Не мистика и не психосоматика. Профессор Политеха объяснила, почему и как магнитная буря может влиять на самочувствие

Магнитные бури «накрывают» Землю, метеозависимым предлагают запастись терпением и таблетками на 4–6 дней. Хотя врачи, как правило, скептически относятся к влиянию геомагнитных изменений на состояние здоровья. «Фонтанка» выяснила, что говорят об этом биофизики, у Марины Карпенко, доктора биологических наук, профессора Высшей школы биомедицинских систем и технологий СПбПУ.

В советские времена о магнитных бурях никто не предупреждал, только бабушки жаловались: «Суставы крутит — погода изменится». Теперь, как только появляются сообщения о «наступлении» магнитной бури и в ее разгар, журналисты звонят в медицинские учреждения. Спрашивают, насколько увеличилась обращаемость петербуржцев и как это увеличение связано с космической аномалией. Ответы слышат такие или приблизительно такие:

— Никак не увеличилась. А если пришел человек, состоящий на диспансерном учете, со своими психосоматическими жалобами — и хорошо. Диспансерное наблюдение ему и без бурь нужно, — говорят в поликлиниках.

— Если человеку сказать, что ему завтра будет плохо, ему и будет плохо. Внушаемые люди готовы надеть кастрюлю на голову или шапочку из фольги и сидеть в ожидании магнитной бури. С одной стороны, на все процессы в организме влияет ЦНС (центральная нервная система. — Прим. ред.), на нее должны, предположительно, влиять геомагнитные возмущения, но в отделениях неврологии роста госпитализаций незаметно. Может, у кардиологов она растет? — говорят в одном из неврологических центров Петербурга.

— «Есть ли жизнь на Марсе, нет жизни на Марсе, науке это неизвестно». В нашем отделении кардиологии число госпитализаций не растет, оно, как известно, зависит от мощности отделения — сколько коек, столько пациентов. Но и статистики настоящей об изменении самочувствия людей, связанного с магнитными бурями, нет. Утверждая, что геомагнитные бури влияют на состояние здоровья, мы водим вилами по воде, — говорят в городской больнице.

Учитывая, что мы никак не можем повлиять на Солнце и его активность, все рассуждения врачей сводятся к одному: наше дело лечить, а не думать, почему «Старлинк» вышел из строя. Лечить и тех, у кого во время магнитных бурь явные проявления психосоматики. Да, внушаемые готовы любое ухудшение самочувствия списать на бурю и ожидать окончания солнечной активности. Что, между прочим, чревато в ситуациях, когда ухудшение такое, что следует обращаться к врачу, независимо от того, объявляли о буре или нет.

Марина Карпенко, доктор биологических наук, профессор Высшей школы биомедицинских систем и технологий Петербургского Политеха, согласилась объяснить читателям «Фонтанки», почему у врачей скептическое отношение к магнитным бурям как к фактору, влияющему на состояние здоровья. В первую очередь, потому что многоцентровые исследования на людях не проводились.

«Магнитная буря — это возмущение магнитного поля Земли. Оно очень слабо воздействует на человека. Тяжелое заболевание для него это как удар молотком по голове, а малое воздействие возмущением магнитного поля Земли на фоне и без того тяжелого развития патологического процесса человек либо не почувствует вовсе, либо оно как-то повлияет на самое слабое звено, — говорит Марина Карпенко. — Здоровый этого влияния вообще может не заметить. Но оно есть».

Чтобы понять, как влияет возмущение магнитного поля Земли на человека, надо поставить эксперимент. Собрать много людей и посмотреть, как они себя чувствуют при нормальной солнечной активности и при буре. Сообщаем этому множеству людей, что они участвуют в исследовании и что?

«Даже абсолютно здоровый человек, когда начнется магнитная буря, почувствует себя плохо, потому что мы знаем, если сказать: „Никогда не думайте о красном крокодиле“, все будут думать именно о нем. „Красный крокодил“ — это и есть та самая магнитная буря. При этом если в ходе эксперимента мы попросим описать, как именно ухудшилось состояние, то у всех это ухудшение будет разным, а у кого-то его не будет вовсе, — объясняет профессор. — Результаты исследования должны быть проанализированы, а на основании анализа сделаны выводы. А как их сделать, если с учетом „красного крокодила“ и разного уровня самовнушения, а также компенсаторных возможностей организма при той или иной солнечной активности, они будут разными?»

То есть, проводя такой эксперимент, нужно предварительно обследовать человека — до начала магнитной бури — так, чтобы он даже не подозревал о «красном крокодиле», что совершенно невозможно (вспомним о необходимости подписывать согласие на проведение любой медицинской манипуляции). А без сравнительного анализа любые выводы будут иметь большие погрешности. И как трактовать влияние на организм такого слабого фактора, как геомагнитные колебания, если мы ничего не знаем о других агрессивных воздействиях на него?

Надо учитывать адаптацию к магнитным колебаниям, а она у всех разная. Допустим, проводится такой эксперимент на огромном количестве людей, в центрах, расположенных в разных географических условиях. А мы знаем, что солнечные возмущения ближе к полюсу более сильные, но люди к ним более адаптированы, если всю жизнь прожили за Полярным кругом, а организм приезжих к ним не приспособлен. То есть фактор адаптации к магнитным бурям в зависимости от места жительства тоже играет свою роль.

«Влияние слабых факторов изучать в многоцентровом исследовании на огромном количестве людей сложно, потому что необходимо усреднять его участников по месту жительства, по полу, возрасту, анамнезу, психологическому статусу и так далее. А это огромная работа, она по-хорошему до сих пор не была проделана, — говорит Карпенко и добавляет: — Но…»

Исследования на самом деле есть. Биофизикам проще — им не нужны исследования в клинике, они ставят эксперимент в фиксированных условиях на животных. «Мы можем поместить 100 крыс в одинаковые условия, например берем только самцов абсолютно одинакового возраста, которые выросли в одинаковых условиях, ели одинаковую еду и так далее. И на них измерять воздействие слабых возмущений магнитного поля. Такие эксперименты показали, в чем заключается влияние на живой организм магнитных возмущений, — рассказывает Марина Карпенко. — Например, влияние на кровь, являющуюся электролитом — жидкостью, которая проводит электрический ток. На животных было показано, что в измененном магнитном поле кровь становится гуще. Чем выше магнитное поле, тем больше ее вязкость. Чем больше вязкость — тем медленнее кровоток: одно дело — течет вода, и другое дело — течет сахарный сироп. Если кровоток затруднен, это ведет к гипоксии — кислородному голоданию. А при кислородном голодании в первую очередь страдает, как известно, мозг, потому что все его функционирование зависит от содержания кислорода в тканях центральной нервной системы.

Профессор Карпенко делает вывод: небольшое возмущение магнитного поля Земли увеличивает вязкость крови, а при этом мозг может испытывать (в эксперименте на крысах это было показано) гипоксию, следствие которой — ухудшение самочувствия. И объясняет: речь не идет о такой вязкости, при которой прямо начинается тромбообразование. Но если под влияние магнитной бури попадает человек с серьезным риском его развития или с уже имеющимися проблемами, например страдающий сахарным диабетом, то усиливающаяся вязкость, а она у них уже есть, может привести к развитию серьезных осложнений, например к некрозу (диабетическая стопа): «Да, вязкость крови, что возникает при магнитной буре, так мала, что люди с первой группой здоровья, скорее всего, никакого влияния не ощутят, а кто и без бурь страдает от гипоксии, имеет холестериновые бляшки, нарушение проводимости сосудов и так далее, они даже эти маленькие воздействия могут почувствовать», — говорит ученый.

Кроме вязкости крови профессор приводит еще один пример влияния магнитной бури на организм: «На наших сосудах есть рецепторы, которые воспринимают давление — своеобразные датчики, расположенные в стенках крупных сосудов. Небольшое изменение магнитного поля меняет их чувствительность и, соответственно, приводит к тому, что просвет сосудов меняется — они то расширяются, то сужаются. А это напрямую связано с артериальным давлением, оно повышается».

Карпенко напоминает: «Есть такое понятие, как трансляционная медицина, когда выводы, полученные в результате исследования на животных, распространяются на людей до определенных пределов. Но делать это надо очень аккуратно». Например, потому что не проводилось исследований, показывающих, как воздействуют магнитные колебания на те же сосуды у людей, принимающих, например, кроверазжижающие препараты или понижающие давление. Врачи говорят — чтобы человеку во время магнитной бури хватило адаптационных возможностей, надо всего лишь исправно принимать назначенные лекарства.

«Возможно, ситуация, в которой „врачи — против биофизиков“, возникает потому, что доказать в эксперименте на людях влияние магнитного поля на органы и системы человека мы не можем — малый фактор нельзя никак выделить, чтобы доказать, что именно он стал причиной срыва адаптационной системы. Но влияние магнитных бурь на здоровье человека — это не мистика и не в чистом виде психосоматика, — говорит Марина Карпенко. — Но это физический стрессорный фактор, относительно слабо действующий на человека. Он приводит к изменению гидродинамических свойств, к ухудшению регуляции давления, но может нарушать только очень тонкие физико-химические процессы в организме человека».

Ирина Багликова, «Фонтанка.ру»