«Восстановить, сохранить, сделать доступным». Как Белая кирха в Ленобласти стала центром внимания

Евангелическо-лютеранская Церковь Ингрии летом запустила проект, нацеленный на сохранение Белой кирхи в Молосковицах. Руины церкви начала XVII века находятся в малонаселенной местности на юго-западе Ленобласти. Но идея сохранить их уже объединяет людей, привлекает внимание блогеров и туристов. Чем интересна эта кирха и почему церковь решила взяться за ее сохранение именно сейчас — рассказываем в рамках проекта «Фонтанки» «Серебряное ожерелье».

Кирха в Молосковицах была построена еще в 1632 году, задолго до основания Петербурга. Тогда эти земли находились под управлением Швеции, в составе провинции Ингерманландии. Впоследствии, в ходе завоеваний Петра I, эта местность перешла Российской империи. Но здесь по-прежнему жили финны, немцы, эстонцы, а к началу XX века — даже китайцы.

Кирху изначально называли на разных языках «белой», поскольку здание построено из белого известняка. Она была способна единовременно принять 400 прихожан. Согласно церковным книгам, к началу XX века приход включал в себя 76 деревень, в которых проживали больше 2,5 тысячи прихожан.

В XIX веке на пожертвования к церкви пристроили высокую колокольню, в результате чего ее архитектурный облик изменился. Однако основание оставалось прежним. При церкви работали воскресная школа и общество трезвости.

В 1937 году храм закрыли и вместо него организовали в здании сельский клуб. Во время Великой Отечественной Молосковицы, как и весь Волосовский район Ленобласти, находились под оккупацией немецких войск до 1944 года. В ходе боевых действий в колокольню попал снаряд. После освобождения деревни солдаты развели в кирхе костер, как говорят, чтобы согреться, в результате в здании случился пожар.

В советское время даже после пожара здание не простаивало без дела. Как рассказывают верующие, на нем тогда соорудили кровлю, которая сохранялась по меньшей мере до конца 1980-х годов. Внутри организовали стоянку сельскохозяйственной техники. О ней сегодня напоминает асфальт внутри здания и дополнительные опоры-столбы.

В 1990-х здание опустело, кровля куда-то делась, и кирха начала постепенно рассыпаться под влиянием погодных условий.

Рядом с Белой кирхой — небольшое кладбище. Оно заросло деревьями и травой, но здесь всё ещё можно различить старые финские, немецкие и русские надгробия разных лет. Узнаваемой местной достопримечательностью можно считать захоронение российского генерала, дворянина, жившего в XIX веке, Александра Веймарна.

На сегодня население Молосковиц — около 80 человек. Дорога к деревне находится в разбитом состоянии, вдоль нее то и дело можно встретить заросли борщевика.

Рядом с кирхой за кладбищем сохранился бывший дом пастора, сейчас он в частных руках. На столбах у этого дома обосновались аисты.

От церкви остался фундамент, стены, арки, рассыпающиеся на глазах. Внутри установлен современный лютеранский крест: он появился здесь во время службы в 2011 году. Рядом можно встретить мирно пасущихся коз.

Руины кирхи перешли в распоряжение Евангелическо-лютеранской Церкви Ингрии только в 2024 году. Община организовала здесь субботник и церковную службу, параллельно с этим готовясь к работам по сохранению и обустройству общественного пространства. Своих ресурсов для этого оказалось недостаточно, поэтому лютеране запустили сбор при поддержке фонда сохранения исторического наследия «Внимание!».

Кирха имеет статус объекта культурного наследия регионального значения, поэтому любые работы, связанные с ней, требуют осторожности и согласования. Культурно-исторической ценностью признаны не только архитектурные решения, но и захоронения с памятниками семьи Вернандер, Эмилии Кох, Каролины Софии фон Пейкер, Карла Эдварда Паландра и его жены, Александра Веймарна, Якоба Вёльк и другие, а также фрагмент склепа у фундамента здания.

Как рассказывают верующие, в последнее время рядом с кирхой то и дело уже можно встретить блогеров и просто любопытных людей. Сбор денег на проект ее консервации сделал это место более узнаваемым. На картах оно помечено как «Руины шведской кирхи XVII века».

Журналисты «Фонтанки», осматривая кирху, встретили молодого человека, который приехал на байке вместе с девушкой — показать церковь ей. Он рассказал, что живет в соседней деревне, и поделился известными ему фактами о Молосковицах.

В частности, юноша показал у входа в кирху геодезическую точку XIX века — южный конечный пункт базиса «Молосковицы — Озертицы». В зарослях можно найти информационную табличку общества геодезии и картографии об этом: «Базис заложен Витковским в 1888 г. с целью создать масштаб для картографирования Санкт-Петербургской губернии. Здесь русские геодезисты впервые отказались от измерений длины с помощью коротких жезлов и применили новейший проволочный прибор шведского изобретателя. Это первый в России базис, измеренный в метрах».

