«Нас предупреждали, что это не наше». Что происходит в ОНТ «Пулково-2» перед сносом

Город собирается освободить территорию ОНТ «Пулково-2», которое разрослось на землях Петербурга, изначально выделенных под огороды для сотрудников аэропорта. За четыре десятилетия здесь появились не только грядки, но и капитальные постройки, а участки сменили владельцев. «Фонтанка» съездила в «Пулково-2» и узнала, что представляет собой ОНТ, которое вот-вот собираются снести.

Утром вторника на дачах почти никого не осталось: к 27-му числу из ОНТ многие выехали — собрали остатки имущества, закрыли теплицы и съехали на квартиры. Часть на работе, часть на дачи уже и не ездит — не сезон.

26 октября должен был начаться демонтаж, но сотрудники комитета по контролю за имуществом (ККИ) узнали от инициативной группы жителей, что на территории ОНТ проживают люди, которым может потребоваться помощь. «Возможно, они социально не защищены, и такую информацию нужно проверять. Прежде чем переходить к принудительным мерам, необходимо разобраться в обстоятельствах каждого случая и при необходимости обеспечить людям соответствующую социальную поддержку», — рассказали в комитете. Так что вместо экскаваторов в ОНТ приехали сотрудники администрации — обследовать территорию и проверить, есть ли у пользователей земельных участков жилищная альтернатива.

Сотрудники ККИ расспрашивают: есть ли другое жилье, прописка в городе, не находится ли семья в трудной жизненной ситуации и не нужна ли им помощь? Дочь Владимира Ивановича разводит руками: «Была бы компенсация… А так, какая помощь, у нас тут дача, жить есть где». По ее словам, на их улице две семьи живут на участках круглогодично, а напротив — сосед, который проложил здесь дорогу и прилично вложился в свою дачу.

На вопрос, является ли участок в ОНТ единственным для семьи жильем, он предлагает разводить «единственное» по документам и в реальности. «У меня по закону и десять домов может быть — мне этого никто не запрещает. Если я матери подарю, бабушке. Единственное — если жена меня из дома выгонит, то это будет мое единственное жилье. Снесут, так буду в будке жить», — поясняет он. Позже Нажидин объяснил, что на участок они с семьей приезжают как на дачу. Три года назад он плотно взялся за его благоустройство — и округи заодно.

«Мы подали в суд, как решит, так и будет. Если суд решит, что мы здесь незаконно, мы соберём вещи и уйдём. Я не просто этот участок захватил. У меня были бумаги, я его взял по праву переуступки», — рассказывает он.

Еще одна из новоиспеченных жительниц объясняет: недавно они приобрели членство через председательницу и за несколько сотен тысяч вошли в состав огородничества. «Мы не собственники, мы по договору переуступки купили членство. А этим огородам уже бог знает сколько лет. В какое-то время проморгали вопрос аренды, была инициативная группа, которая собирала людей, желающих огородничать в пригороде Петербурга. Это же приятно — в Московском районе иметь огород. У нас не было цели строить здесь дом, мы перевезли летний домик. Мы, как честные люди, общались с другими честными людьми и думали, что общественность — это сила. А получилось то, что получилось», — рассказывает она.

В ККИ поясняют, что земельные участки находятся в собственности у Санкт-Петербурга: «То есть в тридцатые, когда были достаточно голодные годы и не было возможности пойти в магазин купить помидоры, огурцы, выдавалась территория под огороды сотрудникам аэропорта». За это время ОНТ разрослось — и на огородах вырос урожай внушительных построек.

Жители передавали информацию в комитет о пользователях участков, для которых дом в ОНТ — единственное жилье. Но ситуация, когда пользователи достанут документы и покажут прописку на территории ОНТ, невозможна — прописаться можно только в том объекте недвижимости, который поставлен на кадастровый учет и за который жители платят налоги.

Пара живет в Авиагородке неподалеку, на огороде они ни разу не ночевали. На участке — небольшая постройка в пару квадратов под хранение всего, что в хозяйстве пригодится.

С 1980-х пара приезжала на огород практически каждый день на пару часов — полить да прополоть. Соседи за это время менялись неоднократно — только один из соседних участков продавался пять раз. «Как они продавались — я не знаю. Тут соседи были, они тоже продали этот участок. А мы удивляемся, люди ж деньги вложили», — рассказывает Наталья Михайловна.

«Нас предупреждали, что это не наше. Получили же мы не за денежные средства. Когда только начинали, весь участок был в грядках, но сейчас и сил столько нет», — рассказывают они. Наталья Михайловна деликатно уточнила, когда дачников начнут выселять и есть ли время на новые посадки. На отрицательный ответ вздохнула и добавила: