Облака и помощники. Какие цифровые решения выбирает малый бизнес, чтобы лучше работать

9 из 10 компаний малого и среднего предпринимательства (МСП) в стране внедряют цифровые технологии в бизнес-процессы. Но высокого уровня цифровой зрелости достигли только 16% из них, подсчитали аналитики в компании «Соваре». При этом 44% предприятий уже перешли на российские решения — лидирует цифровой маркетинг, e-commerce, облачные решения и ИИ.

Участники круглого стола «Фонтанки» рассказали, какую пользу приносит цифровизация компаниям сегмента МСП и что мешает им внедрять актуальные IT-решения.

Среди цифровых решений для малого бизнеса Владимир Зотов, генеральный директор ООО «Соваре», поставил на первое место по охвату онлайн-бухгалтерию и сервисы налогового учета — с долей в 85%. По его словам, это не значит, что 15% не пользуются бухгалтерией, просто они на аутсорсе.

CRM-системы на втором месте с долей в 70%, на третьем — офисные пакеты с преобладанием облачных.

— Стоит заметить, что российские производители в этой сфере начали поставлять значимую долю, — уточнил эксперт. — Например, пользователи пакетов офисных программ раньше часто могли не знать ничего, кроме бренда Microsoft Office. Позже завоевал популярность Google Workspace, сейчас уже МойОфис и Р7-Офис — одни из ведущих вендоров в этой области. Мессенджеры, платежные системы, онлайн-кассы лидируют в первую очередь для тех, кто работает с сектором розницы. Поэтому здесь проникновение меньше 60%. Ассистенты, нейросети — это 20%, по нашей оценке. Доля выглядит заниженной, но следует помнить, что внедрения в малом бизнесе идут немного медленнее, и далеко не на каждом рабочем месте применяются ИИ-ассистенты.

По данным Владимира Зотова, специализированные ERP-системы используют менее 10% компаний МСП. Если же говорить про предприятия крупные или средние, там уровень внедрения ERP намного шире: без него представить работу уже сложно. В подтверждение своего мнения эксперт компании «Соваре» представил аналитический отчет «Цифровизация малого бизнеса в России 2025» с подробными данными.

— 1С, которую я представляю, всегда была ориентирована в том числе и на малые и средние предприятия, предлагая универсальные решения, — продолжил индивидуальный предприниматель Данил Федосов (1С: Франчайзинг.АИП). — Сейчас можно отметить такую вещь, как «БизКуб, bizkub.ru», она предполагает дробление функциональности с точки зрения ориентации на малый бизнес. Это возможность разделения продуктов и программ на какие-то микрофункции и микросервисы — например, только для выставления счетов, только электронного документооборота и так далее. Смысл в том, что предприниматель, как из кубиков, может собрать для себя только необходимую функциональность и с ней работать.

Директор ООО «Аксель» Руслан Гелетей тоже выделил в качестве самых популярных сервисов онлайн-бухгалтерию и CRM: без них не будет продаж.

— Что касается ассистентов, то таких разработок сейчас очень много, поэтому их популярность должна быть достаточно большой, — добавил он. — Мы тоже сейчас, ориентируясь на средний и малый бизнес, разрабатываем ассистента, который будет готовить на основе предоставленных данных техническое задание. Его нет у многих предпринимателей, особенно малых, но для старта, даже для оценки их проекта, этот документ необходим. Если делать это ресурсами компании или у профессионального подрядчика, то это может быть дорого и долго. Мы делаем помощника, который создает стандартизированное, минимально необходимое техзадание, которое позволит взяться за расчет того или иного продукта.

Несмотря на заметный прогресс в цифровой трансформации МСП, процесс все еще сталкивается с рядом барьеров. По данным исследований «Соваре» 2025 года, ограничения носят многоуровневый характер: от кадровых и финансовых до инфраструктурных и психологических. Все вместе они замедляют масштабирование, особенно в регионах.

Руслан Гелетей считает, что основная проблема и в пользователях, и в поставщиках продуктов.

