«Утраченные иллюзии»: Бальзак на душу

Чем экранизация классического французского романа напоминает сегодняшние реалии мира пропаганды и манипуляций?

В прокате «Утраченные иллюзии» — аккуратная и стильная экранизация романа Оноре де Бальзака с выдающимся актерским составом. Выход фильма на российские экраны несколько раз переносился — и этот факт неожиданно превратил заурядную и даже невзрачную ленту в настоящий памфлет, актуальный, как колонка в медиа или пост в социальной сети.

Роман Бальзака, опубликованный в 1843 году, — вещь вообще острая во всех отношениях. Это портрет смутного времени и его героя, амбициозного провинциала, сына аристократки и аптекаря, Люсьена де Рюбампре. Молодой человек из Ангулема мечтает о славе поэта, работает не покладая рук в типографии, печатает сборник своих стихов, едет вслед за музой в Париж, а в столице оказывается в эпицентре споров, интриг, лжи, манипуляций, предрассудков. Он устраивается в газету — лишь чтобы добиться публикации своих художественных текстов. И сам не замечает, как его выносит в мир, где пресса нужна тем, кто хочет манипулировать массами, создавать иллюзии, обманывать.

Мастеровитый режиссер Ксавье Джанноли никаких хитростей и новаторских приемов по отношению к бальзаковскому тексту решил не применять. Вместе со сценаристом Жаком Фьески он лишь богато оркестровал «Иллюзии», добавил эффектных видений Рюбампре, откровенных сцен да сочных картин «чрева Парижа». Получился стильный и нарядный натуралистический очерк о жизни города: вот продажные писаки, вот проститутки, вот аморфные провластные роялисты, вот хулиганы-либералы. Слева «бульвар преступлений», где освистывают актрис — любовниц журналистов, справа — особняки, куда перемещается после спектаклей публика, чтобы устроить пирушку.

Да, еще Джанноли в «Иллюзиях» собрал впечатляющую команду актеров. Люсьена играет юный Бенджамин Вуазен, для него это яркая и многообещающая заявка. Но есть тут и патриархи: Депардье в образе короля парижских писак Дориа, Сесиль де Франс играет великосветскую даму — возлюбленную Люсьена, канадский автор Ксавье Долан вовсе превращает образ журналиста-роялиста Рауля во второго по важности героя.

Событием этот аккуратный и несколько постный в своей сдержанности фильм делает контекст, в котором он выходит на экраны. Прокатчики как будто знали о демарше редактора Первого канала Марины Овсянниковой или ждали чего-то подобного, чтобы выпустить ленту на экраны. Справедливости ради, и после премьеры на Венецианском кинофестивале «Иллюзии» были восприняты точно так же — как разговор языком Бальзака о мире пропаганды, манипуляции, социальных сетей. О том, как соблазнителен этот мир для любого амбициозного человека, как он подталкивает его на компромиссы, соглашательство. И о том, что, став частью этого мира, пойдя на сделку с совестью, обратно стать собой если и возможно, то только ценой огромных потерь и жертв, порой самоубийственных.

Люсьен де Рюбампре — вполне себе универсальный герой, вроде Гамлета или Дон Кихота. Наивный юноша, который ради славы и возможности реализации отдает весь свой талант, все свои амбиции и иллюзии на службу абсолютному злу. Добровольно решает стать винтиком в машине, самодовольно манипулирующей обывателями, внушающей ей страхи, предрассудки, убеждающей в том, что черное — это белое, война — это мир, а свобода — это рабство. И что-то подсказывает, что сегодня у «Иллюзий» будет гораздо больше благодарных зрителей, чем даже три-четыре месяца назад. Во всяком случае, найдется достаточно тех, кто будет воспринимать историю Люсьена как свою собственную. А там и до озарений, глядишь, рукой подать.

Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру»