08.01.2020 12:00
1

Андрей Константинов. Фронтовая любовь. Часть четвертая

"Фонтанка" завершает публикацию киносценария Андрея Константинова "Фронтовая любовь".

Ольга Быстрова
Ольга Быстрова

Первую часть сценария можно прочитать здесь.

Вторую часть сценария можно прочитать здесь.

Третью часть сценария можно прочитать здесь.

Анна Колесниченко


1.93. МОСКВА. ОСТАНКИНО. НАТ. ДЕНЬ.

Панорамный (зимний) взгляд на окрестности и здание телецентра с постепенным наездом камеры на окна кабинета Элеоноры.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Кто знает, были те слова президента дежурным комплиментом или же он и в самом деле высказал искреннее пожелание? В любом случае — он озвучил мысль. А всё сказанное «Самим» воспринимается как однозначное «Есть!»… И чуть ли не на следующий день наши телебоссы спустили указивку креативщикам разработать концепцию нашей с Элеонорой будущей авторской программы. Благо с таким бэкграундом пристегнуть к ней спонсоров не составляло труда. Что говорить, если даже господину Розову пришлось наступить на горло собственным принципам…

 

1.94. МОСКВА. ОСТАНКИНО. КАБИНЕТ ЭЛЕОНОРЫ. ИНТ. ДЕНЬ.

Элеонора сидит за столом в своём кабинете. Напротив неё некий подчинённый, которого она продолжает распекать.

ЭЛЯ

Олег Николаевич! Вы можете мне внятно объяснить: почему на вчерашнем мероприятии у нас в работе находились целых три камеры, но при этом в эфир всё равно пролезла картинка, снятая на мобильник? Откуда вообще взялась эта запись? Хочется верить, не цельно стырена с Ютьюба?

ПОДЧИНЁННЫЙ (Засопев.)

Обижаете, Элеонора Сергеевна. Это Осипян лично, на свой айфон подснял.

ЭЛЯ

Как это мило с его стороны! Так, может, вам операторов на выезды и не брать вовсе? Пусть корреспонденты всё сами на планшеты и айфоны пишут?! А какая экономия для канала!

В кабинет, деликатно постучавшись, но не дожидаясь ответного отзыва-приглашения, заходит Розов.

ЭЛЯ (Удивлённо.)

Юра?

ПОДЧИНЁННЫЙ (Потрясённо.)

Здрасьте.

ЭЛЯ

Ты как здесь? (Встревожившись.) Что-то случилось?

РОЗОВ

Нет-нет. Не волнуйся. Всё в порядке.

ПОДЧИНЁННЫЙ

Элеонора Сергеевна, я, пожалуй, пойду тогда? В аппаратную?

ЭЛЯ (Рассеянно.)

Да-да, идите… (Вспоминает, что она босс.) Но имейте в виду! К этому разговору мы ещё вернёмся.

Подчинённый почтительно уходит, искоса бросая заинтригованные взгляды на Розова он впервые видит олигарха такого масштаба столь близко.

РОЗОВ (С усмешкой.)

Строга, мать! Строга!

ЭЛЯ (Вопросительно.)

И всё-таки? Откуда ты? Весь такой — один и без охраны?

РОЗОВ

Охрана в коридоре… А я… Да вот, заезжал к вашему шефу. А после разговора с ним решил к тебе заглянуть. Я ж до сих пор не видел твоего нового кабинета.

ЭЛЯ

И как тебе?

РОЗОВ

Просторно. Опять же — вид из окна неплох… Но интерьер оставляет желать, слишком казённый… На днях подошлю нормального дизайнера.

ЭЛЯ

А что у тебя за дела с Кулом?

РОЗОВ (Чуть смущённо.)

Ну, не то чтобы дела — так, делишки… Это по поводу новой программы.

ЭЛЯ

Понятно. Куй железо, пока горячо?

РОЗОВ (Пряча глаза, виновато.)

Бельчонок, я… Я понимаю, что после всех этих сирийских… хм… историй… Что тебе… э-ээ… некомфортно, даже и страшновато что-то новое мутить… Да я и сам, как ты помнишь, всегда был против твоих командировок…

ЭЛЯ

Вот именно. Потому-то меня и удивляет твой неподдельный интерес к этому проекту.

Разумеется, в данном случае Элеонора лукавит. Она прекрасно всё понимает. Но ей хочется выступить в этой истории «жертвой обстоятельств». Чтобы супруг, чувствуя за собой вину, уговорил, подписал её на то, против чего она сама отныне ничуть не возражает.

РОЗОВ (Нехотя.)

Ты же понимаешь, Бельчонок… Любой намёк на пожелания Верховного у нас воспринимается как некая… хм… обязательность…

ЭЛЯ
И…?

РОЗОВ (Болезненно.)

Похоже, всё-таки придётся вам с Митей… Вот и Кул так считает. А до него я успел переговорить с несколькими очень влиятельными людьми… В общем, тема подхвачена…

ЭЛЯ (Насмешливо.)

Ах, даже уже и подхвачена?

РОЗОВ

Эля, речь пока идёт лишь об одном сезоне, не более! А дальше — это ещё вилами по воде. Время и рейтинги покажут… (Оправдывается.) Нет, ты не подумай! Если ты скажешь категорическое «нет», разумеется, ничего не будет… (Сбивчиво.) Но всё-таки хочется, чтобы ты как-то… по-взрослому отнеслась к сложившейся ситуации… Не мне тебе рассказывать, что бизнес у нас в стране, к сожалению, очень сильно завязан на государство. А государство, в свою очередь, персонифицировано в президенте. Он у нас — и верховная, и духовная, и всякая прочая скрепа… Понимаешь, о чём я?

ЭЛЯ

Понимаю.

РОЗОВ

И каким в таком случае будет твоё решение?

Элеонора берёт паузу на как бы принятие как бы непростого для неё решения.

ЭЛЯ

Хорошо. Если уж, как ты говоришь, тема всё равно подхвачена — я согласна.

РОЗОВ (Светлеет лицом.)

Спасибо, Бельчонок… Твоё принципиальное согласие — это… Считай, это своего рода твой вклад в наш общий семейный бизнес…

ЭЛЯ

Даже так? Ну, допустим. Допустим, мне есть ради чего страдать. А Митя? Ему-то это зачем?

РОЗОВ (Задумывается вслух.)

Думаю, с ним проблем быть не должно. Он — нормальный, с понятиями мужик. В конце концов, действительно, пробьём ему прибавку к окладу. Опять же — командировочные по двойному тарифу… В накладе всяко не останется! Самое главное, что у вас отношения наконец наладились!

ЭЛЯ (Невольно усмехнувшись.)

О… Это да!.. Наладились… (Прикусывает губу, чтобы не сказать большего.)

 

1.95. МОСКВА. АРБАТ. НАТ. ВЕЧЕР.

Вечерний зимний Арбат как сплошная яркая гирлянда, в огнях которой фланирует преимущественно праздная публика. Сыплет лёгкий снежок. Ольга стоит под одним из уличных фонарей, чуть ёжась и притопывая легко оделась. Они с отцом договорились о встрече, но Митя опаздывает.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

В общем, не было бы счастья — да несчастье помогло. Нас с Элеонорой к тому времени вштырило так, что все былые принципы, комплексы, нормы приличия и обязательства напрочь снесло могучим ураганом… Разрушительным ураганам принято присваивать женские имена. Имя персонально нашему — «Страсть». Отныне нам было всё равно: где, когда и в каких декорациях. В дешёвом мотеле, в Элином кабинете, в прифронтовой полосе — всё едино, лишь бы… А теперь судьба распорядилась так, что нас чуть ли не силой толкали в объятия друг друга. Ещё и обеспечивая при этом комфортные условия приватности…

Густо запорошенный снежком, с виноватой улыбкой откуда-то из сумерек перед Ольгой выныривает Митя.

МИТЯ

Прости, ребёнок! Виноват, заглажу.

ОЛЬГА

Да ладно. Звёзды не опаздывают — они задерживаются.

МИТЯ

Снова глумишься? Просто никак припарковаться не мог. Даже всё платное — под завязку. Замёрзла?

ОЛЬГА

А сам как думаешь?

МИТЯ

Всё, быстро пошли греться.

ОЛЬГА

Как обычно? В твою чайную?

МИТЯ (Фыркнув.)

Обижаешь! Сегодня я веду тебя в исключительно пафосное место! Прошу! (Подставляет локоток.)

ОЛЬГА (Хмыкнув.)

Ого! Я ж говорю — звезда! (Берёт отца под руку.) Хоть бы заранее предупредил! Я бы оделась поприличнее…

Эти двое выходят из-под света фонаря и потихонечку растворяются в сумерках и в толпе.

 

1.96. МОСКВА. РЕСТОРАН. ИНТ. ВЕЧЕР.

Отец и дочь ужинают в интерьерах действительно пафосного заведения и продолжают общение.

ОЛЬГА

А в чём концепт-то?

МИТЯ

Ишь ты! Какие мы слова знаем!.. В общем, по замыслу наших боссов, мы с Элей…

ОЛЬГА (Перебивает, пародирует.)

Ишь ты! Какие мы слова знаем! А раньше, помнится, была «мадам Розова»?

МИТЯ (Крякнув.)

Ох и язва ты, Олька! Ну, хорошо, мы с Элеонорой Сергеевной будем ездить по экзотическим странам. Тем, которые в силу своей… хм… специфики не относятся к местам паломничества туристов — что наших, что импортных. От нас… (Акцентирует.) с Элеонорой Сергеевной требуется авторский взгляд изнутри. На бытовом, грубо говоря, уровне.

ОЛЬГА

Круто! А как будет называться программа?

МИТЯ

«Дороги, которые мы не выбираем».

ОЛЬГА (Авторитетно резюмирует.)

Банально. Длинно. И отдаёт плагиатом.

МИТЯ (Пожимает плечами.)

Возможно, когда дело дойдёт до монтажа пилотных выпусков, родят что-то более изящное.

ОЛЬГА

А где планируются съёмки пилотов?

МИТЯ

Первый выезд — Мадагаскар, Сомали и Эритрея. Дальнейшее — в стадии обсуждения. Скорее всего, что-то южноамериканское.

ОЛЬГА

Обалдеть! Па, как я тебе завидую!

МИТЯ (Как бы назидательно.)

Зависть — есть смертный грех!

ОЛЬГА

Так она же у меня белая. Не то что у мамы.

МИТЯ (Насторожившись.)

А что мама?

ОЛЬГА

С тех пор, как ты превратился в федеральный инфоповод, она… Про «локти кусает» врать не буду, не видела, но ногти грызёт.

МИТЯ

А как там её Валерик, он же стартапер, поживает?

ОЛЬГА (Фыркает.)