Пока кирха не совсем безопасна, ее огородили сигнальной лентой. В ходе противоаварийных работ и консервации над руинами планируют сделать «козырек» — крышу, которая будет закрывать только сохранившиеся стены. В центре — открытое небо. Защитные конструкции будут сделаны так, чтобы люди могли видеть кладку и архитектурные решения. Кладбище приведут в порядок, а рядом организуют парковку, поскольку сейчас ее нет совсем.

Во время разработки проекта актуальное состояние кирхи зафиксировали методом лазерного сканирования.

В Волосовском же районе, километрах в 30 от Молосковиц, в Губаницах можно увидеть полностью восстановленную лютеранскую кирху. Она тоже была разрушена, но ей повезло больше, и при поддержке Финляндии ее отстроили к 1991 году. Восстановлен облик исторического здания, которое изначально возвели в 1861 году. Рядом — ухоженное старое кладбище, где можно встретить финские захоронения разных лет.

Сейчас Церковь св. Иоанна Крестителя в Губаницах популярна среди знающих туристов и организаторов туристических групп. Желающие записаться на экскурсию могут позвонить администратору. Здесь, конечно, проходят богослужения и библейские занятия, на которые приходят и приезжают местные жители. На базе церкви уже не один год проходят инклюзивные встречи для детей и взрослых с ограниченными возможностями здоровья. Сюда же приносят вещи на благотворительность, которые, по словам сотрудников, отправляются в том числе в Донбасс.

Верующие, у которых всё больше поводов приезжать в Волосовский район, тянутся не только к культурно-историческому наследию, но и к «вкусным» местам. Так, журналистам «Фонтанки» показали в соседнем Гатчинском районе фуд-трак рядом с фермой, которая работает при поддержке агропромышленного комитета Ленобласти. Здесь найдена самая вкусная шаверма — с форелью.

«Фонтанка» встретилась с епископом Евангелическо-лютеранской Церкви Ингрии Иваном Лаптевым и попросила его рассказать о сохранении Белой кирхи, а также о развитии лютеранства на Северо-Западе.

Всего в составе Евангелическо-лютеранской Церкви Ингрии в России 121 приход и религиозное объединение. Структурно они делятся на несколько пробств. На Северо-Западе — это Санкт-Петербургское, Западно-Ингерманландское, Карельское и Северное пробства. По оценкам епископа, здесь около 30 приходов имеют храмы с историей.

— Сейчас мы видим, что на реставрацию уходит Анненкирхе. Разрабатывают проект реставрации кирхи святого Михаила. Известно, что есть планы на ремонт Пушкинской кирхи. Запущен проект по сохранению Белой кирхи. Ощущение, что лютеранская церковь находится на подъеме. Действительно ли сейчас особенный момент?

— На самом деле нет. Это обычная жизнь церкви. После советского периода активное возрождение началось именно с восстановления храмов. Несколько десятков было восстановлено за эти почти 35 лет. Сейчас, конечно, особенное время, и мы надеемся на сотрудничество с государством, потому что всё-таки эти храмы — не просто религиозные объекты, а объекты культурного наследия. Это собственность и достояние всей страны, всех наших граждан. Поэтому мы думаем о том, чтобы совместными усилиями продолжить работу по сохранению наследия.

— Сейчас приходилось ли выбирать, на восстановление какого объекта привлечь дополнительные средства, направить силы? Может быть, помимо Белой кирхи, есть и другие объекты, которые тоже этого ждут?

— Объектов таких много, всегда нужны средства, и Синодальный совет нашей церкви определяет приоритеты: какой именно храм мы восстанавливаем, на что собираем средства.

Белая кирха — особенная история по двум причинам. Во-первых, это древнейший лютеранский храм, который сохранился в Ленобласти. Храмы здесь отсчитывают свою историю с 1611 года. Есть приходы очень древние, как в Лемболово, в Колтушах, там отсчет ведут с 1628 года. Но в их случае первоначальные здания не сохранились. А здесь уникальный случай, когда действительно это то самое здание, одно из самых древних.

И вторая причина в том, что она стремительно разрушается, потому что это белый известняк — очень мягкий, податливый материал. Под воздействием осадков, природных явлений стремительно, на глазах буквально, эта церковь «тает». Поэтому если сейчас не принять меры, через 5−10 лет не останется практически ничего. Этим и был обусловлен выбор начать спасать сейчас эту кирху.

— Известно, что лютеранской церкви удалось получить в распоряжение руины Белой кирхи только в 2024 году. Какую работу пришлось проделать, чтобы этого добиться?

— Изначально была идея, чтобы эта церковь была возрождена первой. Но так не получилось по ряду причин. Это связано и с численностью населения, которая изменилась в советское время. И с особенностями взаимодействия с администрацией. В конце 1980-х было принято решение восстанавливать всё-таки церковь в Губаницах. Она была практически в таком же состоянии.

В случае с Молосковицами переговоры были долгими, порой и мы сами, наверное, не проявляем должной настойчивости в таких вопросах. Слава богу, что спустя два десятилетия местная администрация пошла нам навстречу.

