Павел Дуров о крипте, отравлении и двух стульях — главное из 4,5-часового интервью

Миллиардер и сооснователь Telegram Павел Дуров дал интервью на четыре с половиной часа известному подкастеру Лексу Фридману. Они говорили о свободе, предположительной попытке покушения, здоровом образе жизни, криптовалютах, количестве детей и выбором между «двумя стульями».

Журналист «Фонтанки» выбрал главные фрагменты из самого продолжительного интервью Дурова.

Главные враги свободы — страх и жадность. Еще она важнее денег. Я в 4 года увидел разницу между свободой и несвободой, когда с родителями переехал в Италию, и понял: без свободы нельзя наслаждаться разнообразием идей, товаров и возможностей, да и сам человек без свободы не может внести свой вклад в это разнообразие.

Жить нужно в соответствии с принципами, в которые веришь. Пусть даже такая жизнь и окажется короче. Я могу напоминать себе, что могу умереть каждый день, чтобы делать каждый день осмысленным.

Когда мне было 11, то мой учитель биохимии поделился со мной книгой, которую сам же и написал. В ней говорилось о биологических и химических процессах, когда принимаешь различные вещества, в частности алкоголь. После распития спиртных напитков на следующий день отмирают клетки мозга — они больше не восстанавливаются.

Мозг же самый ценный инструмент человека на пути к успеху и счастью. Зачем же его разрушать мимолетным удовольствием? Звучит абсурдно.

Я не считаю смартфон необходимым устройством, когда я рос, а затем учился в университете, то у меня его не было. Философия тут простая — хочу сам решать, что важно в моей жизни. Не хочу, чтобы другие люди, организации или компании решали, что сегодня важно и о чем мне стоит думать. Создавайте свою повестку, а телефон этому только мешает.

Если ты с утра первым делом хватаешься за телефон, то превращаешься в существо, которому диктуют, что думать весь оставшийся день.

В 11 лет по серьезному отбору я поступил в Академическую гимназию при СПбГУ. Идея школы заключалась в том, чтобы «загрузить» мозг подростка максимально большим количеством информации. Это иностранные языки и математика. От такой нагрузки в мозге ученика должны произойти изменения, что позволит ему понимать другие предметы.

У меня было 4 иностранных языка, биохимия, психоанализ, эволюционная психология и другие. Отличником стать было невозможно, но этот опыт многому меня научил. Это был эксперимент с образованием в середине 90-х, когда в России еще не было четкой регламентации в школах.

Меня выгоняли из других школ. С отметками было хорошо, но не с поведением. В итоге я попал в школу, где спорить с учителями было не то чтобы нормально, но допустимо.

Почти всему, что знаю, я научился у брата. Когда мы были детьми, то спали в одной комнате. Я постоянно донимал его вопросами — о динозаврах, галактиках, черных дырах, неандертальцах. Кажется, он начал читать в три года, с самого детства увлекался сложной математикой и астрономией. Николай впитывал эти знания как губка. Он невероятно скромный и добрый. Этого не достает многим людям, которые считают себя умными, но не обладают истинным интеллектом. Мой брат непубличен из-за природной скромности. У него нет потребности выделяться или хвастаться.

Я поступил в СПбГУ, а учиться было скучно. Пришла мысль: чем бы заняться? Сначала создал сайт для студентов факультета, куда выкладывал материалы лекций. Он стал мегапопулярным. Добавил форум. Затем расширил проект на все факультеты, а потом и на другие вузы. Проект выстрелил.

После окончания университета один из моих бывших одноклассников прочитал об успехе проекта в главной деловой газете Петербурга. Он спросил: ты собираешься сделать русский Facebook? * Он закончил американский университет и знал про него. Мы встретились, он показал мне Facebook. Подумал: вау, у меня есть такие технологии. Я запустил сайт, который получил название «ВКонтакте» или VK.

Когда делали мессенджер, то понимали, что кучка людей из России не особо вызывает доверие. Поэтому выложили открытый код на GitHub. Мы добавили сквозное шифрование и секретные чаты, что позже скопировали с нас. Считаю, что секретные чаты в Telegram — это самый безопасный на сегодня способ связи.

Код Telegram открыт с 2013 года. Это невероятно важно, чтобы завоевать доверие и быть открытыми. У нас ни разу не было утечек данных из Telegram — ни личных сообщений, ни, скажем, списков контактов.

Если злоумышленник попытается получить доступ к любому серверу в одном из наших дата-центров, у него ничего не получится. У нас всё зашифровано. Можно вытащить жесткие диски, анализировать их, но ничего не получить. Всё зашифровано так, что расшифровать невозможно.

Telegram стал набирать популярность в 2018 году. В Иране люди применяли мессенджер на антиправительственных протестах. Правительство не справилось с этим и решило заблокировать Telegram. Однако люди продолжали им пользоваться. Интересно, что Иран заблокировал именно Telegram, а не WhatsApp*.

В 2017 году Россия потребовала, чтобы Telegram передал ключи шифрования. Они думали, что такие существуют, что ключи позволили бы им читать сообщения каждого человека в Telegram, по крайней мере, каждого в России.

Мы сказали, что это невозможно, хотите — блокируйте. Они это сделали. Это было забавно. Они пытались блокировать наши IP, но мы были готовы. Придумали технологию, которая позволила нам менять IP-адреса. Всё было автоматизировано. Мы потратили на это миллионы долларов.

Никогда публично не рассказывал, чтобы не пугать людей. Весной 2018 года, когда мы запускали TON, пара стран пыталась заблокировать Telegram. Это был самый неподходящий момент, чтобы обсуждать личное здоровье. Я никогда не болею, у меня почти идеальное здоровье, не принимаю таблетки. Это был единственный момент в жизни, когда я, кажется, умирал.