А стартапер, похоже, просрал все свои стартапы.

МИТЯ (Как бы сурово.)

Фу! Что за выражения! Да ещё из уст человека, который собирается поступать на журфак! (С надеждой.) Или, может, ты передумала?

ОЛЬГА

И не надейся! Во-первых, куда ещё податься несчастному телеребёнку?! А во-вторых… Уж теперь-то — сам бог велел!

МИТЯ

Стесняюсь уточнить: а чего он там… в твоём случае «велел»?

ОЛЬГА

При равном с другими количестве баллов у меня будет конкурсное преимущество.

МИТЯ

Это какое же?

ОЛЬГА

А такое, что отец — не просто лучший на российском ТВ оператор, но ещё и «лицо» новой программы на федеральном канале.

МИТЯ (Удивлённо.)

Хочешь сказать: сложись в самом деле подобная ситуация, у тебя бы достало нахальства…?!

ОЛЬГА (Невозмутимо.)

Чего-чего, а уж этого добра у меня выше Останкинской башни!.. О! Кстати, о нахальстве: ты в курсе, что у твоей дочери не оплачены курсы английского за два последних месяца? (Невинно продолжает.) А ещё карманные расходы куда-то, сама не пойму куда, разошлись…

У Мити от возмущения отвисает было челюсть. Но он быстро приходит в себя и… покорно лезет в карман за бумажником.

 

1.97. МОСКВА. ШЕРЕМЕТЬЕВО. ВЗЛЕТНАЯ ПОЛОСА. НАТ. НОЧЬ.

На припорошенную снежком взлётную полосу с рулёжки выкатывает самолет. Выставившись, потихонечку начинает разбег. Отрывается от бетонки, взлетает…

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Так, под занавес февраля, в нашей жизни начался новый этап — мы принялись кочевать по земному шарику, работая в режиме 2 через 2. Две недели командировок-съёмок по городам и весям, а затем — две недели чернового монтажа и озвучки в Москве.

Анна Колесниченко


1.98. КЛИПОВОЕ РЕШЕНИЕ ЭПИЗОДА

Микс из коротеньких сценок, демонстрирующих самые разные эпизодики из кочевой жизни съёмочной группы. Здесь может быть всё, что угодно, на любой вкус. Например:

застрявший в огромной луже микроавтобус съёмочной группы, который помогают толкать голые туземцы и вымазанный в грязи Митя;

нападение на Элю обезьян-попрошаек;

Митя и какие-то рейнджеры стреляют по банкам, и Митя выигрывает сей стрелковый спор;

у Эли обгорел нос – гримёрша колдует над её лицом перед съёмкой;

Митя и Эля участвуют в каких-то ритуальных танцах с туземцами;

Митя и его помощники снимают с лодки, которую несёт бурным течением;

в ходе съёмки стендапа юбка-колокол Эли от порыва ветра задирается, как у Мэрилин Монро, и т. д. и т. п.

Всё это сопровождается закадровым рассказом Мити.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

В общем, график был тот ещё, не всякой телезвезде пожелаешь… Но оно того стоило. При таком бешеном темпоритме мы с Элеонорой почти на восемь месяцев получили уникальную возможность игнорировать былые обязанности, не решать насущные проблемы, а жить единственно одним днём. В светлое время суток наслаждаясь окружающим миром, а в тёмное — растворяясь друг в друге…

Не буду лукавить: к статусу звезды прилагается немалое количество приятных бонусов. Взять хотя бы тот факт, что в командировках нас сопровождала специально обученная банда, состав которой варьировался в пределах десяти человек. В свиту Элеоноры входили копирайтер, директор, стилист, гримёр, переводчик, ещё какая-то баба с неясными функциями. А подо мной ходили видеоинженер, звуковик и мальчик на побегушках, таскавший за меня штатив и кофры. Худо ли?..

В отличие от всей этой братии, наше с Элей проживание и пропитание всегда и везде было исключительно пятизвёздным, что позволяло избегать общения со съёмочной группой во внерабочее время. Вечерами и ночами они жили своей жизнью, а мы — своей…

 

1.99. НЕКАЯ ЮЖНАЯ СТРАНА. БУНГАЛО. НОМЕР. НАТ. НОЧЬ.

Чувственная постельная сцена в шикарном номере бунгало, стилизованного под экзотику (бамбуковая хижина, крыша из пальмовых листьев).

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

У кого-то из классиков запомнилась фраза: «Счастье — это удовольствие без раскаяния». И если следовать такой формулировке, мы с Элеонорой были счастливы. Я — абсолютно, она — почти. «Почти», потому что жить в обществе и быть свободным от заполонивших его гаджетов — нельзя… Связь с Большой землёй сохранялась, и частенько по окончании «радиосеансов» у Эли случались приступы не просто печали, а самой настоящей тоски…

 

1.100. НЕКАЯ ЮЖНАЯ СТРАНА. БУНГАЛО. НОМЕР. НАТ. УТРО.

Элеонора (на ней махровый гостиничный халат) сидит в кровати, упершись спиной в подушки. Перед ней ноутбук, который лежит на её полусогнутых ногах. В данную минуту она продолжает сеанс скайп-общения со свекровью (молодящаяся, вся «на подтяжках», 75-летняя женщина).

Шторы в номере раздвинуты, и мы видим, что на открытой веранде курит деликатно вышедший из комнаты Митя (он в одних трусах). А на улице хлещет, буквально стоит стеной тропический ливень.

ЭЛЯ

Анна Спиридоновна! У Лёшки завтра выступление в школе. Проследите, пожалуйста, чтобы няня одела его как-то поприличнее. Лучше всего в синий костюмчик, только его надо хорошенько отпарить… В моей спальне, за трюмо, спрятан пакет. Это я заранее купила Петьке подарок от Зубной Феи. Когда уснёт, сунете ему под подушку, ладно?

СВЕКРОВЬ

Не волнуйся, мы всё сделаем. Лучше скажи, когда тебя домой ждать?

ЭЛЯ (Вздохнув.)

Ох, не знаю! Планировали в среду закончить. Но вчера как с ночи ливень зарядил, так вторые сутки и полощет, не переставая… Теперь всё от погоды зависит.

СВЕКРОВЬ

Смотри не простудись там!

ЭЛЯ

Скажете тоже! Да здесь даже по ночам ниже +25 не опускается. Мы тут все, кроме Образцова, вешаемся от жары.

СВЕКРОВЬ

О чём и говорю! Небось, кондиционер в номере круглосуточно работает? А как раз от него — запросто можно…

ЭЛЯ (Перебивает.)

Хорошо, Анна Спиридоновна, я буду предельно осторожна… Поцелуйте там от меня детей, когда вернутся. А Юре передайте, что у меня всё в порядке. Я ему позвоню, когда будет ясность с обратным вылетом.

СВЕКРОВЬ (Сварливо.)

Да поди застань нашего Юру! Он домой приезжает, когда мы уже спим, а уезжает — когда мы ещё спим… (Сердито.) Что у вас за семья, прости господи! Одна из командировок не вылезает, второй…

ЭЛЯ (Морщится.)

Анна Спиридоновна! Извините, но мне пора. До свидания.

Элеонора отключает связь, закрывает ноутбук, откладывает его и вытягивается на кровати. По выражению лица видно, что разговор с Москвой испортил настроение. Увидев, что Элеонора освободилась, Митя возвращается в комнату и, уже совсем по-свойски, забирается под лёгкое одеяло, прижимаясь к Эле.

МИТЯ

Ух и льёт! А главное — ни намёка на просвет. Похоже, сегодня день снова впустую… А ты чего такая?

ЭЛЯ

Какая?

МИТЯ

Озадаченная. Снова свекровь отчитала? Сочувствую. Лично мне на всю жизнь хватило каких-то трёх месяцев под одной крышей с тёщей. А у тебя случай совсем запущенный. Без малого десять лет в одном палаццо со свекровью.

ЭЛЯ (Задумчиво.)

Но при всей своей стервозности в данном конкретном случае она права.

МИТЯ (Удивлённо.)

О как? Это что-то новенькое. (Пытается острить.) В ваших отношениях забрезжил стокгольмский синдром?

Эля отрицательно качает головой и, после паузы, начинает говорить ровным, тихим голосом, смотря прямо перед собой.

ЭЛЯ

У Алёшки завтра выступление в школе. Будет петь песенку на английском, а я даже не знаю — какую… У Петьки зуб шатается, свекровь говорит, вот-вот выпадет…

МИТЯ (Улыбается.)

Ну, в его возрасте зубы — дело наживное.

ЭЛЯ (Ровно, о своём.)

А в это время их блудливая мать находится в жопе мира и вторые сутки не вылезает из постели. В которой, до кучи, лежит незнакомый им страшный дядька.

МИТЯ (Усмехается.)

Неужели я действительно настолько страшен?

ЭЛЯ (Игнорируя реплику.)

Отсюда вопрос: а какого… я здесь делаю?

МИТЯ (Пытается шутить.)

Ну как… Здесь ты вносишь свой посильный вклад в общий семейный бизнес.

ЭЛЯ (Сердито.)

Прекрати! Это не смешно… Я и так жалею, что рассказала о том разговоре с мужем.

МИТЯ

Почему? Жалеешь?

ЭЛЯ

Потому что теперь ты знаешь, насколько сильно я к тебе привязалась.

МИТЯ (Уточняет.)

Вот просто «привязалась»? И всё?

ЭЛЯ (Сердито.)

Не придирайся к словам! Ты прекрасно понимаешь, о чём я… (Берёт паузу, заговаривает уже с иной интонацией.) Знаешь, в последнее время я часто вспоминаю тот вечер в Багдаде. Когда в вашем с Сашкой номере собрались все. Я, Оксана с Колей, Габриэль… (С болью.) Пруденс… Помнишь?

МИТЯ

Смутно. Мы ведь тогда все нажрались как свиньи.

ЭЛЯ (Напоминает.)

Ты ещё рассказывал нам про фронтовую любовь.

МИТЯ

Хм… Возможно. И чего?

ЭЛЯ (Печально.)

Ты говорил, что фронтовая любовь — любовь обречённая. Что она никогда ни во что не развивается… Получается, у нас с тобой — тоже? Чуть раньше, чуть позже, но…? Всё заранее предрешено? Так?

МИТЯ (После паузы.)

Нет, не так… Я говорил, что когда люди, вкусившие фронтовой любви, возвращаются в мирную жизнь, их отношения разваливаются сами собой. По той причине, что в повседневности нет всего того, что сваривает эту любовную конструкцию… Но в нашем с тобой случае конструкция не просто «не развалилась», она, наоборот, «сцементировалась».

ЭЛЯ

И что из этого следует?

МИТЯ (Пожимает плечами.)

