«Не обязательно убивать весь бизнес». Чем грозит реформа лицензирования операторов связи

Минцифры готовит масштабную реформу лицензирования операторов связи, которая может существенно изменить рынок. Предполагается сократить число типов лицензий с 20 до трех и одновременно ужесточить требования к компаниям, предоставляющим доступ в интернет. В комплекте также идет увеличение стоимости самой лицензии, обязательное подключение к СОРМ (программно-аппаратный комплекс для доступа спецслужб к данным), исключение ИП из сферы услуг связи, повышение требований к покрытию и уставному капиталу и многое другое.

Участники круглого стола «Фонтанки» рассказали, что, по их мнению, не так с проектом и почему рынок рискует потерять значительную часть малых региональных провайдеров, которые работают в небольших населенных пунктах.

Игрокам рынка не до конца известна суть нововведений: официальных публикаций и заявлений почти нет — только приблизительные данные. Кроме того, им непонятно, зачем это делается. 

Как отметил Дмитрий Полещук, генеральный директор ООО «Смартком», только понимая цели, можно участвовать в диалоге. По его словам, именно малые провайдеры в первую очередь создают инфраструктуру связи. Довольно часто у небольших компаний, выкупленных крупными, качество услуг падает быстро и очень резко. Все потому, что перестроить модель бизнеса под себя достаточно сложно, поэтому просто сказать «маленькие провайдеры должны стать большими» — ошибка.

— Нас можно назвать средним провайдером, но на рынке есть ещё меньше, — говорит эксперт. — В Ленобласти мы с 2016 года создаём услугу в посёлках, где интернета раньше просто не было. Начали возвращать долги только два-три года назад — это позволяет оценить срок окупаемости инфраструктуры, которую строим. В условиях, когда каждые два-три год происходят какие-то изменения, развивать инфраструктуру на нашей немаленькой территории крайне трудно.

Когда из двадцати типов лицензий сделают три, все, кто желает сохранить свой бизнес, должны будут подстроиться лишь под эти три типа, поясняет Татьяна Пыч, заместитель генерального директора «Комфортел». Теоретически это возможно, но практически так смогут сделать не все. Государство планирует отвести для этого полтора года — до конца 2027-го.

По ее словам, операторы хотят понятных требований к обслуживанию инфраструктуры и предоставления доступа к ней в качестве услуг. У многих своя специфика ведения бизнеса: есть инфраструктурные, есть операторы для операторов, есть операторы для крупного бизнеса и для госструктур. Для них некоторые требования нового лицензирования выглядят не совсем адекватно. Например, условие 20% покрытия МКД в субъекте Федерации — это странное требование, если учесть, что многие провайдеры обеспечивают связью стратегически важные предприятия и объекты.

— Мы все, конечно, не хотим верить, что закон примут именно в том виде, в котором он сейчас обсуждается, — говорит она. — Хочется повлиять именно на законотворчество — так, чтобы нынешний уровень информатизации и связи в России сохранился.

Стратегия развития отрасли связи до 2035 года делает акцент на приведение в порядок именно лицензирования, напомнил Михаил Шенкман, генеральный директор АО «ЭлектронТелеком».  Но, по его мнению, ограничением в три лицензии этот порядок не навести. В новых критериях отсутствуют, например, магистральные операторы (владеющие опорными точками связи), но как без них, например, оператору перейти из Петербурга в Ленинградскую область — непонятно.

— Лицензия у нас будет ограничена, а чтобы этого избежать, надо вложить кучу денег, — продолжил он. — В современных реалиях горизонт инвестпланирования превышает пять лет, значит, все инвестпроекты будут сворачиваться. Я считаю, что на сегодня текущего законодательства вполне достаточно, чтобы избавиться от недобросовестных операторов связи, которые нарушают лицензии. Не обязательно убивать для этого вообще весь бизнес. Ну и, опять же, это закручивание гаек только отдалит отрасль от целей, обозначенных в стратегии развития: реформа во многом противоречит ей.

— Мы — нетипичный оператор, потому что предоставляем текстовые коммуникации, СМС, — говорит Александр Сильченко, основатель и исполнительный директор Stream Telecom. — У нас есть полные лицензии для участия в тендерах с госорганами и большими корпорациями и нет никаких частных потребителей — мы хотим работать с бизнесом. И вот в этих трёх лицензиях нашего типа услуг — телематические услуги связи, B2B-услуги — просто нет. Хотя для полной конкретики, мне кажется, нужно дождаться официального документа на сайте Госдумы или Минцифры.

В текущей ситуации, когда есть опасность принятия закона втихую узким кругом, нужно реагировать самым острым способом, полагает Олег Зиборов, директор по взаимодействию с органами государственной власти Ассоциации Телекоммуникационных Операторов. По его мнению, операторам нужно не просто садиться за круглый стол с Минцифры, а разрабатывать конкретную инициативу. Он считает, что реформа в опубликованном виде — нерабочий вариант, так как вызовет резкое снижение количества операторов.

— Регулятор не отвечает на наши запросы: по каким показателям будет реформа, как это будет выглядеть, — говорит он. — Наша ассоциация подготовила аналитическую записку с цифрами — они говорят о возможных фундаментальных изменениях в отрасли, которые вызовет реформа. Из 4 225 операторов в стране могут не выдержать новых требований и уйти с рынка 3 700 компаний, и их кому-то надо будет срочно заменить.

Эксперт напомнил, что малые операторы занимают примерно 42% рынка. На крупного госоператора приходится 33%. При утрате лицензии абонентская база и вся сетевая инфраструктура провайдера автоматически передается системообразующему оператору, и тот должен каким-то образом их интегрировать. Сделать это в короткие сроки практически невозможно, так как у каждой компании разные информационные системы и бизнес-процессы.

Эксперт затронул еще один нюанс реформы: исключение из сферы связи ИП. Таких на рынке 762 компании, большая часть из них — В2В-операторы, которые работают в мелких населенных пунктах вроде приграничного Светогорска. Есть риск, что после реформы жители там просто потеряют доступ к информации.

Андрей Сытник, председатель комитета цифрового развития Ленинградской области, подтвердил: ключевая загвоздка в том, что пока нет опубликованного законопроекта и конкретики.

— Звучат обоснованные вопросы: а нужна ли эта реформа вообще? На мой взгляд, она действительно необходима, — отмечает Андрей Сытник. — Однако её параметры и глубина требуют тщательной проработки. За последние годы отрасль телекоммуникаций претерпела кардинальные технологические изменения. Многие существующие категории лицензий были сформированы в другую эпоху и сегодня во многом морально устарели. Они не в полной мере отражают современные реалии оказания услуг связи, архитектуру сетей и модели потребления.

По его словам, одновременно назрела необходимость чётко закрепить в нормативной базе ответственность операторов связи по ключевым направлениям: защита персональных данных абонентов, предотвращение и оперативное реагирование на утечки информации, обеспечение кибербезопасности и устойчивости сетей. Отсутствие прозрачных и современных требований в этих сферах создаёт риски как для граждан, так и для государства.

Что касается опасений по поводу ускорения консолидации рынка и поглощения малых игроков, то здесь, по мнению Сытника, вопрос во многом риторический. Процессы слияний и поглощений — это естественная часть экономического развития, наблюдаемая практически во всех отраслях. Они позволяют повышать эффективность, привлекать инвестиции и внедрять современные технологии. Главное — чтобы реформа не создала искусственных барьеров для здоровой конкуренции и не привела к монополизации рынка.

Со своей стороны, региональные власти Ленинградской области готовы участвовать в обсуждении и при необходимости переносить конструктивный диалог на федеральный уровень с учетом интересов как крупных операторов, так и малых провайдеров, работающих на местах.

Если говорить о связи в отдаленных уголках, то госпрограмма по устранению цифрового неравенства в первую очередь ориентирована на населенные пункты с численностью жителей от 100 до 1000 человек. Этот критерий был выбран как баланс между социальной значимостью и экономической целесообразностью проектов. Но, по словам Андрея Сытника, в Ленобласти населённых пунктов, где полностью отсутствует покрытие всех операторов связи, относительно немного. И основная нерешенная проблема сосредоточена в самых малых деревнях и поселках с численностью жителей менее 100 человек.

— Мы неоднократно с регионального уровня сигнализировали «наверх» о необходимости пересмотреть критерий в 100 человек, — подчеркнул Андрей Сытник. — Кроме того, важно учитывать сезонные колебания численности населения. Во многих небольших населённых пунктах области летом за счёт дачников и временных жителей количество людей значительно возрастает, что существенно меняет реальную потребность в качественной связи. Жёсткое применение формального порога в 100 постоянных жителей приводит к тому, что значительная часть территории региона и его жителей остаётся за рамками господдержки.

