Дорога на Русский Север — где асфальт встречает облака. В Вельске собрались автопутешественники и привезли дорожную романтику с собой

На минувших выходных в городе Вельск на юге Архангельской области три дня гремел фестиваль «Дорога на Русский Север». На заливные луга съехались сотни автопутешественников со всей страны — метать сено, париться в бане в палатке и ночевать в автодомах. Об отдыхе, где все включено, — это не про комфорт, а про инициативу, и о старинном купеческом городе на Русском Севере знает проект «По Серебряному ожерелью» с «Фонтанкой».

В начале августа в Вельск съехались 150 экипажей караванеров, автомобилисты и просто любители путешествий, всего более 19 тысяч гостей. Открывали фестиваль торжественно и, в соответствии с тематикой, «с колес», хоть и не автомобильных. Вечером в пятницу над Вельском пролетели столичные мотоциклисты — на выступление чемпионов России в дисциплине мотофристайл собралась целая площадь. Не отпугнул и проливной дождь, который обрушился на Вельск аккурат после фразы «Фестиваль открыт» — трибуна разве что чуть сдвинулась назад, к кронам деревьев.

И все же все три дня фестиваля жизнь кипела не у сцены, а на спуске с так называемой «набережной». Отдельно стоит сказать, что это не набережная в привычном смысле — река виднеется где-то у горизонта, а вид с прогулочной улицы на высоком берегу открывается не на воду, а на заливной луг. Построили ее — вернее, разработали проект и нашли на него деньги — местные купеческие жены, которым остро не хватало красивой улицы, где можно выгуливать наряды. И вот спустя несколько столетий уже современные городские жительницы красуются в платьях на фестивале — на фоне ярких пятен парапланов.

Парапланеристы сгруппировались на лугу на площадке «Крылья Севера» по соседству с местом для мастер-классов — «Вельской деревенькой», хотя деревней Вельск никогда не был. При княгине Ольге — погост, при Иване Грозном — посад, и уже позже — город. Облетали деревеньку утром и вечером — когда выдавалась летная погода.

Парапланерист Павел из Северодвинска, только-только с рейса, рассказал, что мечтал летать с детства: «Раз кто-то умеет летать, то мне не уметь нельзя». В летное училище не поступил — выучился на адвоката и криминалиста, а любовь к небу реализует в спорте — 46 раз прыгал с парашютом, на уровне второго пилота учился летать на легкомоторных самолетах. И вот на параплане.

«Мы летаем „по фану“. Для удовольствия. Мой летательный аппарат — устройство одноместное, так что тут не доходы, а расходы. Но есть те, кто катает, чтоб компенсировать траты на бензин и ремонт», — объяснил он. На фестивале в Вельске он уже второй раз — встречается с единомышленниками и проводит выходные в полете.

По соседству с парапланеристами разбили лагерь автопутешественники. Прицепы, автодома, палатки, тенты — локация походила на выставку достижений автотуризма, где караванеры то и дело заглядывали друг к другу и оценивали, кто как приноровился к русским дорогам и ночевкам в пути.

«Это особенное движение — тут всем без разницы, кто ты и откуда. Угостят, накормят, если чего сломалось — починят», — объяснил кемпер из Петербурга.

Главное в дороге — это подготовка, учат опытные путешественники. За две недели надо составить список, чтобы точно ничего не забыть — советчик, к примеру, оставил дома уголь. Но и тащить с собой половину квартиры не стоит — дорога любит минимализм и легкость, так что главное, чтоб была палатка в багажнике и вода в машине. А остальное приложится.

Автопутешествия — это не только про романтику, но и про экономическую выгоду. Есть машина — минус билеты, есть палатка или кемпер — минус траты на номер в гостинице. Итого поездка на 10–14 дней может обойтись семье с детьми примерно в тысяч 50 — с учетом бензина, продуктов и других мелких покупок, делятся математикой караванеры.

Ближе к вечеру лагерь начинал «дымить» — туристы разворачивали полевую кухню, каждый свою, жарили шашлыки, варили супы и каши. За готовкой «Фонтанка» застала Александра — потомственного автопутешественника, который внимательно следил за румяными крылышками на складном мангале. Он приехал из Архангельска с семьей, дорога заняла пять часов с частицей «всего-то» — в детстве маленький Саша с отцом объехали весь юг России, а теперь приучил жену и детей.

— Я с детства любил отдыхать на природе, именно дикарями. Не в отелях, не в ресторанах. К дикой походной жизни привыкаешь, дискомфорта никакого. Да и путешествовать так интереснее, чем на самолете или на поездке. Сейчас долгих поездок почти не бывает, потому что отпуск ограничен — максимум две недели.