Не знаю. В моей практике подобных примеров просто не было.

ЭЛЯ (С надеждой.)

Выходит, у нас есть шанс? Шанс стать исключением? Из правила?

МИТЯ (Неопределённо.)

Почему нет? Поживём — увидим… Тьфу-тьфу-тьфу. Это чтобы не сглазить.

И, дабы завершить этот непростой разговор, Митя притягивает Элеонору к себе…

Ольга Быстрова


1.101. САЛОН САМОЛЁТА. БИЗНЕС-КЛАСС. ИНТ. НОЧЬ.

Митя и Эля возвращаются домой. Сейчас Элеонора спит, забравшись с ногами в кресло и устроив голову у Мити на коленях. Сам он тихонечко поглаживает ее по волосам, размышляя о своём.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Больше к таким серьёзным темам мы в разговорах не возвращались. Чему лично я был немало рад… Я и в самом деле не знал, понятия не имел, чем в итоге обернутся, во что перерастут наши отношения… Да и перерастут ли?… Чтобы не ранить, не обидеть Элю, в тот раз я не стал напоминать ей о том, что любое исключение — увы, всего лишь подтверждение правила…

 

1.102. МОСКВА. ОСТАНКИНО. НАТ. ДЕНЬ.

И снова панорамный (зимний) взгляд на окрестности и здание телецентра.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Лишь к первым числам декабря мы отсняли весь материал первого сезона. Теперь оставался месяц на то, чтобы выстроить выпуски в более-менее едином стиле, причесать, пригладить и пройтись мелкой шкурочкой… Премьерный показ назначили на Старый Новый год. Времени было в обрез, так что в эти морозные декабрьские деньки я практически не вылезал из монтажки. Формально то была уже не моя епархия, но очень уж хотелось, чтобы по картинке всё красиво получилось.

 

1.103. МОСКВА. ОСТАНКИНО. МОНТАЖНАЯ. ИНТ. ДЕНЬ.

Митя сидит в монтажной перед мониторами, погружённый в творческий процесс (на голове большие наушники). Он колдует за пультом, работая с видео, на котором что-то такое (нам не слышно) вещает Элеонора на фоне экзотического «задника». Здесь же, в комнате присутствует видеоинженер Костя. Только что на подоконнике «щелкнул» электрический чайник, и Костя берётся заваривать себе пакетик.

Подаёт голос стационарный телефонный аппарат. Костя снимает трубку.

КОСТЯ

Монтажная… Добрый день, Элеонора Сергеевна… Да, здесь… Хорошо, сейчас скажу…

Кладёт трубку, подходит к Мите со спины, трясет за плечо.

КОСТЯ

Дмитрий Андреевич!

Митя нехотя снимает наушники, оборачивается.

МИТЯ

Чего?

КОСТЯ

Розовая Королева звонила. Требует, чтоб вы к ней поднялись.

МИТЯ

Вот прямо так-таки требует?

КОСТЯ

Ну, просит. Какая разница?

МИТЯ

Принципиальная. Ладно, раз такое дело — уважим. (Поднимается.) Костя, глянь, что можно сделать. (Кивает на монитор.) Там, на куске 17:35-17:52, похоже, с перебором диафрагму на Элеоноре приоткрыли. А сзади кадр солнцем залит, в итоге фон улетает в жуткий переплёт. Понимаешь, о чём я?

КОСТЯ

Я, Дмитрий Андреевич, только с виду произвожу впечатление дебила, а так — мала-мала врубчивый… Так что ступайте с богом, а я пока приблуды поищу. Ретушнём это дело…

Митя выходит из монтажной, а Костя ставит чашку с чаем перед пультом и садится в кресло Мити.

 

1.104. МОСКВА. ОСТАНКИНО. КАБИНЕТ ЭЛЕОНОРЫ. ИНТ. ДЕНЬ.

Элеонора в своём кабинете. Сейчас она стоит у окна, спиной к двери. Мы не видим пока её лица, но сама поза, фигура выдают напряжение. В дверь кабинета, постучавшись, заглядывает Митя.

МИТЯ (С порога.)

Вызывали, Элеонора Сергеевна?

ЭЛЯ (Не оборачиваясь.)

Вызывала. Проходи. И дверь поплотнее прикрой.

МИТЯ

Слушаюсь и повинуюсь.

Митя прикрывает дверь, проходит в кабинет. Элеонора, по-прежнему не оборачиваясь, интересуется:

ЭЛЯ

Как у вас дела? Успеваете?

МИТЯ (Бодро.)

«Партия сказала: надо! Комсомол ответил: есть!». Думаю, денька через три закончим… (Митя встаёт за спиной Элеоноры и приобнимает её.) Ты меня только за этим дёрнула или потому что соскучилась?

ЭЛЯ (Качнув головой.)

Ни то, ни другое.

МИТЯ

Ого? Звучит интригующе. (Разворачивает Элю к себе и утыкается в припухшие красные глаза.) Ты что, плакала?

ЭЛЯ (Грустно улыбнувшись.)

Немножко.

МИТЯ (Тревожно.)

Что стряслось?

ЭЛЯ (Не сразу.)

Я беременна.

МИТЯ (Обалдело.)

О как! А, собственно?.. Ну да, ну да…

ЭЛЯ (Шмыгнув носом.)

И это всё? Больше тебе нечего сказать?

МИТЯ

Хм… Ну а… А что тут скажешь? Поздравляю… Тебя… Нас…

ЭЛЯ (Грустно.)

Последнее уточнение более чем уместно. Учитывая, что… (Мнётся.) У нас с Юрой не было… близости после… после нашего возвращения из Дамаска.

МИТЯ (Не в кассу.)

Ну да… Неудобно получилось. Неполиткорректно.

ЭЛЯ (В сердцах.)

Вот ты дурак, Митя! (Снова начинает реветь.)

МИТЯ (Прижимает её к себе.)

Эля! Милая, родная! Успокойся. Перестань… В конце концов, ну чего здесь такого? Ну — беременная. Обычное дело… В смысле, хорошее дело. Э-э… правильное дело.

ЭЛЯ (Решительно.)

Аборт я делать не буду! Говори, что хочешь, — не буду, и всё!

МИТЯ

А разве кто-то произносил слово…?

ЭЛЯ (Перебивает, блажит.)

Я хочу! Я хочу этого ребёнка! Я хочу эту девочку!

МИТЯ (Недоумённо.)

А что, срок такой, что уже даже?..

ЭЛЯ (Притухая.)

Нет. Просто я… Я чувствую. У меня что с Лёшкой, что с Петькой — оно тогда по-другому, не так начиналось.

МИТЯ (Гладит её по голове.)

Вот и хорошо. Значит, так тому и быть. Девочка… Я бы, конечно, не возражал и против сына… Дочка-то уже есть.

ЭЛЯ (Снова вскинувшись.)

А у меня — нет! И я хочу её!.. Вот только… Мы-то с тобой — КТО, Митя?

Митя виновато молчит. Пауза затягивается, а у Элеоноры случается очередной перепад эмоций.

ЭЛЯ (Печально.)

Ты представить себе не можешь, как я устала… Все эти месяцы Юра… Он… Он пытается как-то ко мне… А я — не могу! И с ним не могу, и продолжать врать — не могу… Я раньше всегда легко врала, даже вдохновенно. А теперь — как отрезало. Может, потому, что завралась окончательно, а?

Митя продолжает молчать. Элеонора чуть вздёргивает подбородок, так, чтобы смотреть глаза в глаза, и тихо, с потаённой надеждой спрашивает:

ЭЛЯ

Митя, скажи… Если бы я… (Решается.) Ты бы взял меня в жёны?

МИТЯ (Искренне.)

Да… Больше всего на свете я бы хотел жить… Вернее — прожить остаток отпущенных дней с тобой. И я не говорил тебе этого раньше лишь по той причине, что у тебя дети. Я просто не имел права предлагать тебе такое!.. Но теперь… У нас с тобой тоже будет ребёнок. И я… я очень рад этому.

ЭЛЯ (Теплея.)

Правда?

МИТЯ

Правда! Но вот…

ЭЛЯ (Тревожно.)

Что?

МИТЯ (Осторожно.)

Твои пацаны. Считаешь, они…

ЭЛЯ (Перебивает, печально.)

Мальчишки останутся с Юрой. Уже очень давно они, а не я, его главное богатство. (Печально усмехается.) Предмет инвестиций отцовских надежд… Только ты, пожалуйста, не подумай, что я скверная, безответственная мать. Просто не хочу, чтобы им стало хуже… (Митя смотрит вопросительно.) Хоть и старалась не выращивать из них тепличных растений, мальчишки всё равно привыкли к достатку. Да что там — к роскоши. И с моей стороны было бы свинством лишить их привычного уклада жизни. (Грустно усмехается.) К тому же, после того, как я вышла из второго подряд декрета, бОльшую часть времени они всё равно проводят с няней и свекровью… Уйду — так и не сразу заметят.

МИТЯ (Хмурится.)

Ну, это уж ты того… через край!

ЭЛЯ

Возможно… В любом случае, пока это всё по большей части мои, не твои вопросы. И решать здесь — только мне!

МИТЯ (Мрачно.)

Наверное, ты права… Единственное… Хм… Перед Юрой твоим, чисто по-человечески… Тяжело будет мужику.

ЭЛЯ (Печально.)

Да. Поначалу ему будет очень плохо. Но… Я почему-то уверена, что он поймёт. Должен понять. В конце концов, нечто подобное он уже переживал. Причём дважды.

МИТЯ

Тогда бросал он. Теперь — его. Это всё-таки две большие разницы.

ЭЛЯ (Невольно усмехнувшись.)

Типично мужская логика.

МИТЯ

А какой же в моём случае ей быть?

ЭЛЯ

Юра — серьёзный, взрослый, деловой человек. И в любых жизненных ситуациях привык вести себя соответственно. Так что, узнав о моём решении, вешаться не станет, в запой не уйдёт и киллеров нанимать не будет.

МИТЯ

А киллеров, стесняюсь спросить, мне?

ЭЛЯ (Пожимает плечами.)

Тебе… Или мне. Или нам обоим.

МИТЯ (Невольно хмыкнув.)

И на том спасибо.

ЭЛЯ (Проигнорировав иронию.)

Я убеждена, что никаких подлостей с его стороны не последует. И мы, что называется, цивилизованно разойдёмся… (Грустно.) Хотя, конечно, такого к себе отношения он не заслужил. Но это, опять же, моя проблема. И, кстати сказать, не последняя…

МИТЯ (Насторожившись.)

А что ещё стряслось? В смысле — случилось?

ЭЛЯ (Криво усмехнувшись.)

Да стрястись-то оно уже всё давно стряслось… Но…

МИТЯ

Что?