Для того, чтобы связь реально появилась в населённом пункте, недостаточно только лицензии и добрых намерений, считает Сытник. Нужны вполне конкретные и дорогостоящие элементы инфраструктуры: доступ к электроэнергии, строительство опор, закупка и монтаж отечественного оборудования, прокладка волоконно-оптических линий, организация технического обслуживания. Всё это требует значительных капитальных вложений и операционных затрат, особенно на малонаселённых и труднодоступных территориях.

«Должна сойтись математика», — подчёркивает эксперт. По его словам, без чёткого понимания экономики проекта ни одна реформа не даст желаемого результата. Даже самые правильные регуляторные требования останутся на бумаге, если бизнес-модель окажется нежизнеспособной в текущих экономических условиях — с учётом инфляции, стоимости заёмного капитала, роста цен на оборудование и дефицита квалифицированных кадров.

— Игрокам рынка нужно сформулировать чёткий и обоснованный запрос: какие именно критерии реформы требуют корректировки и почему, — считает он. — Необходимо также провести серьёзный анализ финансовой модели с учётом актуальных экономических реалий: действительно ли она остаётся оптимальной сегодня? Это позволит избежать ситуации, когда благие цели реформы (повышение качества услуг, безопасность, технологическая независимость) вступят в противоречие с реальной экономикой отрасли и приведут к обратному эффекту — сокращению покрытия в наиболее уязвимых местах.

По словам Олега Зиборова, все адекватные собственники держат деньги по банковским счетам и ждут, что будет дальше. В стратегии развития есть пункт о том, чтобы у операторов связи было «надлежащее количество финансовых и инвестиционных ресурсов» для замены оборудования на отечественное.

Татьяна Пыч считает, что все операторы должны быть в равных условиях и выполнять требования законодательства. Сейчас на рынке это не совсем так: некоторые вкладываются в соблюдение требований регулятора, а иные стараются не привлекать к себе внимания. К примеру, услуга аутсорсинга позволяет некоторым компаниям зарабатывать на соблюдении правил за других.

— Совсем недавно регулятор отменил лицензию на передачу данных с целью передачи голосовой информации, — говорит она. — То есть в его силах пересмотреть лицензионные правила, например, а не резать рынок по живому. В сложившейся ситуации не учтены действительно многие факторы: инфраструктура, B2B, B2G и операторы для операторов (B2O). Если говорить о доступности связи, то тут встает вопрос: а как местные операторы в отдаленных регионах будут справляться с новыми требованиями?

— Если падут малые операторы, они много кого за собой потянут — продолжил Олег Зиборов. — Например, клиент интернет-провайдера получает несколько IPTV-сервисов и может выбирать, что хочет. Нам придется это автоматически выключать, потому что у того же самого крупного оператора все это есть. Таким образом, оставшиеся сервисы малых операторов автоматически перестанут быть экономически целесообразными, у них резко упадет количество клиентов, и они, скорее всего, закроются. Вслед за ними начнут падать информационные и биллинговые системы, которые поддерживают подсчёт клиентов, информационные базы, где мы ведём свои сети. А затем пострадают и заводы, которые производят оборудование и кабель.

Увеличение стоимости услуг потребует исключить из пакета малых компаний какие-то проекты, которые в итоге окажутся в руках крупных операторов, но совсем по другой цене, предположил Дмитрий Полещук. То есть, по факту, создаются условия для неравенства и процветания услуг низкого качества, потому что качество развивается только в условиях конкуренции. По мнению эксперта, у крупного оператора есть ресурсы не просто из окупаемости, но и из других источников. Но он физически не может заботиться об абоненте и точечно решать локальные проблемы.

— При любой проблеме маленький оператор, независимо от обстановки, побежит туда и будет исправлять, потому что это его кровные деньги, — говорит эксперт. — А большой не будет этого сделать, у него и так есть средства. Когда в 2016 году я начинал работу в поселке недалеко от Зеленогорска, мне принесли список из шестидесяти желающих подключиться. Только два года назад Ростелеком дотянул оптоволокно в этот поселок, но сказал, что нет технической возможности подключиться. Мы нашли эту возможность и обеспечили людям интернет.

Если говорить про СОРМ, то эксперт полагает: развитая на сегодня инфраструктура — ТСПУ (технические средства противодействия угрозам), белые списки, постепенное добавление ИИ — закроет вопросы безопасности независимо от размера оператора.

