Защитник семьи 9-летнего Паши рассказал, какие претензии были к ней у опеки

Юрист Никита Сорокин, который взялся представлять интересы семьи убитого мальчика Паши, 6 февраля рассказал подробности ее положения. Стали известны детали претензий к ним органов опеки, а также причины того, почему Паша не ходил в школу, а младшие дети — в садик.

Сорокин, прежде всего, указал на то, что после трагедии в медиа появилось много необоснованных суждений и обвинений в адрес семьи. Он подчеркнул, что в убийстве, по его убеждению, виноват убийца, а не кто-либо еще.

«Я увидел совершенно обычную многодетную семью. Не алкашей, не наркоманов, обычных совершенно людей, уж поверьте, маргиналов я определяю сразу. Да, семья бедная, как и большинство многодетных семей в нашей стране, увы. Я увидел нормальных любящих родителей, переживающих тяжелейшее для любого родителя горе — потерю ребёнка», — написал Сорокин.

Он отметил, что отец Павла — «обычный простой мужик», который зарабатывает для семьи как может. Мама — обычная многодетная мать (напомним, у Паши 6 братьев и сестер), уставшая физически и морально. Известно, что женщине 33 года, ее супругу — 45 лет, он резчик по металлу.

Протокол по статье 5.35 КоАП («Неисполнение обязанностей по содержанию и воспитанию несовершеннолетних»), о котором ранее писала «Фонтанка», был составлен, по словам Сорокина, по совершенно бытовому поводу. Соседи жаловались в полицию на шум из квартиры, где жила семья, после этого туда приходили уполномоченные лица с проверкой и выявили отсутствие надлежащего ремонта. Других привлечений по этой статье у семьи нет.

На учет по социально опасному положению семью Павла поставили после привлечения по статье.

Расставил точки над i юрист и в вопросе непосещения мальчиком школы в его 9 лет. Это один из фактов, который вменяют родителям в вину.

«Причина — не прошли ПМПК (психолого-медико-педагогическую комиссию. — Прим. ред.). У нас в школу ребёнок может пойти по готовности от 6 до 8 лет по закону. Мама ребенка пыталась оформить его в школу, но в школе потребовали пройти ПМПК. У женщины семь детей, она действительно пыталась собрать все нужные справки. Но из-за того, что специалисты принимали не каждый день, а другие дети тоже требовали внимания и заботы, болели, она, увы, собирала все справки достаточно долго», — объясняет Сорокин.

Ранее депутат Госдумы Татьяна Буцкая обратила особое внимание на то, что Пашу не допустили до обучения из-за непройденной комиссии, и попросила Смольный разъяснить, контролируют ли социальные службы такие ситуации.

Никита Сорокин отмечает, что младшие дети в семье Паши пока не могут ходить в детский сад. Семья недавно переехала, в ближайшем детском саду для детей не нашлось места, а чтобы ездить в другие, нужно потратить около часа на дорогу в одну сторону. Отец много работает, у матери на руках младенец, дом не оборудован лифтом — это создает дополнительные сложности в том, чтобы водить детей в садик.

Безусловно, у общественности вызвал вопросы тот факт, что мальчик Паша в свои 9 лет мыл машины за вознаграждение на парковке и по сути так оказался в ситуации, которая привела к его гибели. Но обычно дети даже в подобном положении не попадают в руки к убийцам, это отчасти дело случая — отмечает Сорокин.

«О том, что дети, бывало, мыли фары, взрослые знали и не поддерживали данный вид досуга. Однако дети такого возраста, что за руку с родителями уже не гуляют. Паша делал это не один, этим занималась целая детская компания, состоящая из более чем 10 детей разных возрастов из разных семей. С учетом отрицательного мнения родителей, дети делали это тайно», — поясняет юрист.

Он подчеркнул, что сделает всё возможное, чтобы защитить семью Паши и помочь ей сохранить родительские права в отношении всех детей.

Ранее уполномоченный по правам ребенка в Петербурге Анна Митянина заявляла, что родителей Паши могут ограничить в родительских правах на остальных детей.

«Фонтанка» рассказывала, что возбуждено уголовное дело о халатности сотрудников школы и учреждения соцзащиты Красносельского района.