ЭЛЯ

Да я даже не знаю, любишь ли ты меня?!

МИТЯ (Облегчённо выдохнув.)

Фу, блин. Напугала. Я уж думал…

ЭЛЯ

Ты зря улыбаешься. Ты действительно мне никогда, ни разу, не говорил этого слова!

МИТЯ (Немного виновато.)

Так не в словах же дело. Я старался… хм… как-то по-другому…

ЭЛЯ

Я знаю, КАК ты старался. Не увиливай!

МИТЯ

Да не увиливаю я! Я… это… Ну… В общем, люблю тебя.

ЭЛЯ (Чуть насмешливо.)

Вымолила. Снизошёл… Ура… (Как бы сердито начинает.) Я ради него…

Но тут в кабинет, не постучавшись, по-свойски, заходит секретарша. В руках у неё папка.

СЕКРЕТАРША (С порога.)

Элеонора Сергеевна!

Эля буквально отшатывается от Мити уж слишком интимно-близкое между ними сейчас расстояние.

ЭЛЯ (Досадливо, резко.)

Лиза! Я занята! И, кажется, просила не беспокоить?!

СЕКРЕТАРША (Виновато.)

Ой! Извините. Просто вы просили, как только пришлют текст ваших подводок к концертным номерам, сразу же вам его…

ЭЛЯ

Хорошо. Оставь.

Секретарша торопливо проходит к столу, кладёт папку и чуть ли не бегом удаляется из кабинета.

МИТЯ

Что ещё за номера?

ЭЛЯ

Это мне новогодний концерт провести предложили. (Усмехнувшись.) С детства мечтала побыть Снегурочкой.

МИТЯ (Заинтригованно.)

А где и когда концерт?

ЭЛЯ (Будничным тоном.)

На базе Хмеймим. Завтра вечером… Вылетаю ночью, спецбортом. Вместе с артистами, подарками и живой елью.

МИТЯ

Ты что, с ума сошла?! Нет! Даже не вздумай!

ЭЛЯ (Как бы с укором.)

Не повышай голос на беременную женщину. Нам это вредно… (Улыбается.) И не волнуйся, пожалуйста. Я лечу всего на два дня. Более того — это сейчас исключительно кстати. Мне как раз нужно немножечко времени, чтобы побыть одной, собраться с мыслями, и поварить в голове в том числе предстоящий разговор с мужем. Это ведь очень важно — с чего начать, как убедить, чем завершить. Понимаешь?

МИТЯ

Нет. Я не понимаю, почему нельзя, как ты говоришь, «поварить» в стенах своей подмосковной дачи, например? А не переться для этого в зону ведения боевых действий?!

ЭЛЯ

Митя, ну ты же прекрасно знаешь, что Хмеймим — самое спокойное место на всём Ближнем Востоке.

МИТЯ (Сердито.)

На Востоке «спокойных мест» не существует в принципе!.. В общем, ты никуда не летишь! Я тебе запрещаю!

ЭЛЯ (Усмехается.)

Так! Давай-ка прекращай тут командовать. В конце концов, я тебе пока ещё начальник, а не жена.

МИТЯ (Буркнув.)

Видали мы… таких начальников!

ЭЛЯ (Улыбается.)

Ну, Митя, миленький мой… Ну, не дуйся, слышишь? Всё равно отыграть обратно уже невозможно. Поэтому…

МИТЯ

Что?

ЭЛЯ

Сейчас — поцелуй меня. А потом возвращайся в монтажку и постарайся за то время, пока меня не будет, развязаться с программой. Чтобы мы смогли встретить Новый год вдвоём.

МИТЯ (Усмехнувшись.)

Ну, положим, не вдвоём, а втроём… (Притягивает её к себе.)

 

1.105. МОСКВА. ОСТАНКИНО. МОНТАЖНАЯ. ИНТ. ДЕНЬ.

Митя снова сидит в монтажной, за пультом. Но после разговора с Элеонорой мысли его сейчас не здесь, а где-то очень далеко. Доходит до того, что в какой-то момент он рефлекторно нажимает некую кнопку, и картинка с видео на мониторе, мелькнув, пропадает. Митя, спохватившись, берётся крутить рычажки, щёлкать тумблерами — но, увы! изображение не возвращается.

МИТЯ (Тревожно.)

Ко-о-остя!

Откуда-то из недр аппаратной появляется видеоинженер.

КОСТЯ

Аюшки?

МИТЯ (Виновато.)

Я тут, похоже, того… Не на ту кнопку нажал. Глянь, пожалуйста! У меня картинка, кусок секунд на сорок, куда-то делась.

Митя уступает место за пультом. Костя садится, производит некие манипуляции.

КОСТЯ (Мрачнея.)

М-да… Вы, Дмитрий Андреевич, безусловно, герой, но зачем же стулья ломать?

МИТЯ (Тревожно.)

Неужели того? Безвозвратно?

КОСТЯ

Я бы даже сказал — беспощадно… (Смотрит на него с укоризной.) Езжайте-ка вы лучше домой. Пока жертвы и разрушения не приобрели масштаба катастрофического.

 

1.106. МОСКВА. КВАРТИРА МИТИ. КУХНЯ. ИНТ. ВЕЧЕР.

Знакомая нам маленькая кухонька Мити. Единственная «новинка» здесь повешенная на стену большая фотография в стеклянной рамке. Это снимок, сделанный во время недавних путешествий наших героев: в небольшой лодочке смеющиеся Митя и Эля. На снимке маркером шутливая размашистая надпись, оставленная Элеонорой: «Два дурака в одном тазу пустились по морю в грозу».

Митя возится у плиты, жарит здоровенную отбивную, а на столе уже красиво разложены какие-то закуски.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

По всему выходило, что это был один из последних в моей жизни холостяцких вечеров. И по этой причине я решил устроить себе «мальчишник» на одного. Тем более что мне, как и Элеоноре, тоже требовалось много о чём… поварить.

Митя перекладывает готовое мясо на тарелку, ставит её на стол. Затем открывает дверцу одного из шкафчиков — за ней обнаруживается бар, заставленный разномастными бутылками. Митя придирчиво осматривает это великолепие, берёт одну из бутылок, наливает себе рюмку. Садится, залпом выпивает. Берётся было за мясо, но тут его взгляд случайно скользит по фотографии. Он задумывается, откладывает нож и вилку, достаёт телефон, ищет абонента «товарищ Сухов» и вызывает номер.

МИТЯ

Товарищ Сухов? Категорически приветствую!

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

Звезде экрана наше почтение. Кстати, когда смотреть-то? Мы тут все жданки подъели, дожидаючись.

МИТЯ

Первый выпуск пойдет в Старый Новый год.

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

Тамам! Будем поглядеть.

МИТЯ (Нетерпеливо, о своём.)

Коля, сегодня ночью спецборт вылетает. В Хмеймим.

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

Я в курсе. Концертная бригада… Я сам собирался сесть им на хвост — есть на базе кое-какие делишки. Но — зашиваюсь с рукописью. Не разорваться, короче… Так, и чего?

МИТЯ

Этим бортом Элеонора летит. Пригласили ведущей на концерт. Типа Снегурочка с Родины.

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

А тебя, выходит, бортанули?

МИТЯ

Выходит так. Скажи, а это… Как там сейчас? Не очень опасно?

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

Митя! Я тебе ещё в последнюю нашу встречу говорил, что Латакия — самая спокойная сирийская провинция.

МИТЯ

Я помню. Но турки запретили пролёты нашей военной авиации над своей территорией, а значит заходить на Латакию они будут с востока. Отсюда, теоретически, возможны обстрелы с территорий мятежных провинций, атаки беспилотников…

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

О, мой осведомлённый друг! Теоретически — возможно всё. Но если начинать жить с такой установкой, то лучше всего это делать в подземном бункере, более не поднимаясь на поверхность. Будешь так жить?

МИТЯ (Машинально.)

Нет.

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

Думаю, твоя Элеонора тоже. А она всяко поумнее тебя.

МИТЯ

С чего вдруг такие выводы?

ГОЛОС СУХОВА (ЗК)

А с того, что красивые женщины всегда умнее красивых мужчин! Всё, извини, дружище, у меня звонок по второй линии…

Митя убирает телефон. Наливает себе ещё, выпивает. Снова берётся было за нож и вилку, но снова их откладывает. Задумывается. Опять достаёт телефон, набирает номер.

МИТЯ

Добрый вечер, барышня. Мне бы машинку, на ближайшее время. До Шереметьево. Да…

 

1.107. МОСКВА. ЛЕНИНГРАДСКОЕ ШОССЕ. НАТ. ВЕЧЕР.

По ночному Ленинградскому шоссе в общем потоке машин движется такси, которое везёт Митю в аэропорт.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

У меня и по сей день нет ответа: зачем я тем вечером подорвался в аэропорт? Такого рода вещи обычно принято объяснять мистическим предчувствием. Но я точно помню, что ничего подобного и в помине не было… Скорее всего, просто захотелось проводить Элеонору. Проводить, уже фактически на правах будущего супруга… Мне почему-то тогда и в голову не пришло, что схожее желание могло возникнуть и у господина Розова…

 

1.108. МОСКВА. АЭРОПОРТ ШЕРЕМЕТЬЕВО. ЗОНА ВЫЛЕТА. ИНТ. НОЧЬ.

В зоне вылета кучкуется внушительная группа пассажиров, вылетающих спецрейсом в Сирию. Народ здесь преимущественно творческого склада, так что компания подобралась весёлая, гомонящая, невольно привлекающая к себе внимание прочих пассажиров и провожающих… Митя проходит «рамку», высматривает нужную ему «толпу» и направляется к ней. Уже на подходе он примечает Элеонору (она оживлённо общается с кем-то из артистов), но далее его взгляд натыкается на стоящего рядом Юрия Розова… Митя тускнеет, сбавляет шаг и, дабы не оказаться замеченным, воровато сигает в сторону, укрывшись за сувенирным ларьком. На его лице гримаса досады.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

А вот общение с Юрием Ильичом сегодня в мои планы ну никак не входило!

Таким образом, Мите сейчас ничего не остаётся, как на расстоянии, из укрытия, пожирать глазами возлюбленную. Между тем неподалеку, в стеклянной кофейне, за одним из столиков пьют кофе Медвежонок и его новый бойфренд (он же качок из эпизода 1.90). Заметив Митю, Медвежонок встаёт, что-то говорит напарнику и направляется в сторону Мити, заходя со спины.

БОБКОВ (Весело.)

Мистер Че-снэй!

Митя, вздрогнув, оборачивается.

МИТЯ (Сердито.)

Тьфу, чёрт! Напугал!

БОБКОВ (Довольный.)

