Корабль, плывущий в будущее. Что вдохновило авторов концепции застройки Охтинского мыса

Застройка Охтинского мыса должна быть одновременно и современной, и связанной с историей места и города в целом, здесь должны разместиться штаб-квартира крупной компании и большое общественное пространство. Как соединяют, казалось бы, несовместимые вещи авторы концепции застройки, победившей в конкурсе, — компания Nikken Sеkkei, «Фонтанка» узнала, посмотрев презентацию главного исполнительного директора компании Фади Джабри.

— Как проект связан с историей города?

— С самого основания судостроение было важной частью жизни Петербурга. На картинах и гравюрах Петр I почти всегда изображается на фоне Невы и плывущих по ней кораблей. И на Охтинском мысу, после завоевания территории, Петр тоже основал судостроительный завод. Многие из созданных здесь кораблей оставили след в истории России. Поскольку комплекс расположен на берегу Невы, то вполне естественно, что его главный образ — это хрустальный корабль, как будто готовый спуститься на воду. Во внутреннем устройстве зданий тема корабля также находит отражение — в отделке деревом, люках, «палубах» на этажах и прочих элементах. Как комплекс вписывается в существующий ландшафт?

Главные доминанты этой территории — Смольный собор и Большеохтинский мост. Первый построен в 19-м веке, второй — в начале 20-го века. Авторы концепции считают, что у них есть уникальная возможность сейчас создать достопримечательность 21-го века. Тогда получится такой «золотой треугольник», трилогия достопримечательностей, уверены в Nikken Sekkei. С другой стороны — советская и не слишком выдающаяся застройка Красногвардейского района, на фоне которой новому зданию будет несложно выделяться. Поэтому авторы концепции ориентируются все же на лучшие проекты и сочетание проекта с главной водной артерией города. Соблюдаются ли все градостроительные нормы?

Высота проекта соответствует регламенту. Авторы говорят, что поскольку есть желание создать трилогию из объектов прошлого и настоящего, то высотная доминанта в данном случае не соответствует задаче. Также в концепции обозначены все границы территорий, где можно что-то строить, — в частности зона археологических раскопок не застраивается. При этом авторы решили отойти от прямых линий в планировании фасадов зданий, сделать их более прозрачными и гибкими. Если в 19-м веке фасады с элементами классицизма и барокко были яркими и насыщенными элементами, в 20-м — брутальными и массивными, то комплекс на Охте архитекторы хотят сделать отражением сегодняшней эпохи, с ее динамичностью и открытостью.

— Как повлиял на концепцию петербургский климат?

— Фасад, изготовленный из стекла, только с виду кажется плоским. На самом деле он сложный, многогранный, двухслойный и дышащий, позволяющий создавать микроклимат и зимой, и летом. Два здания объединены общей крышей. Причем кровлю планируется сделать эксплуатируемой — в хорошую погоду здесь можно будет и выпить кофе, и позаниматься спортом. Места хватит для полноценной пробежки — периметр крыши больше километра.
Под ней в общественном пространстве расположатся зимний сад и водопад.

— Как офис корпорации может быть общественным пространством?

— Корпорации всегда защищались от людей заборами, пропусками и кабинетами. Авторы концепции считают, что не только здание не должно быть закрыто от людей, но и сотрудники «Газпром нефти» не должны чувствовать себя оторванными от города. Поэтому в концепции запланировано большое количество пространств, где туристы и горожане могут проводить мероприятия или просто сидеть на газонах, отдыхать и развлекаться. Открытость подчеркивается с самого начала — прибывающие посетители оказываются в большом сквере. Открыты глазу даже лифты, которые обычно прячутся где-то в глубине зданий. Лифтовые группы здесь имеют свою тематику — у входа это «вода», в середине комплекса — «флора», дальше — «земля». Основные три элемента жизни, объясняют в Nikken Sekkei. Общественные пространства есть и непосредственно в зданиях.

Здесь, по замыслу авторов концепции, могут появиться кинотеатры, многофункциональные залы для мероприятий, кафе и рестораны. Благодаря тому, что пространство снаружи и внутри комплекса может менять конфигурацию, здесь можно проводить и небольшие встречи, и масштабные фестивали. «Это проект, который смотрит в будущее», — резюмирует Фади Джабри.