Иностранные СМИ: «Боевики вернулись закаленными в Сирии» (фото)

Глубинные причины теракта, три составляющих тактики Путина и Бранденбургские ворота, не подсвеченные в знак солидарности с Петербургом, — «Фонтанка» изучила реакцию на теракт мировых СМИ.

Передовицы иностранных газет и страницы их электронных версий заполнили страшные кадры из Петербурга. Фотографии искореженного синего вагона подземки и общие планы Технологической площади, заполненной скорыми и пожарными машинами, можно увидеть на обложках иерусалимского издания, для которого теракты — часть повседневной повестки, и южно-китайской утренней газеты, латиноамериканских СМИ и турецкого издания.

После шокирующих первых известий мировая пресса приступила к осмыслению произошедшего, поиску причин и предсказанию дальнейших действий российских властей.

Британская The Times вышла с заголовком «Джихад на российской земле — главный страх Путина». Московский автор издания Том Парфитт рассуждает, что, если след исламистов в теракте подтвердится, это поставит новые вопросы вокруг российского военного вмешательства в Сирии. Издание напоминает о синайской трагедии с гибелью 224 пассажиров авиалайнера, следовавшего в Петербург, а также о двух чеченских войнах. И выдвигает предположение, что российские власти теперь вновь столкнулись с кавказскими боевиками, но уже закалившимися в сирийских боях под руководством ИГИЛ и вернувшимися домой.

Сходной версии придерживается и испанская El Pais. По версии издания, отступая в Сирии, боевики стали возвращаться домой, в том числе на Северный Кавказ или в Центральную Азию, но еще более опытными и озлобленными. В этой связи газета обращает внимание на теракт, произошедший 24 марта в Чечне, в результате которого погибли шестеро российских солдат и трое были ранены.

The Guardian берется объяснять читателям, почему подозрение в организации петербургского теракта, скорее всего, упадет на исламистов. Британская газета называет произошедшее в понедельник мощнейшим актом терроризма за пределами юга России со времен взрыва смертника в Домодедово в 2011 году, чей поступок унес 37 жизней. Издание также напоминает о терактах на Дубровке в 2002 году и в бесланской школе в 2004-м. И пишет, что тогда первоочередным требованием террористов был вывод российских войск из Чечни, а массовое убийство не было первичной целью. СМИ объясняет, что сопротивление на Кавказе ослабло после уничтожения Доку Умарова в 2013 году и усиленной подготовки (с точки зрения безопасности) к зимним Олимпийским играм в Сочи, когда из Чечни стали приходить сообщения о пытках и сожжениях домов семей, связанных с мятежниками. Кроме того, боевики стали уезжать в Сирию, куда российские службы безопасности их отпускали, рассудив, что, находясь вне страны, они будут для нее меньшей угрозой. При этом после вмешательства России в сирийский конфликт исламисты в своих пропагандистских видео обещали Владимиру Путину и российскому народу взять у них реванш.

Итальянская La Stampa называет случившееся в Петербурге «террористической атакой на Путина», напоминая, что она произошла в родном городе президента и в тот день, когда он здесь находился. По ее мнению, исламский фундаментализм в России и соседних странах нарастает с распадом Советского Союза, а сети мечетей и коранических школ «растут как грибы» на Кавказе, в республиках Центральной Азии, а также в центре России. По сведениям газеты, в Москве — европейском городе с самым большим мусульманским населением — проживает примерно два миллиона мусульман. И мобилизацию джихадистов издание в таких условиях видит неизбежной, удивляясь, что атака в Петербурге произошла только сейчас. Тактику Путина, которая позволяла это сдерживать, автор статьи Лоренцо Видино видит в трех составляющих: в жестком применении силы по отношению к джихадистам при помощи таких лидеров, как Кадыров; в диалоге с умеренным исламом на своих территориях, поддержке его лидеров и интеграции их в российское общество; и наконец, в сирийском конфликте — как точке выхода энергии для потенциальных джихадистов. Однако желания последних были глобальными, и Россия своим вмешательством в Сирию оказалась на их пути.

The Washington Post опубликовала большой материал, в котором попыталась передать атмосферу в городе, в которой ее журналисты учуяли помимо горя злобу и смятение. Газета рассказала об одной из жертв — 21-летней азербайджанке Дильбаре Алиевой, проститься с которой к Мариинской больнице пришли почти сто человек ее родственников, друзей и однокурсников. Также СМИ рассказало о подозреваемом в теракте и о том, что его родной город Ош был местом кровавых столкновений между киргизами и узбеками в 2010 году, а Центральная Азия в целом стала поставщиком исламских боевиков. При этом издание рассказало о точке зрения некоторых оппозиционеров, опасающихся, что Кремль будет использовать атаку в своих целях. В частности — чтобы зажать зарождающийся протест, который вывел десятки тысяч человек по стране на улицы всего восемь дней назад.

Немецкая Frankfurter Allgemeine также видит в событиях сирийский след. И при этом описывает разногласия, возникшие в немецком обществе после оглашения решения не подсвечивать Бранденбургские ворота в Берлине в цвета национального флага пострадавшей от рук террористов страны (в данном случае – России), как это делалось после терактов в Париже, Брюсселе, Лондоне и Стамбуле. Издание ссылается на спикера сената, заявившего, что Петербург, в отличие от этих городов, не был городом – побратимом Берлина. Но при этом напоминает, что после убийства в гей-клубе в Орландо ворота окрасились в цвета радуги, хотя Орландо не был побратимом немецкой столицы. Глава Левой партии Дитмар Барч заявил, что жертвы террора, где бы они ни были, заслуживают одинакового сострадания и уважения.

"Фонтанка.ру"