Пуганая ворона куста боится! А очко у ней — чёрненькое, маленькое: жим-жим, жим-жим. (Глумливо.) «Чо-орный во-орон, чё ты вьёсси…»

МИТЯ (Досадливо.)

Тьфу на тебя!.. Ты чего здесь делаешь?

БОБКОВ

Странный вопрос: что люди делают в аэропорту? Улетают.

МИТЯ (Догадавшись.)

Так ты… с ними, что ли? В Сирию?

БОБКОВ (Иронично.)

Удивительная проницательность.

МИТЯ

А Анжелика где?

БОБКОВ

Эка вспомнил! Анжелика сразу после той нашей командировки с канала уволилась. Вообще, вчистую с телевидением завязала.

МИТЯ (Машинально.)

И чем теперь занимается?

БОБКОВ

Оператор на фрилансе. Снимает семейные торжества, свадьбы, похороны… Говорят, неплохую деньгу зашибает.

МИТЯ

Понятно. А…?

БОБКОВ (Самодовольно.)

А у меня теперь новый оператор. Вон… (Показывает.) видишь — в кофейне, мальчик за крайним столиком? Мой!

МИТЯ (Хмыкнув.)

Базара нет.

БОБКОВ

Ты бы знал, сколько времени я его выпасал! У-уу!.. Встречный вопрос: а ты чего тут шоркаешься, в ночи?

МИТЯ (Вздохнув.)

Да вот, приехал Элеонору проводить… А тут — муж.

БОБКОВ

«Старый муж, грозный муж, режь меня, жги меня!»… Кстати, а Юрий Ильич ещё не в курсе, что у него на голове выросли два маленьких образования, из костного вещества состоящие?

МИТЯ (Угрюмо.)

Пока нет. Но на днях узнает.

БОБКОВ (Оживляется.)

Иди ты?! А что за инфоповод случится на днях?

Митя отвечает не сразу. Но отвечает честно, потому что, по сути, кроме как с Медвежонком, ему больше и не с кем поделиться своими проблемами и заботами.

МИТЯ

Эля беременна. Сегодня мы приняли решение жить вместе.

БОБКОВ (Крякнув.)

А вот это — по-нашему! По-гусарски! (Искренне.) Молодцом, Митя! Вернее, вы оба два — молодцы!.. (Тускнеет.) Завидую вам, ребята.

МИТЯ (Удивлённо.)

Ты это сейчас прикалываешься или как?

БОБКОВ (Грустно.)

Я сейчас абсолютный «иликак»… (С болью.) А вот мне, таким, как я, даже сирот, даже патологически больных отказничков запрещено усыновлять… Вот сдохну, и ничего на этой земле от меня не останется. Кроме долгов, твоих дурацких баек да скабрёзных анекдотов коллег.

МИТЯ (После паузы.)

Сколько мы с тобой знакомы, Паша? Лет двадцать? Больше? Казалось, за это время уже должны были узнать друг друга как облупленные. Ан нет — всякий раз, как я с тобой пересекаюсь, ты не перестаёшь меня удивлять.

В толпе вылетающих спецбортом начинается движение. Заметив это, напарник Медвежонка покидает кофейню, нагрузив на себя вещи (и свои, и патрона), и направляется к этим двоим.

БОБКОВ (Смутившись.)

Да ладно тебе. (Натягивает привычную маску циника.) Давай обойдёмся без телячьих нежностей?!

ПАРТНЁР (Подходя.)

Пал Андреевич! Нам пора!

БОБКОВ

Да-да, ступай, дружок. Я догоню. (Партнёр смотрит на Митю с подозрением, и Медвежонок, считав его тревогу, поясняет.) Успокойся! Это не то, о чём ты подумал.

Нагружённый сумками оператор направляется к толпе убывающих. Лишь пару секунд спустя до Мити начинает доходить смысл последней фразы Медвежонка.

МИТЯ

Слышь, Медвежатина?! А чего он подумал-то?

БОБКОВ (Беспечно.)

Брось! Не бери в голову.

МИТЯ (Заводится.)

Не-не, погоди! Я ни хрена не понял! Чего этот урод подумал?!

В ответ Медвежонок выдаёт не привычную глумливо-балагурную, а снова человеческую реплику-эмоцию:

БОБКОВ

Всё, Мить. Мне в самом деле пора… А за Элеонору не волнуйся. Я за ней присмотрю. В случае чего — рядом буду, обещаю.

Медвежонок направляется к группе, которую уже повели на выход в обход традиционных таможенных и пограничных кордонов.

Митя выискивает в толпе спину удаляющейся Элеоноры, и та, словно почувствовав это, оборачивается, сканируя глазами зал. Их взгляды встречаются. Эмоция Элеоноры смесь удивления и радости. Исключительно рефлекторно эти двое даже подаются навстречу друг другу, хотя сейчас их разделяет весьма приличное расстояние, а вдобавок между ними стеклянная стена. Сзади напирают, и Элеонора уходит, исчезает, влекомая людским потоком.

Далее в поле зрения Мити попадает фигура Розова, и он машинально отступает в своё «укрытие», дабы не оказаться замеченным. Два охранника, всё это время деликатно державшиеся на расстоянии, подходят к Розову, и в их сопровождении Юрий Ильич идёт на выход из здания аэровокзала.

Ольга Быстрова/Анна Колесниченко


1.109. МОСКВА. АЭРОПОРТ. ТЕЛЕСКОПИЧЕСКИЙ ТРАП. ИНТ. НОЧЬ.

Элеонора, в числе прочих пассажиров, идёт по телескопическому трапу. Она на ходу достаёт телефон, вызывает номер.

ЭЛЯ (Без лишних прелюдий.)

А ведь я кого-то настоятельно просила меня не провожать?!

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

А я вовсе и не тебя. Я — Медвежонка.

ЭЛЯ (Улыбается.)

Ах вот как? Ну-ну. (Смеётся.) Смотри, Митя, с малого-то всё и начинается. И сам не заметишь, как втянешься.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Тьфу-тьфу-тьфу… Чур меня!

Впереди уже видна дверь самолёта, стюардесса на входе сверяется со списком, отмечает галочками пассажиров.

ЭЛЯ (С нежностью.)

Всё, любимый. Я захожу. Целую. Пока-пока…

Элеонора убирает телефон, подходит к стюардессе, отмечается, исчезает в салоне…

 

1.110. МОСКВА. КВАРТИРА МИТИ. КОМНАТА. ИНТ. УТРО.

Из аэропорта Митя вернулся глубокой ночью, так что этим утром позволил себе поспать подольше… Из сна его выдёргивает настойчивая трель мобильного телефона (на звонок поставлена какая-нибудь оригинальная мелодия-песня, что-нибудь типа «Гром победы раздавайся, веселися храбрый росс!»). Митя нашаривает мобильник высветившийся номер не определён.

МИТЯ (Хрипло.)

Слушаю.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС (ЗК)

Дмитрий Андреевич?

МИТЯ

Так точно.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС (ЗК)

Меня зовут Мария. Я корреспондент телеканала «Лайф». Вам сейчас удобно говорить?

МИТЯ (Мрачно.)

Уже да. Хотя ещё несколько секунд назад я спал.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС (ЗК)

Спали? Поздравляю, похоже, у вас крепкие нервы.

МИТЯ (Раздражённо.)

Вы позвонили в такую рань, чтобы озвучить комплименты в мой адрес?

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС (ЗК)

Нет. Мы хотели бы получить от вас комментарий.

МИТЯ

По поводу?

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС (ЗК)

Скажите, какие чувства вы испытали сразу после того, как узнали о том, что самолёт пропал с экранов радаров?

МИТЯ

Какой самолёт?

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС (ЗК)

Как какой? Наш, который с артистами на базу Хмеймим летел. Вы что, до сих пор ничего не знаете?! Кстати, это правда, что Элеонора Сергеевна Розова категорически отказывалась лететь этим рейсом, но руководство канала настояло?

Лишь теперь до Мити доходит смысл сказанного. Он сбрасывает звонок, какое-то время отупело сидит на диване, а затем начинает суетливо рыться в телефоне, запустив Интернет. Телефон подрагивает в руке, Митя судорожно листает пальцем заголовки новостей. Телефон в этот момент звонит снова, но Митя не реагирует, продолжая пробегать глазами заголовки…

Какое-то время спустя он откладывает телефон, который продолжает «дозваниваться», встаёт, на автопилоте проходит на кухню.

 

1.111. МОСКВА. КВАРТИРА МИТИ. КУХНЯ. ИНТ. УТРО.

Здесь Митя наливает себе воды из-под крана, жадно пьёт. Взгляд его утыкается в фотографию. Он считывает глазами фразу, которую некогда дурашливо написала Элеонора («Два дурака в одном тазу пустились по морю в грозу») и машинально доканчивает:

МИТЯ (Ровным бесцветным голосом.)

«Бегут ветра не так, как хотят корабли…»

Не то взревев, не то зарычав, он отчаянно бьёт кулаком по стеклу фоторамки. Стекло рассыпается осколками…

 

1.112. МОСКВА. МГУ. ЖУРФАК. АУДИТОРИЯ. ИНТ. ДЕНЬ.

Ольга, в числе прочих студентов-первокурсников, сидит на лекции. С трибуны менторски вещает профессор.

ПРОФЕССОР

Полезность информации — одно из её важнейших свойств. Полезность есть не что иное, как ценность информации в определённых конкретных условиях. Граница между понятиями полезности и бесполезности субъективна, поэтому можно говорить лишь о той степени полезности, которая выявляется в процессе актуализации информации…

В процессе этого монотонного бубнёжа у Ольги вспыхивает экран мобильника, оповещая о прилетевшем сообщении. Высвечиваются имя абонента («дядя Коля») и сам текст: «Ольга! Можешь сейчас говорить?». Ольга набирает ответ:

«Я на лекции». «Когда последний раз общалась с отцом?»

— «Два дня не могу дозвониться. А вы?» — «Я тоже». — «Звонила на работу — там его все обыскались. Взяла ключ от его квартиры, после лекций поеду». — «Когда заканчиваются лекции?» — «В три». — «В три пятнадцать буду ждать тебя у центрального входа в Манеж. Поедем вместе». — «Хорошо».

ПРОФЕССОР (Продолжает вещать.)

Полезность информации помогает решать проблему, стоящую на повестке дня в данный конкретный момент. Да, информация может со временем терять свою полезность, однако впоследствии способна вновь оказаться полезной…

 

1.113. МОСКВА. КВАРТИРА МИТИ. ПРИХОЖАЯ. ИНТ. ДЕНЬ.

Открывается входная дверь, и в прихожую Митиной квартиры заходят Ольга, Сухов и незнакомый нам мужчина с чемоданчиком.

ОЛЬГА (С порога, тревожно.)

Пап?! Папа, ты дома?

