Церковь расколола Эрмитаж

К борьбе за реституцию культурных ценностей подключились четыре сотни сотрудников Эрмитажа, попросив патриарха забрать из ведения музея храм Спаса Нерукотворного в Зимнем дворце. Официальный Эрмитаж оказался удивлен и возмущен этим “выстрелом в спину”.

О том, что православные сотрудники Эрмитажа написали письмо патриарху, в котором попросили забрать храм Спаса Нерукотворного в Зимнем дворце, сообщил “Интерфакс”. Текст письма был сразу же растиражирован СМИ. В послании авторы заявили, что на службах в этом храме некогда присутствовал весь цвет русского общества XVIII-XX веков, здесь молились и причащались не только члены императорской династии, но и “такие всенародно почитаемые деятели русского искусства и культуры, как Державин и Пушкин, Суворов и Кутузов, Жуковский и Глинка, многие другие”.

Православная община сотрудников музея, зарегистрированная в управлении юстиции 10 июня 1991 года, еще тогда, сразу после регистрации обратилась в администрацию музея с просьбой о передаче храма Петербургской епархии РПЦ. “Начиная с 1991 года администрация музея не отказывает, но и не разрешает проведение богослужений в храме”, - сказано в послании. Обращение подписали около 400 человек, среди них - старший научный сотрудник Эрмитажа Михаил Аникин.

Такого в администрации музея не ожидали, даже разместили на официальном сайте сообщение, что не в курсе существования подобного письма.

“Что же касается по существу вопроса, Государственный Эрмитаж в течение многих лет последовательно восстанавливает интерьеры Зимнего дворца, - говорится в заявлении. - В этом списке находится и Большая церковь Зимнего дворца ... Что касается до проведения служб, то уже много лет назад еще с митрополитом Иоанном была достигнута договоренность о том, что в Соборе Зимнего дворца следует проводить только особые службы. В частности, специальную службу в День Изгнания неприятеля из пределов России. Напомним, что Собор находится рядом с Военной галереей 1812 года”.

Насчет старшего сотрудника Михаила Аникина администрация Эрмитажа заявила, что “в последние годы он в основном занимался тяжбой с Дэном Брауном, которого он обвиняет в краже идеи бестселлера “Код да Винчи”. В объемном сообщении ни словом не обозначена позиция музея на тему реституции, но она неоднократно уже озвучивалась. В частности, директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, комментируя желание православных забрать из музея раку из-под мощей Александра Невского (http://www.fontanka.ru/2009/12/18/101/) заявлял “Фонтанке”, что нельзя изымать ценности, которые в свое время были спасены и переданы музею.

Своего коллегу поддержал и директор Исаакиевского собора, в прошлом председатель петербургского комитета по культуре Николай Буров. “В Эрмитаже 2000 сотрудников, поэтому обращение от 400 человек слышу как провокацию, - заявил он “Фонтанке”. - И потом, они что, хозяева, чтобы распоряжаться и решать такие вопросы? У нас есть кому чего отдавать: Курилы - японцам, Эрмитаж можно разнести по коллекциям в Азию, Египет и Европу. Другое дело, если бы они поднимали вопрос о том, чтобы храм взять под патронаж, а предложение вырвать его из контекста общего комплекса мне кажется странным. Подумал бы кто, кому передать храмы безнадежно разрушенные”.

Противостояние служителей Церкви и музейных работников набирает все большие обороты, и связано это с активной подготовкой законопроекта «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности». Сразу два открытых письма, противоположных по значению, были опубликованы за подписью музейных работников (http://www.interfax-religion.ru/?act=documents&div=997) и видных деятелей культуры (http://www.interfax-religion.ru/?act=documents&div=997). Первые, обращаясь в патриарху, не имеют ничего против передачи Церкви многочисленных храмов и монастырей, которые находятся в запустении. Но возможная передача памятников истории и культуры, признанных общенациональным и мировым достоянием, очень тревожит их.

“В те страшные годы, когда у церкви не было сил противодействовать уничтожению атеистическим государством основ национальной культуры, этому противостояли ученые, реставраторы и музейные работники, спасая от гибели памятники церковного искусства, изъятые или брошенные на произвол судьбы в закрытых храмах. ... Большинство икон, находящихся в настоящее время в музеях, давно уже перешагнуло тот “порог ветхости”, при котором их было принято изымать из богослужебного употребления и заменять новыми,” – говорится в обращении, подписанном более чем 40 музейными деятелями, среди которых директор Государственного заповедника “Музей-усадьба Л.Н. Толстого “Ясная Поляна” В.И. Толстой, директор Государственного Исторического музея А.И. Шкурко, глава Третьяковской галереи И.В. Лебедева, директор Музеев Московского Кремля Е.Ю. Гагарина.