— Наши клиенты — крупный и средний бизнес, много государственных структур, медицинские учреждения, органы управления, заводы и так далее, — продолжила Татьяна Пыч. — Если их оператор не будет отвечать требованиям лицензии, по-видимому, против него будут приняты меры, а его клиенты могут лишиться связи. У нас зарезервированная разветвленная сеть, мы поддерживаем высокий уровень SLA (соглашение, фиксирующее качество услуг) и отвечаем за качество рублём, компенсируя полную абонентскую плату в случае даже незначительного простоя — никто не компенсирует в таких объемах. И мне не кажется реальным, что при уходе мелких игроков крупные операторы смогут моментально обеспечить важным структурам тот уровень услуги, к которому те привыкли.

— И если математика с платежеспособностью клиентов не сойдется, в конце концов придется закрывать свой бизнес, — добавил он. — Это значит, высвободится огромный объём клиентов с ограниченным выбором операторов из-за ограниченной конкуренции. Так или иначе будет резонанс и недовольство с их стороны.

Тем более, пока не ясно, как соответствовать этим требованиям: нужный документ Минцифры еще не представили, добавил Александр Сильченко.

Олег Зиборов напомнил, что именно малые операторы чаще всего работают в рамках высокой конкуренции: на территориях частного сектора предоставляют услуги по три, по четыре оператора, а крупным туда входить просто невыгодно. Магистральные операторы дают связь между городами: если один сломался, то клиента подхватит другой по параллельной линии связи. Во многих районах рядом с линией боевого соприкосновения, в удаленных населенных пунктах и в новых регионах именно небольшие региональные компании обеспечивают устойчивую работу интернета и каналов связи.

По словам эксперта, инновации, которые надо ещё и внедрять, а не только придумывать, обеспечивают экономике и конкурентоспособность, и выживаемость, и благополучие. Именно маленький провайдер решает огромное количество важных задач: восстанавливает линии после обстрелов, создает рабочие места и поддерживает связь с другими частями страны для жителей приграничных регионов, локально повышает уровень жизни.

Надо понимать, что государственные деньги всегда подразумевают четкие критерии ответственности и эффективности их использования, напомнил Андрей Сытник. У органов власти нет задачи искусственно оставить на рынке только одного крупного игрока. Наоборот, сохранение здоровой конкуренции и разнообразия операторов разного масштаба — важное условие устойчивого развития отрасли.

По мнению чиновника, главное — не только генерировать новые идеи, но и успешно внедрять их в практику. Именно это практическое воплощение даёт экономике конкурентные преимущества, обеспечивает долгосрочную устойчивость и повышает благополучие населения. Особую роль здесь играют малые и средние провайдеры.

— Еще три года назад Ленинградская область одной из первых среди субъектов Российской Федерации начала системно измерять качество связи, — рассказал Андрей Сытник. — Мы фиксировали обращения и обратную связь от жителей, что позволило создать проект «Цифра 47» — удобное мобильное приложение и сайт с интерактивной картой покрытия сотовой связи и Wi-Fi в регионе.

По его словам, за три года этот проект принёс ощутимые результаты. Операторы получили точные данные о проблемных зонах и смогли целенаправленно оптимизировать свои сети и процессы. Бизнесу стало существенно проще планировать развитие, поскольку раньше значительная часть ресурсов уходила на выявление реальных проблем, а не на их решение.

В обществе звучат вопросы: а может быть, это необязательно? Действительно ли надо, чтобы интернет был на всем протяжении Октябрьской железной дороги или в маленьких деревнях, садоводствах и поселках на сто человек?

Татьяна Пыч напомнила, что одна из важных задач телекома — в информировании населения о приближающихся угрозах. На одной чаше весов человек, коротающий дорогу из Петербурга в Москву за просмотром фильма онлайн, — это вопрос комфорта. А на другой — он же, вовремя проинформированный об опасности. И это вопрос жизни.

— Вовремя — это значит не постфактум, когда опасность миновала, — говорит она. — Государство должно обеспечивать информирование населения об угрозах на самом высоком уровне, как это делают и другие страны, сталкивающиеся с подобными вызовами. У людей должна быть связь с экстренными службами не только из-за ЧС и угрозы беспилотников, но из-за состояния здоровья, например. Поэтому связь — это стратегическая отрасль. Мне бы не хотелось, чтобы новое регулирование привело к откату в прошлое.