У отца Александра таких проблем нет — ему 65 лет, он уже вышел на пенсию, так что Русский Север и не только для него всегда открыт. В поездки он обычно тащит внуков — чтоб оторвать тех от телефонов.

«Для путешествий нужны желание и кураж. Кто-то любит приехать в Турцию в гостиницу, где все включено. А мне это не надо — мне нужно больше общения», — так Петр объясняет свою любовь к слетам караванеров.

В свое первое автопутешествие он поехал в далеком 1996-м. «Еще жигули у меня были, дети маленькие. Бандитизм был, так чтобы проехать где-то по области на машине, надо было собраться по пять машин минимум — иначе остановят. Беспредел был полный. А мы на жигулях на Азовское море, на Черное — все объездили. А в двухтысячных я микроавтобус купил, потом уже свою новую через две границы перегнал — Литву, Белоруссию», — поделился он.

Тогда кемпер Петра внутри был голый — потихоньку он начал свое жилище на колесах обставлять и даже купил для этого машину-донора, чтобы «прооперировать» новичка и подарить ему пару донорских деталей. Теперь внутри пять спальных мест, холодильник, туалет под сиденьем, газовая плита, электричество и вода — и горячая, и холодная. В общем, такой передвижной дом на колесах точно нужно скрывать от застройщиков — иначе метраж студий сократят до пары квадратных метров.

«Когда слет был в Великом Новгороде, приезжали ребята, спрашивали, чего я сделал нового», — с гордостью говорит он. На фестивалях то и дело подходит молодежь и просит дом на колесах им продать — Петр не отдает. Вложил миллион, продать может за все десять, но верного спутника отпускать не готов.

— Вот сейчас тоже внуков привезли — оторвались от телефонов, побегали. И я подхожу и благодарю всех родителей, которые детей своих привозят — для общения. Нам, кто в Советском Союзе рожден, не хватает этого. Коллектива, новых знакомств. А так ездишь здесь, и никому не важно, кто ты: инженер или академик. И путешествуем, чтобы старость дома не застала. Была такая песня — вы, наверное, уже ее и не знаете.

Автопутешественников, а заодно и местных, развлекали утренней йогой на лугах по утрам, кинопоказами и концертами — по вечерам. А в перерыве можно было научиться, к примеру, клеить самолеты, водить хороводы и даже правильно метать стог сена. И нет, метать не равно кидать. Это не забава, а занятие сугубо практическое — сено разложить, чтобы оно просохло, затем собрать граблями и закинуть в стог. На верхушке горы из луговых трав сено топчет «опытная дама», чтобы стог был ровный и простоял до зимы, объяснила Наталья Лобанова, работница сельского дома культуры. «Так и консервируем — получается заготовка на зиму», — заключила она.

Тем временем сверху — на самой набережной — развернулась ярмарка ремесел. На лавках продавцов соседствовали мода и традиция — между трендовыми свечками и подвесками из бисера то сувениры и одежда с важской росписью, то пряники-козули. Вдохновляются мастера преимущественно северной культурой — Татьяна, уроженка Вельска, взяла за основу фактуру резных наличников. Ими был украшен дом ее родителей, а теперь и ее собственный. Правда, наличники теперь не деревянные, а вязаные — Татьяна плетет подзоры из тонких нитей, свой проект называет «Уютным окошком».

«Наличники с родительского дома и первый образец, который я сделала, очень перекликаются. Сейчас таких образцов у меня много, работаю на заказ. Тема подзоров мне с детства близка — они у бабушки на кровати висели, чтобы закрывать пространство под ней. А сейчас у нас пространства совсем другие — большие дома, современные окна. И мне захотелось перенести туда фактуру из детства», — поделилась она.

Другая мастерица, Татьяна Савельева, увлеклась творчеством в декрете. Живет она в небольшой деревушке Ежевская в Вельском районе — когда-то девушка занималась преимущественно сельским хозяйством, были у нее и козы, и гуси. Потом переключилась на традиционную северную выпечку — козули, шаньги.

«И в какой-то момент мне захотелось испечь не простой пряник, а печатный, но формы для меня стоили очень дорого. Самая маленькая — больше трех тысяч. И тут мне интернет выдал инструмент для резьбы по дереву. Я подумала, что это знак — легких путей не ищем. И стала вырезать наши северные мотивы», — рассказала она.

Со временем Татьяна приноровилась, выиграла грант, закупила оборудование — и теперь ее деревянные изделия гастролируют по выставкам и ярмаркам по всей России.

Заканчивается ярмарка двумя лавками местных гончаров — «Фонтанка» застала их за обменом комплиментами и изделиями. Мастерица Наталия Кулемина объясняет: гончарное искусство очень индивидуальное, так что они друг другу не конкуренты. Глиной в семье занимается муж Наталии Сергей — под руководством опытного мастера он освоил традиционное для севера гончарное ремесло. «Сережа глину сам готовит — 2,5 тонны на год. Как в старине было. Это такая традиция — ее через интернет не узнаешь. Только от мастера к ученику», — рассказывает она. Собрался коллектив — занимаются традиционным костюмом, плетут изделия из бересты.

— К нам приезжают учиться. И нам везет потому, что много людей откликаются, были бы мы с Сережей только вдвоем — ничего бы не вышло. Недавно провели исторический праздник — народное гулянье «Прокопий мастеровой». В этом году полтысячи человек у нас было. Идет праздник три-четыре часа, но мы от него не устаем. Это же наш код, мы же должны сохранять идентичность. Я это говорю, и у меня у самой дрожь такая, потому что это очень непростые слова. Это приходит с возрастом — и начинаешь традицию ценить.

Ближе к вечеру местные расходятся с «верхних» площадок фестиваля по домам, а «внизу», в месте размещения автопутешественников, начинаются гулянья. На прицепах сверкают огоньки гирлянд, туристы сбиваются в кучки на звук гитары. Выбиваются из общей картины разве что пара женщин в купальниках и в облаке дыма — оказалось, в лагере караванеров развернули настоящую полевую баню. С вениками и надувным бассейном.

Привезли передвижной спа-комплекс четыре пармастера — так называют себя гастролеры-банщики. Алексей и Сергей из Москвы, две Тани — из Сыктывкара.

— Был момент, когда я поняла, что что-то должно быть по-другому. Руководить большими проектами у меня уже не было сил. Хотелось единения с природой, хотелось делать что-то для людей и самой быть при этом в состоянии счастья. Теперь мы путешествуем, парим — да, устаем, потому что это долгая дорога, сборы, организационные моменты. Сейчас мы устали, но в моменте это такое ощущение счастья. Когда я парю, я не могу думать ни о чем другом, у меня голова очищается полностью.

— Баня очень хорошо чистит. Это путь к женственности, заземлению, свободе, любви. И ты исцеляешь других и сам исцеляешься заодно, — рассказывают две Тани.

Принцип такой бани простой: стены палатки из утепленного непромокаемого материала, форточки, мобильная печка, которую можно разобрать по камням и досочкам. «И так разобрали, в сумочку сложили, погрузили в прицеп и поехали в любое другое место», — объяснили пармастерицы.

Неподалеку от бань разместилась пара из Орла — дорога на Русский Север заняла у них два дня. На ночевки останавливались под Москвой и под Вологдой — спали в специально оборудованном для этого прицепе. Ездят по России на автомобиле Владимир и Лидия Морозовы уже тридцать лет, их личный рекорд — от Орла до Горного Алтая.

— Сначала с палатками ездили, но уже косточки не такие. Муж придумал такой домик, матрасы у нас там хорошие. Маленькая кухня, телевизор, холодильник, освещение. Потихоньку собрали все, что необходимо для нормального путешествия. Мы, когда едем, даже не планируем строго маршрут. Приехали, остановились, искупались, дальше поехали, — поделилась Лидия.

— Мы пенсионеры уже, небогатые. И ездить на поезде с гостиницами — это очень дорого, мы не потянем. А вот я сам сделал домик — и мы уже шесть лет с ним ездим, — добавил ее муж. — Мы были в Крыму, в Омской области, в Башкортостане. И понимаем, что богатство страны — это не то, сколько у кого денег спрятано, а наши леса, реки, поля.

Схожими ощущениями поделился другой автопутешественник — Владимир. Для него путешествия — это не про тусовку, а про новые смыслы и ощущение, про путь к себе. Особенно когда дорога выдается одинокой — в Вельск мужчина приехал один, жена осталась присматривать за рассадой. Владимир часто вспоминает, как старший брат в детстве взял его с собой на речку. Костер, палатки, дух походной романтики как-то закрепились в подсознании и долгое время сидели себе тихо — пока Владимир ездил по Европе и Азии. А когда мужчина вышел на пенсию, он понял, что свободное время, «вакуум», нужно чем-то заполнять.

— С возрастом жизнь какая-то другая, понимаете? Лет в 30, 40, 50 — это вечный движ, борьба, и часто о фундаментальных вещах просто не думаешь. День прошел, здоров — и хорошо. А сейчас я стараюсь каждый день искать положительные эмоции, проживать его осмысленно. Вопрос, а на что время тратить? Что в жизни не пустое? И я открываю для себя вот мир путешествий. Я, пока до Вельска добирался, подъехал к церкви, остановился на пляже, переночевал там. Просыпаюсь, смотрю на этот вид, на деревни — и понимаю, что я в этом растворился.