Сухов, не раздеваясь, проходит в комнату. Через какое-то время возвращается и констатирует мужчине:

СУХОВ

Что и требовалось доказать. Ваш клиент, Алексей Иванович.

Мужчина понимающе кивает и снимает пальто, под которым обнаруживается белый медицинский халат. Затем подхватывает свой чемоданчик и делово проходит в комнату.

ОЛЬГА (Испуганно.)

Сердце, да?

СУХОВ (Мрачно.)

Обыкновенный русский запой. Бессмысленный и беспощадный.

Ольга хочет снять шубку, но Сухов пресекает эту попытку:

СУХОВ

Погоди, не раздевайся пока.

Сухов проходит на кухню. Ольга недоумённо следует за ним.

 

1.114. МОСКВА. КВАРТИРА МИТИ. КУХНЯ. ИНТ. ДЕНЬ.

На кухне полнейший бардак. На столе тарелки с остатками пищи. Стеклянная банка забита окурками. В раковине грязная посуда. Пол заставлен пустыми бутылками. Дверца шкафчика распахнута, и мы видим, что былой «бар» опустошён минимум наполовину.

ОЛЬГА (В шоке.)

Он что? Один всё это?..

СУХОВ

Похоже на то.

Сухов заглядывает в холодильник, изучает его содержимое. Затем достаёт бумажник, вынимает тысячную купюру и протягивает Ольге.

СУХОВ

Я приберусь здесь, а ты дуй в магазин. Купи молока, литра два. Это для рвотного. А ещё курицу, только пожирнее. Сварим бульон. Когда прочистится — будет самое то.

ОЛЬГА (Покорно.)

Хорошо. Я пошла.

Она разворачивается и утыкается взглядом в фотографию в разбитой рамке. Губы её начинают нервно дрожать.

ОЛЬГА

А ведь могло случиться, что и папа мог лететь этим рейсом… С ней…

СУХОВ (Мрачно кивает.)

Я — тоже…

Ольга Быстрова


1.115. МЫТИЩИ. КЛАДБИЩЕ. ЗАЛ ПРОЩАНИЙ. ИНТ. УТРО.

Кладбищенский зал прощаний, размерами своими более напоминающий ангар или оптовый склад. Сейчас здесь в линию выставлены около двух десятков однотипных закрытых гробов. О том, «где есть кто», свидетельствуют лишь цветные портреты в стандартных же рамках. Возле каждого гроба свои группки родных и близких. Также вдоль всего ряда вереницей медленно движутся люди, которые приехали, чтобы отдать дань памяти всем погибшим и в этот день захораниваемым.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Странно устроен человеческий мозг. Когда речь заходит о горячих точках, всё, что связано с угрозами и рисками, ты представляешь исключительно в образе и подобии фронтовой атрибутики: боевики с «калашами», террористы с бомбами, ракеты «земля — воздух», атаки беспилотников… Отчего-то и в голову не приходит, что на войне точно так же случаются беды, присущие жизни повседневной, мирной: природные катаклизмы, дорожно-транспортные происшествия, технические неполадки… Ошибки пилотов… Таинственны пути Промысла Божия, ибо отстоят они от путей человеческих, как небо от земли… Я не успел построить для нас с Элеонорой подземный бункер. В авиакатастрофе погибла и она, и Медвежонок, и ещё 150 человек журналистов и артистов. Никто не спасся, хотя нашли не всех. В основном находили лишь фрагменты тел…

 

1.116.1. МЫТИЩИ. КЛАДБИЩЕ. РЯД СВЕЖЕВЫРЫТЫХ МОГИЛ. НАТ. УТРО.

Митя стоит перед могилой Элеоноры — отрешённый, с землистого цвета лицом, как-то разом и вдруг постаревший. Чуть поодаль, за его спиной — дочь с букетом роз (она даёт возможность побыть этим двоим один на один). Следующая в ряду (по соседству) — могила Медвежонка. Мы видим, что возле неё сейчас стоит и тихонечко плачет Анжелика. Там же какой-то парень из телесреды.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

После проведения ДНК-экспертизы удалось идентифицировать останки лишь 90 погибших… От Элеоноры смогли найти только кусок бедра и коленную чашечку… Страшно, конечно, такие вещи вслух произносить, но… может, оно и к лучшему… По крайней мере, Юрий Ильич не узнал о том, что в момент гибели его жена была беременна. И беременна, как нетрудно было бы догадаться, не от него…

Митя бросает последний взгляд на фотографию, что-то нашёптывает и делает несколько шагов в сторону, переходя к могиле Медвежонка. На его место заступает Ольга, кладёт на могилу цветы.

АНЖЕЛИКА (Всхлипывая.)

Павел Андреевич, он… Он такой хороший был. Весёлый всегда, добрый…

ПАРЕНЬ ИЗ ТЕЛЕСРЕДЫ

А теперь от этого добряка ничегошеньки не осталось. Даже жопы. Хотя, казалось, чья-чья, но уж Пашина жопа…

МИТЯ (Зло.)

Заткнись! Не то на свою жопу огребёшь!

ПАРЕНЬ ИЗ ТЕЛЕСРЕДЫ (Смутившись.)

Извините, Дмитрий Андреевич. Я ж не стёба ради… Это просто… хм… нервное.

МИТЯ (Хмуро.)

Я знаю… «Мы не дураки. Это просто у нас в роду».

Парень отходит, а Митя приобнимает за плечи Анжелику.

МИТЯ

Всё верно, Анжела. Всё так. Многие этого в упор не замечали, не понимали, что на самом деле Паша… Да, в первую очередь он был очень добрым человеком. А ещё настоящим бойцом… Но, знаешь, лучше прожить такую вот неполную жизнь, чем до выстраданных неба копчением пенсий некоторых. Хотя… Всё это всё равно ни фига несправедливо.

Митя смотрит на фотографию Медвежонка, и в мозгу его яркой вспышкой последовательно мелькают два микроэпизода из их последней беседы в аэропорту.

 

Ф/Б. МОСКВА. ШЕРЕМЕТЬЕВО. ЗАЛ ВЫЛЕТА. ИНТ. НОЧЬ.

БОБКОВ

Вот сдохну, и ничего на этой земле от меня не останется. Кроме долгов, твоих баек да скабрёзных анекдотов коллег… ///

БОБКОВ

///…А за Элеонору не волнуйся. Я за ней присмотрю. В случае чего рядом буду, обещаю…

 

1.116.2. МЫТИЩИ. КЛАДБИЩЕ. РЯД СВЕЖЕВЫРЫТЫХ МОГИЛ. НАТ. УТРО.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Так оно в итоге и случилось. Паша сдержал слово: вот они, их с Элеонорой могилы, — рядом.

Во внутреннем кармане куртки Мити начинает голосить мобильник. Досадуя, он достаёт телефон, с тем, чтобы сбросить звонок, но замечает, что высветившийся номер состоит из большого набора цифр (международный). Бросив Анжелике «Извини!», он отходит подальше, чтобы в такую минуту не раздражать прочих своими разговорами, и отвечает на звонок.

МИТЯ (Хмуро.)

Слушаю.

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК, англ.)

Дмитрий? Это ты?

Далее телефонный диалог ведётся на английском.

МИТЯ

Я. А с кем имею честь?..

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК)

Это Майкл. Прага, церемония Honest journalism, помнишь?

МИТЯ

Разумеется. Но… Разве я оставлял тебе свой номер?

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК)

Извини, по-моему, это немного… э-ээ… детский вопрос?

МИТЯ (Запоздало сообразив.)

А! Ну да, ну да… Согласен.

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК)

Я решился позвонить, потому что, мне кажется, что по-человечески… по-мужски… ты сейчас испытываешь нечто схожее с тем, что и я… Когда узнал о смерти Пруденс…

МИТЯ (Сглотнув ком.)

Возможно.

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК)

Мне ничего от тебя не нужно, Дмитрий… Просто я знаю, что самое ужасное в такой ситуации, это когда у тебя нет человека, с которым можно откровенно поговорить… Поэтому, если хочешь, можешь поговорить со мной.

МИТЯ (Сухо.)

А у тебя? У тебя есть такой человек?

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК)

Да… Моя жена.

МИТЯ

М-да… Всё-таки мы с тобой очень разные, Майкл.

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК)

Пожалуй… Тем не менее: мой номер, надеюсь, высветился. Если понадобится просто набери его.

МИТЯ

Спасибо.

ГОЛОС МАЙКЛА (ЗК)

Утешать тебя я сейчас не буду. Единственное, хочу предупредить: время оно ни хрена не лечит! В каких-то других ситуациях возможно. Но в нашей с тобой это не срабатывает. Даже не надейся!

МИТЯ (Хмуро.)

Я знаю. (Митя замечает, что к нему направляется Розов.) Извини, мне сейчас не очень удобно разговаривать… Я тебе потом перезвоню… Возможно… Пока. Привет жене… (Убирает телефон.)

Розов подходит к Мите. Намеревается что-то сказать, но… Не в силах более сдерживаться на людях, беспомощно, по-бабьи, падает Мите на грудь и начинает рыдать. Митя не просто смущён — он буквально раздавлен: и проявлением такой вот человеческой эмоции от «железного Розова», и ощущением собственной «мужской» вины перед этим, в общем-то, на редкость порядочным, хорошим человеком.

РОЗОВ (Рыдая.)

Если бы ты полетел вместе с ней! Если бы ты… Всего этого просто не было бы! Ничего не было!.. Я уверен! Я знаю!.. Ты… Ты был для неё, как… Как талисман! Я никогда… (С надрывом.) Слышишь?! Никогда не переживал по поводу её командировок, если знал, что вы летите вместе!

МИТЯ (Сглотнув ком.)

Прости… Прости, что в этот раз я не смог… Стать талисманом…

Розов берёт себя в руки. Отлипнув от Мити, он охлопывает себя по карманам, находит носовой платок, вытирает насухо слёзы, бросает платок под ноги.

РОЗОВ (Виновато.)

Что-то я того… Совсем расклеился. (Уже другим тоном.) Извини.

МИТЯ

Всё нормально… (Осторожно.) Как дети? Они… в курсе?

РОЗОВ

Старший да. Ему в тот же день в школе (Кривится.) доброхоты рассказали… А Петька пока не знает. Мы ему сказали, что мама улетела в очередную долгую командировку.

МИТЯ (С болью.)

Понятно.

Взгляд Розова падает на деликатно стоящую поодаль Ольгу.

РОЗОВ

Твоя дочь?

МИТЯ

Она самая.

РОЗОВ

Совсем взрослая. Студентка?

МИТЯ (Кивает.)

МГУ, журфак. 1-й курс.

РОЗОВ (После паузы.)

Я собираюсь учредить стипендию. Для будущих журналистов. Имени Элеоноры… Твоя дочь будет первым стипендиатом. Обещаю.

МИТЯ

Спасибо, конечно, но… Наверное, не стоит. Мы сдюжим.

РОЗОВ

Это не подачка с моей стороны, а просьба. (С болью.) Это очень нужно лично мне. Понимаешь?

МИТЯ (После паузы.)

Понимаю… Спасибо, Юра. (Протягивает руку.)

РОЗОВ (Пожимает.)

Не забывай нас… Позванивай время от времени, заезжай… Я тебя со своими пацанами познакомлю… (Спохватившись.) С нашими, с Элей, пацанами…

Розов разворачивается и медленно уходит. Дождавшись, когда отец наконец остаётся один, к нему подходит Ольга. Видно, что она уже основательно замёрзла.

ОЛЬГА

Это её муж? Тот самый, который…? Владелец заводов, газет, пароходов?

МИТЯ

Да.

ОЛЬГА

Бедный… (Поёжившись от холода.) И что мы теперь? Куда сейчас?

МИТЯ

Домой.

ОЛЬГА

А поминки? Там все собираются в какой-то ресторан ехать.

МИТЯ

Без нас обойдутся. Пошли…

Отец и дочь уходят по заснеженной кладбищенской целине, время от времени проваливаясь в глубоком снегу.

 

Title

Год спустя

 

1.117. МЫТИЩИ. КЛАДБИЩЕ. МОГИЛА ЭЛЕОНОРЫ. НАТ. УТРО.

И снова зима. Только на сей раз уже не лютая, а тёплая, слякотная, грязная… Годовщина гибели пассажиров потерпевшего крушение самолёта. Там, где в прошлом эпизоде была лишь свежевырытая могила, теперь высится красивый могильный памятник Элеоноре. А рядом – у Медвежонка — лишь скромная казённая плита.

Возле могилы Элеоноры группка людей (Розов с притихшими, насупленными сыновьями, свекровь Элеоноры, ещё несколько человек родни, друзей и знакомых). Чуть поодаль машины, на которых приехали собравшиеся. Возле бронированной тачки Розова – двое телохранителей, которые профессионально осматриваются по сторонам…

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Майкл оказался прав. Время не лечило, и боль никуда не ушла. Разве что периодически притуплялась. Но лишь затем, чтобы после вспыхнуть с новой силой.

На могиле Эли – море цветов. А вот на плите Медвежонка – лишь несколько скромных гвоздичек да свеча, которую сейчас ставит и на ветру зажигает Митя. В этот момент к нему подходит Розов, бросает взгляд на плиту.

РОЗОВ

Надо бы как-то поприличнее… хм… обустроить. Давай я подошлю к тебе человека? Обсудите с ним эскиз, ограду? Все расходы, разумеется, за мой счёт.

МИТЯ (Качает головой.)

Спасибо, Юра. Но, позволь, здесь уж я сам. Сейчас пока «несезон», а вот по весне займусь. (Смотрит на часы.) Ого! Пора выдвигаться, а то опоздаем.

РОЗОВ

Успеем. Без тебя всё равно не начнут…

 

1.118. МОСКВА. ЦЕНТР. НАТ. УТРО

По московским улицам катит бронированная машина олигарха Розова, за ней – машина охраны-сопровождения.

 

1.119. САЛОН МАШИНЫ РОЗОВА. ИНТ. УТРО.

Розов и Митя на заднем сиденье. Они молчат, после посещения кладбища каждый погружён в свои мысли.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Господин Розов сдержал слово. Он возглавил попечительский совет при журфаке МГУ и учредил стипендию для пятерых одарённых студентов. Моя Ольга вошла в их число. Возможно, и не самая одарённая, но уж не бездарная — точно. В отца, короче… А несколько недель назад ко мне обратилось руководство журфака с просьбой прочесть лекцию. Я отнекивался как мог, и тогда они подключили тяжёлую артиллерию в лице Юрия Ильича. Отказать ему я, понятное дело, не смог…

 

1.120. ФАКУЛЬТЕТ ЖУРНАЛИСТИКИ. КОРИДОР. ИНТ. УТРО.

Митя и Розов (уже без верхней одежды) идут длинным «евроремонтным» коридором в сопровождении дамы с факультета. Она что-то эмоционально вещает им на ходу.

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

И вот сегодня, в годовщину гибели Элеоноры, Медвежонка и ещё полутора сотен человек, сразу после кладбища мы поехали на журфак… И, наверное, это было правильно. По крайней мере, всяко лучше традиционных ресторанных возлияний за упокой.

 

1.121.1. ФАКУЛЬТЕТ ЖУРНАЛИСТИКИ. АУДИТОРИЯ. ИНТ. УТРО.

Одна из самых больших на факультете аудиторий забита до отказа. Здесь собрались студенты разных потоков и разных курсов. В первых рядах руководство факультета, профессора, доценты. По центру, рядом с деканом, пустуют пока три «козырных» места — их держат для почётных гостей. В зале, на сцене, установлен большой портрет Элеоноры — выпускницы факультета.

Митя, Розов и дама заходят в аудиторию, в которой, в ожидании начала лекции, стоит лёгкий гомон. Завидев их, декан подрывается с места и торопливо идёт им навстречу.

ДЕКАН (Расплываясь в улыбке.)

Здравствуйте, Юрий Ильич! Давненько вы нас не баловали своими визитами… (Мите.) Доброе утро, Дмитрий Андреевич! Наконец-то мы с вами не по телефону, а, что называется, вживую встретились! Рад, очень рад!

МИТЯ (Хмуро, он нервничает.)

Взаимно. (Смотрит на часы.) Почти четверть первого. Будем начинать?

ДЕКАН

Если не возражаете, подождем ещё немного? (Показывает взглядом на два пустых кресла.) Вот-вот должен подъехать атташе по культуре из американского посольства.

МИТЯ (Удивлённо.)

А на фига, стесняюсь спросить, козе баян?

ДЕКАН

Если честно, мы и сами удивились. Но это была их собственная инициатива, не наша. Позвонили накануне, вежливо попросили разрешения поприсутствовать.

РОЗОВ (Ворчливо.)

И что? Теперь из-за парочки каких-то пиндосов две сотни человек ждать должны? Начинайте, Дмитрий Андреевич.

Розов, а следом за ним и декан, идут к свободным местам в первом ряду, а Митя поднимается на сцену, где его дожидается дама с факультета. Она интересуется, будет ли тот «вещать», сидя за столом, или…? Митя выбирает «или» — ему комфортнее общаться с аудиторией стоя, а то и расхаживая по сцене. Дама цепляет Мите микрофон-наушник, выставляет на стол несколько бутылочек с водой. Затем торжественно объявляет залу:

ДАМА

Уважаемые коллеги, студенты… (Подобострастный взгляд на Розова) гости! Я рада представить вам кавалера ордена Мужества, дважды лауреата российской национальной телевизионной премии ТЭФИ, лауреата международной премии Honest journalism, телеоператора Дмитрия Образцова… (Звучат аплодисменты.) Дмитрий Андреевич любезно согласился прочесть для нас авторскую лекцию о правилах безопасности журналистов в условиях работы в горячих точках. Прошу, Дмитрий Андреевич.

Дама спускается в зал, а Митя, немного смущённый — и таким представлением, и таким количеством собравшихся, — выдвигается по центру сцены и беглым взглядом обводит аудиторию. Лёгкий холодок пробегает по его спине — он даже секундно зажмуривается, чтобы прогнать накативший на него морок. А всё потому, что замечает среди студентов (или это ему просто кажется?) и девушку, удивительно похожую на юную Элеонору, и очкастенького паренька типажа несчастного Боба Ли, и молодого Медвежонка, и даже девушку-мулатку с чертами лица юной Пруденс…

Митя никак не может собраться с мыслями, и молчаливая пауза явно затягивается… Наконец, он утыкается взглядом в сидящую на галёрке Ольгу. Та подбадривающе кивает. Дескать: давай, папка, не дрейфь, жги! И лишь после этого Митя начинает говорить.

МИТЯ

По правде сказать, я не мастер читать публичные лекции. Вернее, возможно, что и мастер, но до сегодняшнего дня… ни разу не пробовал. (В зале смешок.) В любом случае, я бы предложил провести эту лекцию в формате, близком к диалогу, к живому общению. Так что по ходу рассказа вы можете меня останавливать, перебивать, спрашивать. Думаю, так будет проще и вам, и мне. Договорились?

АУДИТОРИЯ (Вразнобой.)

Договорились.

МИТЯ

Отлично. Тогда, для затравки, вопрос. Как вы считаете: какое первое, оно же главное правило для журналиста, отправляющегося в зону ведения боевых действий?… Есть версии?

СТУДЕНТ-1 (С места.)

Журналист не должен открывать огонь первым!

МИТЯ (Немного обалдев.)

Огонь из чего? И, стесняюсь спросить, по кому?

По залу прокатывается смешок.

МИТЯ (Переварив.)

А вы напрасно смеётесь. Как ни странно, молодой человек, в принципе, прав журналист не должен стрелять. Ни первым, ни вторым. Более того он вообще не должен брать оружия в руки! Ни для постоянного ношения, ни забавы ради. Даже если вам, допустим, просто предложили пострелять по банкам — есть в армейской среде такая форма организации досуга для заезжих «пиджаков» лучше всего вежливо отказаться.

СТУДЕНТ-2 (С места.)

А почему по банкам-то нельзя?

МИТЯ

Ну, допустим, постреляли вы сегодня вечером по банкам здесь. А завтра, так сложилось, вам по другую сторону работать. Ведь журналист, объективности ради, должен обе стороны конфликта освещать… А на той стороне твои руки понюхали, а они того, порохом пахнут. Плечо твоё оголили а там синяк от приклада. Ну и всё, ну и приплыли. Попался, хлопчик! Ни фига ты не журналист, а разведчик-федерал, работающий под прикрытием. Сейчас-то мы тебя прямо здесь и кончим.

СТУДЕНТКА (С места, тревожно.)

И что? Правда могут…? «Кончить»?

МИТЯ

Могут. В 1990-е, в Чечне, такое сплошь и рядом было… Так что запомните, братцы, — никаких «стволов»! Оружие журналиста это прежде всего его голова, его журналистское удостоверение и аккредитация. Это понятно?

ОЛЬГА (С места.)

Дмитрий Андреевич! Но вы же сами брали в руки оружие?! Причём неоднократно?

От такого вопроса-напоминания в Митином мозгу вспыхивает флешбэк-картинка из эпизода 1.28.

 

Ф/Б. ДАМАСК. РЫНОК. НАТ. ДЕНЬ.