Сейчас, наверное, ресурсов у нас нет, чтобы восстановить первоначальный облик, но всё-таки хочется сделать это место живым, доступным для людей, чтобы она была открыта, там проходили богослужения и разные мероприятия. Чтобы люди могли собираться и слышать эхо веков, древней истории, которое там до сих пор звучит.

— Есть ли какие-то легенды, связанные с Белой кирхой?

— Особенных легенд нет. В основном истории, связанные с революцией, но, я думаю, в каждом старом храме подобное есть: легенды о ценностях, которые были где-то спрятаны. Кто-то даже порой приходит с металлоискателями, пытаясь там что-то найти. Но я думаю, что всё это именно легенды, по большей части.

— По сути, это шведская кирха: она была построена при шведском правлении на этой территории. Почему сейчас для российской культуры, для нас всех важно сохранить этот объект?

— Мне кажется, вообще очень много мы говорим о наследии, о памяти. Это входит в перечень традиционных ценностей нашей страны. И поскольку действительно история богата разными событиями, конечно, хотелось бы, чтобы они были отражены во всей полноте. Интересно соприкасаться с разными культурами, Россия — страна многонациональная. Даже на территории одной Ленинградской области это ижора, водь, ингерманландцы. В молосковицком приходе жили финны-ингерманландцы, эстонцы, немцы и даже китайцы.

Безусловно, мне кажется, память об историческом периоде, когда была построена и принимала людей эта кирха, нужно сохранить. Чтобы люди знали историю во всей ее многогранности.

— Помимо самой кирхи, в Молосковицах какие еще есть важные артефакты, интересные места?

— Безусловно, там интересное старое кладбище. Неподалеку есть руины усадьбы. Сейчас она в частных руках, но место историческое: как говорят, там останавливался Пушкин. Замечательные сохранились стены каретного комплекса, конюшен, буквально две или одна, циклопическая кладка из больших камней. Всё это действительно редко.

По поводу кладбища как раз мы думали о том, чтобы сделать парк и сохранить эти памятники, проложить пешеходный маршрут, чтобы люди могли приезжать, знакомиться с историей.

Это приходское кладбище, служителей и прихожан хоронили возле храма. И сейчас есть возможность исторически это исследовать, потому что, конечно, в церковных книгах записывали все крещения, конфирмации, венчания, отпевания, они хранятся в архивах.

В советское время многие плиты с кладбища были разворованы, буквально на стройку забирали: на фундаменты, на сараи. Люди дорожки себе делали на дачах из этих памятников. Недавно один человек позвонил нам и рассказал, что строил у себя новый фундамент, нашел надгробную плиту.

Поэтому задача — по мере возможности восстановить, сохранить и сделать доступным для людей.

— Сразу после консервации будет возможность проводить там службы, встречи?

— Первое богослужение в Белой кирхе мы проводили в 2011 году. Это был праздник четырехсотлетия церкви. Я думаю, празднования церковных юбилеев будем проводить там, исторические богослужения. Дальше посмотрим. Возможно, и концерты, выездные мероприятия, может быть, даже выставки.

У нас есть хороший опыт. Например, в городе Лахденпохья в Карелии есть кирха Яккима с «Городом ангелов». У здания нет кровли, только стены сохраняются, но внутри замечательная выставка работ по дереву: фигуры ангелов и так далее. Что-то такое попробуем и здесь сделать.

— Во сколько оцениваются возможные расходы на восстановление кирхи?

— Восстановление кирхи полностью сейчас не подсчитать, это миллиарды. На разработку проекта консервации и противоаварийных работ в общей сложности нам необходимо около миллиона рублей. Чтобы это реализовать, мы объявили сбор при поддержке фонда «Внимание» на 580 тысяч рублей. Сама консервация и противоаварийные работы обойдутся в 10 миллионов рублей примерно.

В целом, конечно, очень большой проект, особенно если представить, что мы будем ее восстанавливать полностью. Но у нас есть опыт.

— Ведутся ли переговоры с правительством Ленобласти по поводу сохранения Белой кирхи?

— Мы хотим обратиться к губернатору для того, чтобы нам оказали содействие в этом проекте, поскольку он видится действительно очень значимым и для туризма, и с точки зрения культуры.

— По вашим ощущениям, тянутся ли люди сейчас к лютеранству больше, чем раньше?

— Я думаю, что не только к лютеранству, в целом возрос духовный интерес, духовный поиск. К сожалению, это видно не только по традиционным религиям и церквям, но и эзотерика расцветает буйным цветом. Но есть хороший сигнал. В прошлом году в России было приобретено Библий в два раза больше, чем в позапрошлом. Соответственно, у людей есть духовный интерес, и это отражается и на нашей церкви. Количество прихожан, конфирмаций заметно выросло.

— С чем может быть связан этот рост?

— Вообще, у людей интерес есть всегда, но в моменты кризиса он становится сильнее. Была эпидемия, потом началась специальная военная операция, и у людей, конечно, много вопросов в связи с этими вызовами, люди ищут основания какое-то, ответы на эти вопросы, во многом экзистенциальные. Люди ищут опору и нуждаются в поддержке.

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга