BMW, которой нет. Петербургский бизнесмен съездил на такси в Москву в наручниках за то, что бывшая подруга без спроса продала его машину

Петербургский бизнесмен выиграл суд у бывшей подруги, которая продала его автомобиль. Но вместо денег получил наручники, поездку в Москву на такси и обвинение в мошенничестве. История, которая может создать опасный прецедент «фактического собственника».

Медийная пара журналистов-расследователей Виталия Бородина и Елены Крайт внезапно оказалась в центре своего собственного маленького «гейта». История петербургского предпринимателя Сергея Шевердинова началась с широкого мужского жеста, а закончилась в камере с уголовниками. К счастью, только на два дня.

Виталий Бородин — персона заметная. Яркий адвокат, некогда соратник юридической звезды Эльмана Пашаева. Громко судился с Данилой Козловским и Аллой Пугачевой. В СМИ его представляют как главу Федерального проекта по безопасности и борьбе с коррупцией. Сейчас имеет больше 100 тысяч подписчиков в ТГ-канале и регулярную программу с расследованиями о злодеяниях российской элиты. С ним в кадре супруга Елена Крайт — подающая надежды звезда криминальной журналистики.

Когда «Фонтанка» попросила прокомментировать его эту историю, он коротко бросил: «Мне не интересно» — и положил трубку. Пришлось восстанавливать события по рассказам второй стороны, а версию супругов Бородиных — по документам судов и правоохранительных органов.

Сергей Шевердинов персона куда более скромная. Долгие годы живет в Петербурге, занимается автобизнесом. Обороты скачут от года к году, 60-100 млн прибыль небольшая, но позволяет чувствовать себя средним классом и даже что-то планировать. Но спланировать приключение, которое свалилось на его голову, невозможно. Потому что законопослушный гражданин даже не представляет себе, что так может быть.

А вот бывает.

Десять лет назад у него была близкая подруга Лена. Помогала с бизнесом, даже стала партнером. Одной из десятков машин, которые покупал для аренды и перепродажи Сергей, стала белая BMW 640i XDrive. Здесь сразу надо оговориться и перейти на юридический язык, потому что сейчас предпринимателю необходимо очень верно и точно подбирать слова. Так что Сергей — по своей версии — купил авто для бизнеса. Может показать документы о покупке, а затем свидетельства об оплате недешевого техобслуживания, страхования, налогов и прочих рутинных авторасходов.

Машина находилась в собственности у Сергея и была поставлена на учет в ГИБДД на его имя, номера на ней стояли красивые с цифрами его родного региона.

Но ездила на ней Лена. По ее версии, озвученной позже в суде, автомобиль был куплен на ее деньги, взятые в кредит на маму.

Жизнь шла своим чередом. Встретились-разбежались. Лена уехала в Москву. У нее своя личная жизнь, у Сергея — своя. Но редкое общение поддерживали и как-то претензий друг к другу не имели. И да, Лена продолжала ездить на той самой BMW.

Жить в Москве трудно и дорого, а у Лены были обстоятельства. Короче, машину пришлось продать. Но она же по документам — собственность Сергея? Наверное, надо позвонить ему? Но девушка пошла другим путем: на договоре купли-продажи — данные Сергея. ФИО, паспорт, прописка — его, а расписалась вместо него сама Елена.

Это не предположение. О том, что именно ее женским почерком, немного похоже на настоящую подпись Сергея, закреплен документ об отчуждении автомобиля из его собственности, она честно потом расскажет на суде.

Вот версия Лены, почему так нелепо вышло. Она обо всем договорилась с ним заранее. Во время подписания вела с ним телефонный разговор на громкой связи — чтобы все слышали, что он согласен и разрешил ей за него расписаться.

Версия Сергея. Он вообще не имел понятия о продаже своей машины. Ему никто не звонил и не спрашивал разрешения на это. А когда он спустя время спросил Елену, как так вышло, она якобы пообещала вернуть ему деньги за автомобиль.

Как бы то ни было, у покупательницы машины вопросов не возникло. Она уехала с ней в Моздок, а чуть позже перепродала своему знакомому.

Спустя два с небольшим года — тут надо опустить версии обеих сторон, как было дело, потому что они очень разнятся — Сергей подал гражданский иск о признании сделки по продаже машины ничтожной и обращении всех ее последствий. То есть о возврате в его собственность. Суд он выиграл.

Почему только спустя два года? Потому, объясняет Сергей, что честно ждал обещанных денег и иск подал лишь тогда, когда понял, что истекают три года исковой давности.

Уже тогда в суде интересы Елены представлял Виталий Бородин. Уже очень известный на тот момент адвокат, со своим выделяющимся стилем ведения дел. Однако профессионализм и харизма не помогли. Казалось, Бородин с Леной признали поражение и даже не стали подавать апелляцию. Решение вступило в законную силу.

Машина официально вернулась в собственность Сергея, но только по документам. Физически она оставалась у покупателя. В какой-то момент предприниматель снял авто с учета в ГИБДД, так что ездить на BMW стало незаконно. О чем очень быстро узнал тот, кто на ней передвигался. Его останавливали гаишники чуть ли не на каждом перекрестке. Пришлось поставить на прикол и обратиться с неприятными вопросами к продавцу.

И вроде бы ситуация вполне понятная. Надо отдать настоящему хозяину машины деньги, чтобы тот снял запрет, извиниться перед покупателями за неудобства и продолжать дальше снимать ролики о коррупции в среде звезд. Поначалу, казалось, все так и шло.

С Сергеем связался Виталий Бородин, заговорили о деньгах, сторговались на 500 тысячах. По нынешним временам, конечно, это очень дешево, но все-таки близкая подруга. Адвокат перевел несколькими траншами первые 260 тысяч. Специально для этого он завел новый счет в отделении банка в районе Замоскворечье (это будет важно дальше). Потом договорился встретиться в Петербурге, чтобы подписать уже по-нормальному документы о продаже машины и отдать остаток.

А дальше случилось то, что Сергей ну уж никак не ожидал. Сидит он в октябре 2023 года в ресторане у себя в Петербурге, что-то заказывает, ждет Виталия Бородина. Вот он заходит — это все есть на записи камер — а с ним двое крепышей в гражданском. Решительно шагают к Сергею, тот встает, чтобы поздороваться, но сразу после этого ему заламывают руки, а Бородин заковывает их в наручники. Потом что-то эмоционально говорит и трясет Сергея. Дальше его уводят, заботливо прихватив телефон, куртку и сумку. Кто в итоге расплатился в ресторане, непонятно.

На выходе их ждало такси. Сергея усаживают и везут — ни много ни мало — в Москву. В наручниках. Долго. Правда, с остановками на заправках. По пути пробило колесо, стояли меняли. Долго ли, коротко, приехали. Адрес — Талалихина, 39.

По пути выяснилось — все нормально. Крепыши в гражданском — это московские сотрудники уголовного розыска, выполнявшие поручение Замоскворецкого межрайонного следственного отдела следственного управления по Центральному административному округу ГСУ СК РФ по городу Москве. В том самом районе, где перед подачей заявления Виталий Бородин открыл счет в банке, чтобы перевести деньги за машину. И против Сергея расследуется в этом отделе уголовное дело. Мошенничество в крупном размере, 159 ч.3. До шести лет. И да, подала заявление в этот райотдел Елена, которая к тому моменту уже официально зарегистрировала брак с Виталием Бородиным.

Оказалось, первое заявление было подано еще в марте 2022 года, когда еще вовсю шел гражданский суд, который Сергей выиграл. Но с ним что-то пошло не так, так что в сентябре 2023 года пришлось написать новое, которое уже и закончилось возбуждением московских следователей СК РФ. Пара недель — и вот они уже в петербургском ресторане крутят Сергея. Почему спецсредства в виде наручников оказались в руках Бородина, и защелкивал их он, вроде бы человек гражданский, осталось загадкой.

На Талалихина следователи уже официально предъявили ему обвинение. Фабула: Елена купила машину на свои деньги, но оформила на знакомого, чтобы сэкономить на налогах. Машина, хотя и принадлежала по документам Сергею, находилась в ее «фактической собственности». Она ее продала, а тот решил у нее обманом выманить 500 тысяч за то, что он откажется от своих прав на BMW.

К слову, в Гражданском кодексе понятия «фактическая собственность» нет. Машина тебе либо принадлежит, либо нет. Она у тебя либо в собственности, либо нет. Например, в пользовании. Но вот такая формулировка была в уголовном деле. И то, что Елена «фактически пользовалась» машиной, по логике следователей, действительно давало ей полное право ее продать и деньги оставить себе.

Дальше приключения продолжались. Сергея перевозили из одного отдела полиции в другой, в каждом он посидел в клетке, но не долго — везли дальше. Уже под утро, к шести часам, наконец он оказался в последнем своем ИВС и смог прикорнуть. Но в 9 его подняли и повезли в суд — избирать меру пресечения. Прокурор и следователи просили арест.

Но тут случился новый неожиданный поворот в этой удивительной истории. Судья Замоскворецкого суда отказала в аресте: да, 3 часть 159 статьи тяжкая, но, видимо, такая фабула обвинения вызвала у нее сомнения и Сергея просто отпустили под подписку о невыезде.

Дальше, по логике, должно было продолжиться следствие, итогом которого следователи должны были передать дело прокурору, а тот, утвердив его, выходить в суд и доказывать, что Сергей хотел обмануть Елену на 500 тысяч. Но случился новый поворот.

Дело в том, что к следователям пришел покупатель машины и пожаловался на Сергея — из-за того, что тот снял с регистрации BMW, ей теперь нельзя пользоваться. А в том гражданском процессе, где петербуржец доказал свои права на машину, он, введя в заблуждение суд, лишил его — честного покупателя — имущества на 1,5 млн рублей. Следователи так и записали в деле, и оно переквалифицировалось в более тяжкую — часть 4 159 статьи. Теперь уже до 10 лет.

С этим они, утвердив обвинительное заключение у своего районного прокурора, и вышли в суд. И тут снова приключилось чудо. Судья, вчитавшись в то, что ему принесли, возмутился: «При таких обстоятельствах возникает не подлежащая устранению в судебном заседании неясность, в совершении каких конкретно действий Шевердинов С.В. обвиняется». И далее: «В фабуле обвинения не раскрыто, кого именно обманул Шевердинов С.В.»

В общем, судья не стал выносить оправдательный приговор, но вернул дело прокурору. Сергей пока остался на подписке о невыезде.

Дальше с делом случилось вот что. Вместо того, чтобы признавать, что дела нет, следователь несколько месяцев продержал его у себя, не проводя процессуальных действий, после чего Сергея в январе уже ознакомили с обвинением, которое пойдет в прокуратуру. По словам петербуржца, оно практически слово в слово повторяет первое. Те противоречия, о которых говорил первый судья, никуда не делись. Если прокурор его снова утвердит в этом виде, у Сергея будет лишь одна надежда на справедливый суд и оправдательный приговор.

И если прокуратура и суд в итоге введут в наше законодательство понятие «фактический собственник», то любой может попасть в такую ситуацию: быть собственником авто, потерять его путем подделки подписи на договоре купли-продажи, а потом стать фигурантом уголовного дела, пытаясь вернуть свое имущество.