Пытаясь переманить патриарха на свою сторону, музейщики сделали ход конем: “... многие люди через созерцание истинного облика древних икон, явленного в музеях, приходят к вере”. “Собранные музеями коллекции ... представляют собой цельный пласт православной культуры, который неизбежно потеряет силу своего воздействия в случае рассеяния этих коллекций по сотням и тысячам храмов, - пишут авторы. - Как только это произойдет, сама церковь утратит осуществляемую через них невидимую, но прочную связь с жизнью общества. Лишение древних памятников их музейного статуса будет означать отказ от признания церковного и шире – религиозного искусства неотъемлемой частью великой культуры России и в итоге приведет к разделению народа исключительно по конфессиональному принципу. Это породит в душах людей вместо любви, гармонии и мира, беспокойство, раздражение и взаимную вражду”.

Однако деятели культуры, среди которых народный артист Николай Бурляев, завкафедрой МГИМО Юрий Вяземский, писатели Валентин Распутин и Алексей Варламов, глава Союза писателей России Валерий Ганичев, замдиректора Института российской истории РАН Владимир Лавров и президент Фонда исторической перспективы Наталья Нарочницкая, в своем письме президенту просят Дмитрия Медведева быть решительным в вопросе реституции и не обращать внимания на доводы музейщиков. По их мнению, число случаев порчи древних икон, имевших место при их церковном хранении, “не идет ни в какое сравнение с размерами их утрат и безвозвратных потерь в музейных фондах”, а хранение святынь в музеях оскорбляет саму идею, которая преследовалась при их создании.

“Чаяния всех этих людей заключались отнюдь не в том, чтобы церковные здания впоследствии стали безликими и формальными “очагами культуры”, а намоленные иконы пылились на полках музейных хранилищ или служили предметом праздного любопытства. Поступать вопреки их воле - значит предавать память наших прадедов”, - заявляют культурные деятели.

Между тем, сотрудники музеев уповают на поддержку патриарха, который “своим авторитетом сможет остановить поспешные и непродуманные действия властей, которые могут привести к безвозвратной потере нашего национального достояния – теперь уже под благовидным предлогом “восстановления справедливости”. Для этого главе РПЦ необходимо обратиться к президенту “с просьбой приостановить уже запущенный процесс подготовки закона о передаче имущества религиозного назначения”. “В сегодняшней его версии, разработанной в основном Министерством экономического развития, присутствуют положения, прямо противоречащие ряду норм действующего законодательства и угрожающие сохранению основ национальной культуры. К памятникам искусства нельзя относиться как к простому имуществу. Ни церковь, ни учреждения культуры не должны стать заложниками текущей политики, а возможно, и чьих-то личных интересов”, - приводят еще один аргумент в свою пользу авторы письма.

Как прокомментировал “Фонтанке” историк Лев Лурье, проблема сложная и неоднозначная, и ее нельзя решить одним махом.

“Здесь нужна, прежде всего, добрая воля музейного сообщества и клира, - уверен собеседник. - Конечно, все это у церкви было отнято, но проблема заключается в том, что вопрос реституции не решен у нас, как, например, в Прибалтике, и я не знаю, должен ли он быть решен. Потому что, если представить себе, что приедет Строганов и скажет, что Строгановский дворец его, а потом приедут Шуваловы и скажут, что Шуваловский дворец их, следом приедут Романовы ... довольно сложно. И православная церковь находится в таком же положении”.

“Церковные здания — храмы и монастыри - церкви в значительной степени вернули, и это абсолютно справедливо, - развивает мысль Лурье, - что же касается внутреннего убранства домовых церквей, мне кажется, каждый раз все должно решаться индивидуально или тщательно прописано в законе. Если церковь претендует на все то, чем она владела до революции, то, например, та выставка, которую отрыл вчера президент Медведев в Лувре, не могла бы состояться. Почти все допетровское искусство — это искусство православное, церковное, и церковь не строилась с учетом того, что все это искусство должно быть сохранено”.

А Дьякон Андрей Кураев оценил инициативу депутатов Госдумы как “хорошую”, но при условии, что “это будет сделано с умом”. Однако выразил сомнение, предположив, что “речь идет не обо всем церковном имуществе”. Впрочем, по его словам, “если закон будет принят, то он позволит сделать эту сферу общественных отношений более прозрачной и контролируемой”, поскольку «пока все происходило на основе личных и кулуарных договоренностей».

«Думаю, будет хорошо, если РПЦ получит памятники церковного искусства, которые и так хранятся в музейных запасниках и к ним не имеют доступ посетители. Было бы неплохо, если бы церковные памятники были представлены при крупных епархиальных центрах и местах паломничества, что фактически позволило бы увеличить музейную площадь в России», - отметил в разговоре с корреспондентом «Фонтанки» Андрей Кураев.

Юлия Никитина, “Фонтанка.ру”