— Пользователи обычно начинают все бизнес-процессы достаточно бодро, думая, что сейчас все автоматизируют, а ИИ все будет делать за них, — говорит он. — Но, к сожалению, это так не работает. Мало внедрить — надо это поддерживать, администрировать, развивать сервисы внутри компаний, то есть иметь некую культуру пользования этими инструментами. Взять, например, любое конструкторское бюро: если у них не оцифрованы бизнес-процессы, есть какие-то ненастроенные воронки продаж или «Битрикс24» не ведется с поддержкой от команды разработчиков, это просто нерабочая модель.

По словам экспертов, многие пользователи и так не разбираются в новшествах до конца, а если сверху накладывается еще и плохая техподдержка, то получается «мертвый» продукт, который либо убирают в стол, продолжая делать что-то «на коленке», либо просто не пользуются всеми его возможностями из-за этой ограниченности, уточнил эксперт.

По мнению Данила Федосова, все современные модели использования решений — Saas (ПО как услуга), pay-per-use (плата за пользование), облачные и так далее — изначально придуманы и используются, чтобы дать малым и средним компаниям, у которых нет средств на собственную IT-инфраструктуру, те же возможности, что у крупного бизнеса.

— Если говорить об 1С, то облачный сервис 1С: Фрэш появился еще в 2012 году и работает по модели SааS. С тех самых пор мелким и средним предпринимателям доступны все возможности удаленной центральной базы, расположенной в облачном сервисе, удаленных складов, торговых точек, серверной обработки данных, — рассказал он.

Владимир Зотов заявил, что с доступностью решений для МСП однозначно проблем нет. На российском рынке представлено более 70 тысяч брендов программных продуктов, и тут, скорее, наоборот: проблема избытка рождает проблему выбора. В реестре российского ПО зарегистрировано 29 тысяч решений. При этом часть компаний продолжает пользоваться иностранными продуктами или российскими, но не зарегистрированными в реестре. 80% компаний сейчас работают с онлайн-бухгалтерией и 60% — с платежными системами.

— Упомянутые 70 тысяч брендов охватывают примерно 800 функциональных рынков, — говорит он, — то есть нет функциональных классов ПО, а есть РМ-системы, ERP, PLM. В одном только CRM около 100 вендоров, которые борются за этот крупнейший рынок программных продуктов. И, конечно, здесь возникает проблема выбора. Второе — это проблемы с внедрением, которые зависят от типа бизнеса. Например, для микропредприятия термин «внедрение», по сути, отсутствует, так как это слишком затратно.

В микробизнесе чаще работают по SaaS модели (Software as a service, программа как сервис). Если речь идет про компанию до 100 человек, она может позволить себе более сложные решения, более затратные настройку и поставку, и здесь упомянутое разнообразие вендоров на рынке создает интеграционные проблемы.

Эксперт перечислил и другие барьеры: для 65% компаний стоимость внедрения пока еще слишком высока, также сказывается нехватка компетенций и инфраструктуры, проблемы с инфобезопасностью.

Данил Федосов добавил, что лучше начинать с оцифровки процессов, чем переделывать на середине. Компания растет, процессы усложняются, и второй вариант для микробизнеса и для малого бизнеса чреват потерей данных, а это может стать фатальным.

— Когда начинают бизнес буквально с тетрадками на коленке, а потом, по мере развития, приходят к автоматизации, это делать сложнее, потому что приходится перестраивать все бизнес-процессы, начиная с той самой тетрадки, — добавил он.

Цифровые решения сегодня не только помогают совершенствовать существующие процессы, но и бороться с реальными бизнес-угрозами. Как считает Руслан Гелетей, утечка данных — один из основных рисков для любой компании. Средства защиты от нее достаточно стандартны: резервное копирование, антивирусы и работа с менеджерами паролей, которые помогают безопасно передавать доступ в кабинеты.

— На процессном уровне можно все решать внутри компании, — добавил он. — При работе нескольких человек в одном процессе банальный оффбординг (завершение цифровых процессов) после ухода одного из участников мог бы обеспечить защиту.

Владимир Зотов назвал основными опасностями фишинг, программы-вымогатели, утечки данных, атаки на платежные сервисы. Для защиты у нас на рынке предлагается много базовых инструментов кибербезопасности: например, двухфакторная аутентификация. Но их далеко не все используют. Часто в утечке виноват человеческий фактор, а значит, обучение и просвещение тоже играют важную роль.

— Чтобы создать некий стандарт по кибербезопасности, нужно тиражируемое решение из 5–7 понятных правил, — считает эксперт. — Коллеги на рынке предлагают инструментарий тестирования или аудита системы безопасности, в том числе и для малого бизнеса. Но в целом это могла бы быть двухфакторная аутентификация, регулярное обновление ПО, резервное копирование, использование специализированных инструментов, файрволлов, может быть протокол — как стандарт.

— У мелких и средних предпринимателей, которые работают с облачными сервисами, вся структура ограничена конечными устройствами, типа ноутбуков или смартфонов, — отметил Данил Федосов. — В этом случае, скорее, нужно говорить об информационной гигиене, чем о кибербезопасности. А то пока у нас словосочетание «модель угроз» узнают из закона о персональных данных. Главная проблема у предпринимателей — в них самих, в их сознательном отношении к этому вопросу. Те, у кого есть хоть какая-то инфраструктура, например, производственники, подходят к этому более сознательно, а вот в торговле, как правило, все организовано очень легкомысленно.

На фоне затрат на цифровизацию бизнес получает выигрыш от внедрения этих технологий. По мнению Владимира Зотова, сокращение издержек до 20% — самый мощный фактор. Например, юридически значимый электронный документооборот уже давно выполняется на базе таких систем, как «Контур.Диадок», «Астрал», Saby (ранее СБИС), тогда как раньше это был физический обмен бумажными документами, требующий затрат на печать и логистику. Цена вопроса — всего лишь покупка электронной подписи и подписка на соответствующий сервис, а экономия — ошеломительная: от 65% до 95% на один документа.

— Те же мессенджеры — это экономия на логистике, затратах на билеты и проживание людей благодаря возможности видеоконференций, — говорит он. — Что касается генеративного ИИ, он в первую очередь применяется в креативных индустриях, где резко увеличивает производительность: по разным оценкам, от 6 до 20 раз. Если раньше только «богатые» компании могли себе позволить выпустить эффективный рекламный видеоролик, то сейчас это доступно и малому бизнесу тоже, так как технология стала кардинально дешевле.

Среди других плюсов и «бонусов» для малого бизнеса эксперт назвал повышение производительности труда и снижение транзакционных издержек, увеличение рынков сбыта за счет охвата большей аудитории и, конечно же, улучшение клиентского сервиса и прирост клиентской базы.

— Самая большая проблема, из которой проистекает легкомысленное отношение предпринимателей, — это невозможность им объяснить, выразить в цифрах альтернативные издержки, — добавил Данил Федосов. — Пока, как говорится, жареный петух не клюнет, то есть пока они не потеряют данные за полгода, например, и не оценят эти потери, понимание нужности цифровизации может и не прийти. Когда ты говоришь предпринимателю о необходимости какой-то безопасности и ответственного отношения к своим данным и IT-инфраструктуре, он этого не понимает, потому что нет цифр, обоснования экономической целесообразности. А стоимость профилактики обосновать экономически крайне сложно.

Руслан Гелетей подчеркнул: если ИИ пользоваться, как ребенок пультом управления, можно получить достаточно неприятные последствия.

— Возьмем что-нибудь действительно безобидное — маркетинговый материал. Например, если попросить ИИ, условно, написать рецепт борща с гвоздями, он отлично его напишет. При бездумном доверии ИИ подобная информация может пойти дальше.

На поставщиков решений возлагается ответственность за предоставление не только инструмента, но и экспертизы, как его использовать. Владимир Зотов подчеркнул, что здесь все сильно зависит от типа компании.

