны соблюдаться.

Он подчеркивает, что по конвенции не запрещено уголовное преследование военнопленных. В их отношении можно возбуждать уголовные дела, расследовать, направлять в суд, осуждать. Федяров говорит, что ограничения следующие:

• процесс должен соответствовать нормам и требованиям, предъявляемым к уголовному процессу и к праву в стране;

• наказание должно быть за преступления, которые предусмотрены законом и в родной для обвиняемого стране;

• наказание не может быть жестче, чем в той стране, откуда обвиняемый родом.
  

— Это же распространяется и на гражданских, которые участвовали в обороне — они тоже приравниваются к военным с точки зрения Женевской конвенции, — сообщает Федяров.

Адвокат Рустам Мухамадеев предположил, что, кроме этих статей, военнопленных украинцев может ожидать преследование за преступления против общественной безопасности, преступления против основ конституционного строя и безопасности государства, преступления против мира и безопасности человечества.

Согласно Уголовному кодексу, судить по этим статьям можно, если:

• иностранный гражданин или лицо без гражданства совершил преступление вне пределов Российской Федерации,

• преступление направлено против интересов РФ либо гражданина России;

• иностранный гражданин или лицо без гражданства не были осуждены в иностранном государстве и привлекаются к уголовной ответственности на территории РФ.
  

При этом формулировка «против интересов РФ» расплывчата, поэтому обвинение должно доказать реальную связь посягательства с государством.

— Рассмотрение указанных дел, скорее всего, будет проходить либо в Южном окружном военном суде, либо в Ростовском областном суде. Полагаю, что с учетом положений Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными пленные за сам факт их участия в вооруженном конфликте привлекаться к ответственности не будут, — считает Мухамадеев.

— Это всё теоретические изыски, потому что практики нет ни у меня, ни у моих коллег, — подчеркивает Алексей Федяров. — Ориентируемся на нормы международного права и пытаемся выстроить алгоритмы, но все покажет жизнь. Я, например, не представляю, как могут расследовать уголовные дела в отношении двух тысяч обвиняемых. Я такого не встречал вообще за всю историю человечества. Нам такого не преподавали.