Тот факт, что телекоммуникационная отрасль в России длительное время не подвергалась чрезмерному регулированию, позволил стране добиться значительно более высоких темпов цифровизации, чем во многих европейских государствах. Это создало благоприятную среду для быстрого развития инфраструктуры и появления большого количества активных игроков на рынке, отмечает Андрей Сытник.

— Сегодня нам необходим благоприятный инвестиционный климат, — подчеркнул он. — Такой, который позволит развиваться тем предпринимателям, кто действительно хочет созидать и строить, а не просто зарабатывать. Таких провайдеров в России немало. Эти люди сознательно выбирают самостоятельный путь и, как правило, не стремятся работать в крупных корпорациях.

По словам Сытника, устойчивое развитие отрасли лучше всего достигается при наличии операторов разного масштаба. Крупные компании эффективно решают фундаментальные, капиталоёмкие задачи и реализуют масштабные проекты. А малые и средние провайдеры обеспечивают гибкость, локальную адаптацию и оперативность. Именно разнообразие игроков создаёт условия для эффективной коллаборации на всех уровнях и способствует общему прогрессу рынка.

Решения не должны приниматься узким кругом, нужно включать побольше экспертов из отрасли, говорит Михаил Шенкман. Он считает, что большинство операторов связи в принципе были бы не против урегулирования, но правила игры должны быть понятны, прозрачны и не меняться потом.

— Для развития чего-либо надо инвестировать, а для этого нужно понимать, что завтра ничего не поменяется, — пояснил он. — Ни один собственник никогда в жизни свои деньги не вложит в бизнес, который завтра по любому поводу могут просто забрать. Я имею в виду необходимость компаний быть подключёнными к системообразующему оператору. Если вдруг что-то случится с лицензией, по сути они просто бесплатно передают ему все свои ресурсы. На месте государства я бы вышел и объяснил свою позицию и ничего не замалчивал. А пока что мы слышим: «Терпите, мы еще обсуждаем».

Александр Сильченко отметил два момента. По его словам, надежная связь — не опция, а критическая необходимость. В контексте развития ИИ и растущей потребности в быстрой надежной передаче данных барьеры для мелких операторов проводного интернета — это риски для устойчивости всей экосистемы цифровых коммуникаций. По мнению эксперта, такие игроки часто становятся катализаторами инноваций, поставщиками услуг в отдаленных или недостаточно обслуживаемых регионах. Их уход с рынка может привести к снижению конкуренции, замедлению внедрения новых решений — и, как следствие, к повышению стоимости доступа к данным для конечных потребителей и бизнеса.

— В то время как развитие связи необходимо для технологического прогресса и укрепления цифрового суверенитета, стратегически верный путь — создание условий для здоровой конкуренции и эволюции рынка, а не его искусственная консолидация, — подытожил он. — Так мы получим долгосрочную устойчивость, поддержим инновационный потенциал отрасли, а не видимость контроля. Второй момент: хотелось бы, чтобы профильные министерства переходили на открытый диалог, приглашали профессионалов, и поменьше делали неясных вбросов, которые порождают бурные обсуждения.

Олег Зиборов напомнил о людях — огромной команде профессионалов, которые десятки лет работают в связи.

— Куда они пойдут, когда малые компании будут закрываться?  — задал он вопрос. — Они связисты до мозга костей, они привыкли жить в режиме аврала, в четыре утра восстанавливать связь тогда, когда это надо: например, потому, что Гознак печатает деньги, а для этого нужен интернет. Пропала связь на миллисекунду — станки встали. То есть, это огромный уровень ответственности.

— За последние годы отрасль пережила по-настоящему масштабные технологические трансформации: стремительное развитие искусственного интеллекта, взрывной рост объемов генерируемых данных, а также принципиально новые вызовы в сфере информационной безопасности, — подытожил Андрей Сытник. — Все это объективно требует обновления системы лицензирования операторов связи.

По его мнению, изменения должны проводиться продуманно и исключительно в конструктивном диалоге с участниками рынка.

— Было бы крайне полезно снизить градус эмоциональных дискуссий и перейти от спекуляций на условных примерах к профессиональному уровню обсуждения — языку конкретной аналитики, цифр и фактов по реальным компаниям и населённым пунктам, — закрыл дискуссию председатель комитета цифрового развития Ленинградской области. — Только такой подход позволит выработать сбалансированные решения, которые учитывают как интересы государства, так и экономическую реальность отрасли.