— У микрокомпаний, где пользуются инструментами один или несколько человек, обычно нет достаточного ресурса для прохождения длительных программ обучения персонала, — говорит он. — Чтобы этот барьер преодолеть, поставщики решений должны интегрировать обучение непосредственно в решение. Здесь крупные поставщики, конечно, выигрывают, поскольку у них больше ресурсов, чтобы встроить в интерфейс подсказки, какие-то мастеры, гайды по программному продукту. Такой подход позволяет, с одной стороны, передавать знания и навыки использования, с другой — делать это именно в момент использования. Например, если нужно построить бухгалтерский налоговый документ, подсвечиваются рекомендации, параллельное сопоставление с первичными документами и т. д.

Если речь идет про малый бизнес со штатом от 15 до 100 человек, для него в плане обучения уже более востребованы курсы от образовательных учреждений и онлайн-университетов или отдельное обучение поставщиками на своей стороне.

Руслан Гелетей смотрит на эту ситуацию как на сервисную историю. Обычно поставщики решений дают обучающие короткие видео и весьма структурированные базы знаний. Дальше самое важное, с точки зрения компании, — техподдержка.

— Если она неделю отвечает на твой запрос, продуктом пользоваться не будут, — уточнил он. — Я считаю, что в работе по принципу SaaS техподдержка — это основное, без нее ничего не полетит. Любой баг, любой вопрос должен быть крайне оперативно решен. И сам руководитель должен понимать, что он внедряет, уметь этим пользоваться на уровне продвинутого юзера. Прежде всего потому, что чисто психологически сотрудники чаще пишут не в техподдержку, а первым делом обращаются к руководителю. Даже там, где поддержка работает неплохо, она идет вторым пунктом после начальника.

— В моем опыте, наоборот, — пользователи бегут в техподдержку даже с теми вопросами, с которыми, по-хорошему, надо бы идти к своему руководителю, — говорит Данил Федосов. — 1С изначально, с момента своего создания в 90-х годах прошлого века, всегда ориентировалась на сопровождение и сервис, а не на то, чтобы продать и забыть. Отсюда и техподдержка, и обучение, причем не только бухгалтеров. Поддержка касается уже и автоматизации производственных, торговых, оперативных и бизнес-процессов. Так что в нашем случае за обучением всегда шли не к руководителю, а в техподдержку.

Данил Федосов считает, что государство не стоит воспринимать как кошелек субсидий — все же это регулятор. Но его активность иногда пугает.

— Когда государство начинает что-то регулировать, оно действует как слон в посудной лавке — особенно в части технологий, — говорит эксперт. — Самый яркий последний пример, наверное, — блокировка неактивных сим-карт. Законодателям не приходит в голову, что сим-карты есть не только в телефонах, но и в массе автоматических умных устройств, которые могут быть долго неактивны, но должны сработать в нужный момент — например, сигнализации. Надо регулировать не технологию, а условия ее применения. Или взять блокировки некрупных банковских переводов самому себе. Это делает не оператор, а определенные алгоритмы, и здесь надо регулировать критерии автоматизации, чтобы людям не блокировали счета.

Руслан Гелетей придерживается мнения, что бизнес может развиваться и без государства, самостоятельно. Помочь оно могло бы разве что в вопросе просвещения.

— Часто бывает так, что пользователь, то есть компания, получает инструмент, но не может и не хочет им пользоваться. Причины разные: нет задачи освоить что-то новое, внутреннее сопротивление изменениям, особенно у старших сотрудников, и так далее. Поэтому сработает пропаганда постоянного обучения, движения вперед и понимания того, что времена, когда получали образование один раз на всю жизнь, прошли.

Эксперт считает, что не стоит полагаться на какую-то помощь извне. Любая компания должна быть настолько самостоятельной структурой, чтобы спокойно функционировать автономно, даже если руководитель временно выбыл из строя, сменился весь финансовый отдел и так далее. Старые же компании чаще работают по образцу, когда все завязано на ключевых сотрудниках или держится на ком-то одном.

— Очень важно, чтобы предприниматели понимали: рынок IT-продуктов будет развиваться дальше не в плане роста количества, а в плане повышения качества продуктов, — добавил он. — И компании, готовые к применению всего этого многообразия, будут более гибкими, за счет чего выиграют.

Владимир Зотов считает, что образование — та сфера, где государство стремится и должно поддерживать развитие малого бизнеса на стадии университета и даже школы. Некоторые вузы уже сегодня активно включают в свои образовательные программы навыки запуска стартапов, готовя одновременно и высококлассного работника, и перспективного предпринимателя.

— Кроме того, пример рынка бухгалтерских систем говорит о том, что государство достаточно хорошо научилось регулировать области деятельности в контакте с технологическими компаниями, которые реализуют эти требования в своих цифровых решениях. Малому бизнесу часто уже не требуется заботиться об отдельных нормах, — добавил он. — То есть сегодня все чаще компании сегмента подписываются на продукт, куда «зашиты» все регуляторные требования и нормативы.

Если говорить про субсидирование, то эксперт выделил платформу МСП.РФ с сервисами, мерами поддержки и обучением — его услугами пользуются уже 600 тысяч зарегистрированных субъектов малого бизнеса.

Тренды применения ИИ уже обозначились в сфере 1С достаточно широко — это и разработка, и сопровождение, и внедрение. По словам Данила Федосова, целые блоки, части программы пишутся искусственным интеллектом, разработчику остается только правильно сформулировать задачу и перепроверить результат. Также бухгалтеры уже активно используют помощник для поиска правовой, справочной, методической информации по 1С.

— Тем не менее, уже очевидно, что само по себе, во-первых, это не перейдет определенных границ, а во-вторых, в конечном итоге нас ждет все-таки сочетание работы искусственного интеллекта и «живых» специалистов, — говорит эксперт.

Руслан Гелетей согласился, что ассистенты будут развиваться очень бодро и в существующих системах, и отдельно как нишевые продукты.

— Я думаю, что количество компаний-потребителей сильно сократится в ближайшее время — это уже происходит и в ближайшие годы будет тенденция продолжится, — говорит он. — Бизнес разоряется, условия становятся жестче. Компании, которые не могут быть гибкими и пользоваться современными технологиями, не могут предложить клиентам что-то новое сверх того, что уже есть, и будут заканчивать свое существование. Мы увидим это если не в первом квартале 2026 года, то в третьем точно. Скажется изменение налогового законодательства, появление в некоторых сферах огромного количества конкурентов, отток сотрудников. Поэтому будет интересно посмотреть, как вендоры будут на это реагировать.

Владимир Зотов обозначил первый из трендов следующего года: продолжение роста количества малых предприятий. В 2025 году он достиг рекордных с 2016 года показателей — 6,64 млн субъектов. Также — рост доли использования цифровых решений. Теперь, по его словам, вопрос стоит не «могу или не могу» использовать, а переходит в разряд «я не могу не использовать актуальные решения».

Также, по данным «Соваре», к 2027 году 70% МСП планируют внедрить облачные сервисы, 45% намерены начать использовать ИИ в ближайшие два года.

Второй тренд, по мнению эксперта, — вступление рынка отечественных ИТ-решений в фазу оптимизации: если после 2016-го и в особенности после 2022 года рынок рос, то сейчас он временно насытился. Этап оптимизации — когда слабые уходят с рынка, сильные приобретают и поглощают слабых, решений становится меньше, но они становятся более оптимальными, их цена уменьшается — что для малого бизнеса будет плюсом.

— Третий прогноз: у поставщиков станет полностью осознанным стандартом понимание того, что такое ИТ-решение для малого бизнеса. Без бесплатной пробной версии, без легкого входа и легкого приобретения почти нет шансов поставки в малый и средний бизнес, — уточнил Зотов. — Это значит, что в МСП продолжат проникать финансовые модели по поставке цифровых сервисов — SaaS, pay-per-use и так далее.

Еще одним трендом станет внедрение не только обособленных ИИ-продуктов, таких как нейро-ассистенты, но и всё более частое появление интеллектуальных функций в каждом решении.

— Например, была онлайн-бухгалтерия, а потом в нее добавилось прогнозирование кассовых разрывов, интеллектуальные аналитические функции, — пояснил эксперт. — То есть ИИ-модели будут интегрироваться непосредственно в инструментарии существующих систем.