Приехал домой, открыл дверь арендованного таунхауса. Там был странный сосед, который что-то мне оставил у двери. Через час я лежал в кровати, мне стало очень плохо. Почувствовал боль по всему телу. Я попытался встать и пойти в ванную. Пока шел туда, ощутил, что тело перестало слушаться. Сначала пропали зрение и слух, затем стало трудно дышать. Это всё сопровождалось острой болью — сердце, желудок, все сосуды.

Очень трудно объяснить, но в одном я был уверен: ну вот и всё. Я не мог дышать и ничего не видел. Была сильная боль. Промелькнула мысль, что у меня была хорошая жизнь, я сделал несколько дел. Потом я рухнул на пол. Очнулся на следующий день. Было светло. Я не мог встать из-за дикой слабости. Посмотрел на руки и тело — по всему телу полопались сосуды. Со мной такого никогда не было. Потом две недели не мог ходить.

Я сидел дома и решил не рассказывать большей части своей команды. Не хотел их волновать, было тяжело. Чувствую, что сейчас будто живу бонусное время. Как будто ты давно умер, и каждый новый день — это подарок.

Сначала я думал, что это какая-то ошибка, что меня обвиняют в преступлениях, совершенных якобы пользователями Telegram. Ни одна страна даже с авторитарным режимом не поступала так с лидером технологической компании таких масштабов.

Меня посадили в полицейскую машину. Затем я оказался под стражей — маленькая камера, без окон. Узкая кровать из бетона. Просидел там четверо суток. Всё это время меня допрашивали полицейские. Они интересовались, как работает Telegram, хотя это публичная информация. Меня поразила ограниченность тех, кто затеял это против меня, и отсутствие у них же понимания того, как работают технологии, шифрование, социальные сети.

Кажется, французское правительство проигрывает эту битву. Чем сильнее на меня давят, тем упорнее и непоколебимее я становлюсь.

Были попытки использовать ситуацию, когда я застрял во Франции. Ко мне обращались с просьбами заблокировать какие-то каналы в других странах, изменить принципы работы Telegram. Я не только отказался, но и поведал об этом всему миру.

Биткоины купил в 2013 году, кажется, на их локальном максимуме примерно по 700 долларов. Просто закинул туда пару миллионов. На следующий год биткоин упал где-то до 200-300 долларов. Многие стали выражать мне сочувствие, что я сделал ужасную ошибку, когда вложился в эту новую штуку.

Некоторые думают, что сейчас я могу арендовать дорогие апартаменты и летать частными джетами, потому что выкачиваю деньги из Telegram. Но Telegram для меня лично — это убыточный проект. Биткоин — это то, что позволило финансировать мне мой образ жизни и держаться на плаву.

Верю, что настанет момент, когда биткоин будет стоить миллион долларов. Просто посмотрите на тренды. Правительства печатают деньги как не в себя, а биткоин никто не печатает. У него предсказуемая инфляция, которая в какой-то момент прекратится. Биткоин — это всерьез и надолго.

Я не знаю, сколько именно у меня биологических детей. Где-то 15 лет назад я решил, что стану донором спермы. Сначала меня попросил о помощи друг, который с женой пытался завести ребенка, но не могли из-за здоровья. Они сказали, что не хотят полагаться на кого-то незнакомого. Тогда я отреагировал так: вы что, шутите? Потом осознал, что это серьезная проблема. Затем меня убедили делать это и дальше.

Недавно, когда я составлял завещание, то понял, что не должен делать различий между естественно зачатыми детьми и биологическими, которых я никогда не видел. Если они смогут доказать общую со мной ДНК, то однажды, может, лет через 30, они должны будут иметь право на долю моего наследства.

Мне невероятно повезло с отцом. Этот человек написал множество книг о Древнем Риме и его литературе. Всегда помню его за работой. Он был неутомим. Пример, который он подавал мне и моему брату, был бесценен. Некоторые совершают ошибку, когда думают, что можно привить правильные принципы детям при помощи слов, но не поступками. Дети не дураки.

Недавно он мне сказал — не стоит подавать дурной пример окружающим людям и особенно детям. Ты можешь поступить правильно 9 раз из 10, но стоит ошибиться раз, то они тут же это скопируют.

Есть и много других советов: сохранять позитив, видеть светлую сторону, не отчаиваться, быть честным.

В последний раз он мне сказал, что ИИ может иметь сознание и быть креативным, но у искусственного интеллекта не может быть совести, морали и принципов в том смысле, в котором это понимают люди. Это урок, который он мне преподал.

Одна из моих целей в жизни — не разочаровать его.

Это загадка, с которой сталкиваются в российских тюрьмах. Метафорически она описывает любую ситуацию, где вам предлагают выбор между двумя не самыми лучшими вариантами. Когда управляешь крупным бизнесом или большой страной, то сталкиваешься с такой дилеммой. Сделать одну ужасную вещь или другую, не менее ужасную.

Думаю, правильный ответ: не делать ни того, ни другого. Переосмыслить сам вопрос, придумать решение, которое превращает недостаток в преимущество.

Есть другой более креативный ответ: ты берешь пики с одного предмета и используешь их, чтобы срезать то, что находится на другом стуле. Думаю, это и есть правильный ответ.

Нами часто манипулируют — политики, главы корпораций. Нас заставляют выбирать из двух плохих вариантов. Когда нас заставляют выбирать, мы делаем выбор и получается, что должны взять на себя ответственность за него. Я думаю, что не стоит на это вестись.

* Принадлежит Meta, признанной в России экстремистской.