Командир боевиков показывает рукой двум подчинённым, чтобы те прошли через лавки на другой ряд. Но именно этого Митя и не мог допустить. И не допустил: двумя очередями он положил обоих, а остальные, уходя с линии огня, отшатнулись в лавки левой стороны ряда.

На Митину позицию обрушивается шквал огня, но пули лишь крошат дерево, пластик и рулоны тканей…

 

1.121.2. ФАКУЛЬТЕТ ЖУРНАЛИСТИКИ. АУДИТОРИЯ. ИНТ. УТРО.

Митя выныривает из воспоминаний.

МИТЯ

Вопрос по существу. Да, приходилось… Но, понимаете, какое дело: любые правила они существуют для, скажем так, типических ситуаций. Но порой обстановка становится настолько экстремальной, что приходится уже не к правилам, а к базовым человеческим инстинктам самосохранения или личного выживания прислушиваться… И, как говорится, не дай бог вам с подобным в профессии столкнуться. (Ольге, с лукавой хитринкой.) Я ответил на ваш вопрос?

ОЛЬГА

Вполне. Спасибо.

МИТЯ

Не за что. Идём дальше…

 

1.122. МОСКВА. МОХОВАЯ УЛИЦА. ЗДАНИЕ ФАКУЛЬТЕТА ЖУРНАЛИСТИКИ МГУ. НАТ. ДЕНЬ.

К главному входу здания факультета подъезжает машина с дипломатическими номерами. Из неё выбираются цээрушник Майкл и симпатичная молодая женщина (переводчик). Эти двое проходят в здание факультета.

 

1.121.3. ФАКУЛЬТЕТ ЖУРНАЛИСТИКИ. АУДИТОРИЯ. ИНТ. УТРО.

МИТЯ (Продолжает вещать.)

Следующее правило очень простое: никогда не спорьте с вооруженными людьми. И в данном случае неважно, относятся эти люди к незаконным вооруженным формированиям, или, грубо говоря, это свои, федералы.

СТУДЕНТ-1 (С места, с усмешкой.)

То есть надо бояться и своих, и чужих?

МИТЯ (Парирует.)

Я не произносил слова «бояться». Я сказал: «не спорить»… Привожу пример: приснопамятные трагические события в Будённовске, захват больницы боевиками Басаева… Замечательная журналистка Наташа Алякина… Думаю, многие из ваших преподавателей её хорошо помнят… (В первых рядах кивают головами в знак подтверждения.) Наташа, её муж, немецкий журналист Гисберт Мрозек, и фотокорреспондент РИА Олег Никишин мчатся туда. На блокпосту их машину тормозят. У немца что-то не в порядке с документами, он нервничает и на повышенных тонах препирается с лейтенантом. А солдатику-дебилу, который стоит там же, у пулемёта, неприятно, что его командира пытается строить какой-то фриц. Поэтому, когда машину ребят всё-таки пропустили и они поехали было дальше, солдатик этот, аки дитя малое, неразумное, повёл стволом в сторону удаляющейся машины, шутливо прицелился и сказал: «Пу-пу»… А далее короткая очередь. Дело в том, что у крупнокалиберного пулемёта очень мягкий спуск. Достаточно лишь слегка пальцем коснуться…

Впечатлительная студентка, которая уже задавала тревожный вопрос про «могут кончить», ахает с места:

СТУДЕНТКА

И что?

МИТЯ

И всё. Подключичное ранение с выходным отверстием десять на двенадцать. Наташа умерла практически сразу, на руках мужа.

СТУДЕНТКА

Кошмар какой!

СТУДЕНТ-3 (С места.)

И что за это потом было «солдатику»?

МИТЯ

Получил четыре года. Условно.

СТУДЕНТ-2 (Возмущённо.)

Ни фига себе! А почему так мало?

МИТЯ (Пожимая плечами.)

Ну, никого убивать-то он же и в самом деле не хотел… Я слышал, Гисберт потом ещё долго в России ошивался, всё пытался справедливость найти…

Здесь Митя вдруг спотыкается на фразе, и неожиданно – и для себя самого, и для аудитории – интонационно иначе, с болью, с отчаянием, произносит вовсе необязательное в данном контексте уточнение:

МИТЯ (Дрогнувшим голосом.)

говорят, любил он её. Сильно…

Он берёт себя в руки и продолжает вещать с прежней интонацией грубоватого лектора.

МИТЯ

А какая, к чёрту, здесь может быть справедливость? Против дурака?

В этот момент открывается дверь, и на пороге аудитории появляется та самая дама, которая представляла собравшимся Митю.

ДАМА (Виновато.)

Прошу прощения, Дмитрий Андреевич. (Обращается к залу и торжественно озвучивает.) Уважаемые коллеги! На наше мероприятие прибыл новый, лишь неделю назад как назначенный, атташе по культуре посольства США в России господин Майкл Олтмен! Поприветствуем!

Аудитория начинает хлопать, и под эти аплодисменты в зал заходят Майкл и его переводчица. Митя и Майкл встречаются глазами. Если первый с трудом сдерживает изумление, то второй – абсолютно невозмутим.

Дама тем временем что-то нашёптывает Майклу, тот кивает в знак подтверждения и в сопровождении переводчицы поднимается на сцену. Далее он произносит небольшую речь, разбивая её на предложения, дабы переводчица дублировала текст на русском.

МАЙКЛ

Добрый день. Я прошу уважаемую аудиторию и персонально господина Образцова принять мои искренние извинения за столь неучтивое опоздание… К сожалению, в последний момент возник небольшой вопрос, потребовавший с моей стороны безотлагательного решения… Но мне рассказали, что в России существует поговорка (Достает бумажку, зачитывает по-русски.) «Лу-чше поз-дно, чем ни-ког-да»… (В зале смех, аплодисменты; Майкл дожидается тишины.) Для меня большая честь присутствовать в этом зале. Жаль только, что повод собраться очень печальный… От лица сотрудников посольства и от себя лично я хочу высказать вам глубочайшие соболезнования по случаю годовщины гибели выпускницы вашего университета, замечательной журналистки Элеоноры Розовой. (Бросает беглый взгляд на Митю и озвучивает своего рода «алаверды» за Прагу.) По русской традиции предлагаю почтить её память вставанием.

Зал встаёт. Подвисает тишина. Митя печально смотрит на портрет Элеоноры.

МАЙКЛ

Спасибо.

Вместе с переводчицей Майкл спускается со сцены в зал. Дама суетливо усаживает их на места в первом ряду, рядом с Розовым и деканом, и обращается к Мите:

ДАМА

Продолжайте, Дмитрий Андреевич.

МИТЯ (Собираясь с мыслями.)

Хм… Да, собственно, мы с вами уже почти всё и… (Вспоминает.) Ах да! Ещё одно, очень важное правило, которое я чуть не упустил из виду… Условно его можно перефразировать как «чужая земля потёмки». Итак! Никогда не пытайтесь самостоятельно пройти по неизвестной вам территории. Всегда желательно заручиться надёжным сопровождающим и чётко следовать его указаниям.

СТУДЕНТ-4 (Ёрничая, с места.)

А вот в современных телефонах есть такая штуковина. Она называется GPS-навигатор. И если её включить…

МИТЯ (Перебивает, парирует.)

А вот в человеческом мозгу тоже есть одна интересная штуковина! Она называется «серое вещество». И если включить его… (В зале смех.) Нет, вы только не сочтите меня за этакого пещерного человека и ретрограда! Разного рода гаджеты в определённых случаях полезны, и я сам регулярно ими пользуюсь. Но, к сожалению, GPS-навигатор вряд ли покажет вам актуальную карту минных полей. Потому что чаще всего таковых карт не существует в принципе… Привожу пример: Ирак, группа американских журналистов выдвигается куда-то, ведомая провожатым из местных. Идут по тропе, друг за дружкой. Что называется гуськом. Единственная женщина в группе журналистка Катрин Беллоу, и в какой-то момент ей захотелось по малой нужде. А озвучить вслух, при мужиках, вроде как неудобно, стесняется. И тогда она немножечко приподотстаёт от остальных, и шмыг в ближайшие кустики. А дальше взрыв… Противопехотная мина убивает редко, чаще всего просто отрывает человеку стопу. Но то утешение, согласитесь, слабое? Всё равно, как ни крути, поломанная человеческая жизнь. А женщине без ноги на порядок труднее, чем мужику… В этом смысле Катрин ещё повезло. Потом даже родить умудрилась. Да и в профессии осталась сейчас преподает журналистику в университете Лонг-Айленда… Вот такая история, и на ней мы, для первого раза, пожалуй что и закончим. Вопросы?

С места встаёт «впечатлительная» студентка.

СТУДЕНТКА

Дмитрий Андреевич! А вот я слышала, что в горячих точках существует такое явление, которое называют «фронтовой любовью».

Некоторые студенты в зале, в основном парни, смеются.

СТУДЕНТКА (Сердито.)

Ну чего вы ржёте, дураки?! (Мите.) Скажите, а фронтовую любовь тоже можно отнести к факторам риска? Она ведь тоже может косвенно повлиять на безопасность журналистов?

Митя напрягается, невольно бросает взгляд на портрет Элеоноры, затем, внутренне собравшись, вновь упирается глазами в студентку.

МИТЯ

Извините, как вас зовут?

СТУДЕНТКА

Евгения.

МИТЯ

Не хочется вас разочаровывать, Женечка. Но… Дело в том, что фронтовая любовь это выдумка… Просто легенда… Хотя и… (Сглотнув подступивший к горлу ком.) Очень красивая легенда… Спасибо за внимание. 

Секунду спустя вся аудитория начинает аплодировать. А Митя снова невольно смотрит на портрет Элеоноры. И сейчас ему кажется, что по портрету сперва пробегает видимая только ему одному рябь, после чего изображение оживает и улыбается ему с лёгкой укоризной.

ГОЛОС ЭЛИ (ЗК)

Что ж ты, Митя, маленьких обманываешь?

ГОЛОС МИТИ (ЗК)

Я не обманываю, что ты!.. Я просто их, маленьких, уберечь хочу…

ГОЛОС ЭЛИ (ЗК)

Уберечь от любви? Да разве это возможно, Митенька?

Аудитория продолжает хлопать, а Митя всё смотрит и смотрит на Элеонору. Но она больше ничего ему не говорит, лишь с лёгкой грустью улыбается.

КОНЕЦ ФИЛЬМА

Историю создания сценария можно прочитать здесь.

 

Анна Колесниченко
Анна Колесниченко
Ольга Быстрова
Ольга Быстрова/Анна Колесниченко
Ольга Быстрова

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Рассылка "Фонтанки": главное за день в вашей почте. По будним дням получайте дайджест самых интересных материалов и читайте в удобное время.

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии (1)

Vlad007
Маяковский был прав- по размеру хвоста всегда можно определить размеры крокодила.

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...