Конституционный суд разрешил снижать алименты при сверхвысоких доходах родителей и назвал 300 тысяч рублей в месяц ориентиром для оценки потребностей ребенка — после многолетней судебной борьбы вратаря ПСЖ Матвея Сафонова с бывшей супругой. Отдел спорта «Фонтанки» — о том, как семейный конфликт футболиста заставил пересмотреть подход к алиментам, сложившийся еще при Сталине.


Футболист Матвей Сафонов.
Миллионы для дочери
Эта история началась задолго до перехода Сафонова во французский ПСЖ. В июне 2021 года у него и его супруги Анастасии Казачек родилась дочь Майя. Уже осенью пара развелась, а отношения бывших супругов превратились в затяжной конфликт. Как ранее рассказывала «Фонтанка», они судились не только из-за алиментов, но и по вопросам раздела имущества и общения с дочерью.
25 января 2024 года Никулинский районный суд Москвы постановил взыскивать с футболиста четверть его заработка на содержание девочки. Сафонов тогда еще выступал за «Краснодар», где получал от 8 до 12,5 миллиона рублей в месяц. Футболист просил назначить фиксированные алименты — 300 тысяч рублей ежемесячно. Он считал, что этих денег более чем достаточно для содержания дочери. Но суд решил иначе: у Сафонова постоянный заработок, а значит, нет оснований отступать от обычного правила.
Спор между бывшими супругами шел о десятках миллионов рублей. Как следует из жалобы Сафонова в Конституционный суд, еще до вынесения решения об алиментах он за два года добровольно перечислил на содержание дочери около 9 миллионов рублей. В отдельные месяцы переводы составляли 250 и 500 тысяч рублей.
Позднее футболист погасил накопившуюся задолженность. В обращении в КС он утверждал, что за три с половиной года выплаты по судебному решению составили около 62 миллионов рублей. При этом в других публичных заявлениях Сафонов называл и более внушительную сумму — свыше 90 миллионов рублей.
Кроме того, по словам Сафонова, он подарил дочери квартиру стоимостью около 57 миллионов рублей и оплатил ее обустройство. Но даже такие расходы не стали основанием для пересмотра назначенных судом алиментов.
Однако у Анастасии Казачек был свой взгляд на действия бывшего мужа. В июле 2026 года она рассказала, что футболист не перечислял алименты со своих доходов во французском ПСЖ. Она также заявляла, что Сафонов несколько лет не общался с дочерью. При этом мать девочки представила расчет расходов на ребенка — не менее 2,5 миллиона рублей ежемесячно.
Но главный спор был даже не о том, сколько денег футболист уже заплатил. Сафонов настаивал, что четверть его заработка значительно превышает разумные потребности ребенка, и что суды отказываются учитывать эту разницу.
Он попытался оспорить решение, но проиграл сначала в Московском городском суде, потом в кассации и, наконец, Верховном суде. Особенно показательным оказался вывод Мосгорсуда: даже если алименты из-за высоких доходов родителя намного превышают потребности ребенка, само по себе это не повод назначать фиксированную сумму.
Так семейный конфликт Сафонова уперся в правило, которое появилось задолго до рождения не только самого футболиста, но и его родителей.
Эхо сталинских реформ
Привычный сегодня порядок взыскания алиментов появился в СССР 27 июня 1936 года. Тогда Центральный исполнительный комитет и Совет народных комиссаров приняли постановление, по которому на одного ребенка полагалась четверть заработка родителя, на двух — треть, а на трех и более — половина.
Причем документ был не только об алиментах. Он одновременно запрещал аборты, увеличивал помощь роженицам, предусматривал поддержку многодетных семей, расширение сети детских учреждений и ужесточение наказаний за неуплату алиментов.
В мае 1937 года новые правила включили в семейное законодательство РСФСР. С тех пор страна пережила войну, смену экономической системы и распад Советского Союза, но принцип расчета алиментов сохранился. Он перешел в Кодекс о браке и семье РСФСР 1969 года, а затем и в действующий Семейный кодекс России, принятый в 1995 году.
Для советской экономики такая система была удобной. Государство регулировало зарплаты, а заработки большинства работников зависели от тарифных ставок и окладов. Судам не приходилось каждый раз выяснять, сколько именно денег требуется ребенку: размер алиментов автоматически менялся вместе с зарплатой родителя.
Но сейчас разница в доходах может достигать десятков и сотен раз. Для одного человека четверть заработка — несколько тысяч рублей, для другого — миллионы. При этом Семейный кодекс и раньше позволял отступать от общего правила. Суд мог уменьшить или увеличить долю с учетом обстоятельств конкретной семьи. А если расчет алиментов в процентах от заработка существенно нарушал интересы одной из сторон, закон разрешал назначить фиксированную сумму.
Проблема была в том, как суды пользовались этими возможностями.
В 2014 году Верховный суд, разбирая один из алиментных споров, указал, что сверхвысокий доход родителя и выплаты, намного превышающие потребности ребенка, сами по себе не означают нарушения чьих-либо интересов. В 2017 году ВС подтвердил: высокий заработок еще не повод назначать фиксированные алименты.
После этого добиться снижения крупных выплат стало гораздо сложнее.
«Закон действительно и раньше позволял суду уменьшить долю или назначить алименты в твердой сумме. Проблема была не в законе, а в практике. Верховный суд в свое время указал, что высокий доход отца сам по себе не повод отступать от четверти. Суды поняли это как запрет вообще снижать алименты состоятельным родителям, даже если сумма в разы больше того, что реально нужно ребенку», — объясняет «Фонтанке» Алина Лактионова, партнер Юридической компании «Митра», руководитель практики частных клиентов.
Именно с этим столкнулся Матвей Сафонов. Суды не отрицали, что выплаты могут быть намного выше потребностей дочери, но не считали это достаточной причиной для их снижения.

Матвей Сафонов
8 октября 2026 года этот вопрос дошел до Конституционного суда в Петербурге. И вскоре стало ясно, что речь идет о проблеме, которая выходит далеко за рамки семейного конфликта футболиста.
Алименты или способ обогащения?
Заседание Конституционного суда началось с неожиданного поворота. Его председатель Валерий Зорькин сообщил, что в 4:51 утра поступило обращение бывшей супруги футболиста Анастасии Казачек. Она просила допустить ее к процессу, чтобы рассказать свою версию семейного конфликта, а слушание отложить.
Но Зорькин объяснил, что Конституционный суд не собирается выяснять, кто прав в споре бывших супругов. Его задача — проверить саму норму Семейного кодекса. Письменное мнение Казачек передали судьям, но участником разбирательства она не стала.
В ходе заседания возникли вопросы, на которые нет простых ответов. Могут ли алименты превращаться в способ содержать бывшего супруга? Нужно ли отчитываться за потраченные деньги? И можно ли откладывать миллионы на будущее ребенка, если на его повседневные нужды требуется гораздо меньше?
Представитель Генпрокуратуры Артур Завалунов обратил внимание, что при очень высоких доходах плательщика возникает риск злоупотреблений. По его словам, алименты предназначены для содержания, воспитания и образования детей. Но когда речь идет о миллионах рублей, часть этих денег может уходить на личные расходы и накопления родителя, с которым живет ребенок. В таком случае алименты фактически превращаются в способ перераспределения денег между бывшими супругами.
Проверить, на что именно они расходуются, непросто. Закон не требует от получателя алиментов регулярно отчитываться за покупки. Суд может разрешить перечислять до половины выплат непосредственно на банковский счет ребенка, однако Завалунов счел такой механизм недостаточным.
У Министерства юстиции нашлись возражения. Его представитель Алина Таманцева предупредила, что единый верхний предел алиментов может ущемить интересы детей состоятельных родителей. Ведь ребенок должен по возможности сохранить привычный уровень жизни после развода.
Не согласилась она и с тем, что все полученные деньги обязательно нужно тратить сразу.

«При этом законодательством не установлено, что полученные в качестве алиментов денежные суммы должны расходоваться строго в месяц их получения»
По ее словам, часть денег можно сохранить для будущих расходов ребенка. А если обязать родителей отчитываться за каждую покупку, это может привести к новым конфликтам. Плательщик получит возможность постоянно проверять и оспаривать траты бывшего супруга, с которым живет ребенок.
Обсуждали и другую сторону проблемы. Полномочный представитель президента в Конституционном суде Дмитрий Мезенцев напомнил, что забота о ребенке не ограничивается денежными расходами. Родитель, с которым он живет, ежедневно занимается воспитанием и уходом. Такой вклад тоже необходимо учитывать.
Заместитель директора Института законодательства и сравнительного правоведения при правительстве Сергей Синицын отметил, что нынешние правила расчета алиментов плохо учитывают огромную разницу в доходах россиян. По его словам, ребенок не должен становиться инструментом раздела заработка между бывшими супругами. В пример он привел Германию, где при определении алиментов учитывают границу между разумными потребностями ребенка и роскошью.
Так спор из-за миллионов Сафонова превратился в разговор о том, сколько вообще родители обязаны тратить на детей. Все участники заседания соглашались, что интересы ребенка должны быть на первом месте. Но где заканчиваются разумные расходы и начинается роскошь, единого мнения не было.
Спустя 40 дней Конституционный суд предложил свой ориентир, к которому есть некоторые вопросы.
Откуда взялись 300 тысяч
17 ноября Конституционный суд вынес постановление № 66-П. Статью 81 Семейного кодекса он признал соответствующей Конституции, но объяснил, как ее должны применять суды.
Сам закон остался прежним: на одного ребенка все еще должно уходить четверть заработка родителя. Однако при очень высоких доходах суд вправе уменьшить эту долю или назначить фиксированную сумму, если обычный расчет приводит к выплатам, которые намного превышают разумные потребности ребенка.

«В строгом смысле прецедентов у нас нет, но здесь эффект даже сильнее. Фактически отменяется то прочтение позиции Верховного суда, на которое суды опирались больше десяти лет. Насколько изменится практика, будет зависеть от первых решений судов»
Причем Конституционный суд не ограничился общими рассуждениями о разумных расходах. Он назвал совершенно определенную сумму, а объяснение нашел в налоговом законодательстве. Логика своеобразная: судьи напомнили, что доходы свыше 2,4 миллиона рублей в год, или в среднем 200 тысяч в месяц, подпадают под повышенные ставки НДФЛ. Это позволяет считать такой заработок высоким по сравнению с обычным.
Отсюда КС сделал следующий вывод: алименты, существенно превышающие 200 тысяч рублей, во всяком случае 300 тысяч в месяц, можно считать достаточными для удовлетворения разумных потребностей ребенка.
То есть, ориентиром для оценки расходов на ребенка стала налоговая граница для доходов взрослого человека. Правда, здесь стоит уточнить: 300 тысяч рублей — не верхний предел алиментов. Суд прямо указал, что выплаты могут быть и больше, если ребенку действительно нужны дополнительные деньги, например на лечение. Также необходимо учитывать его возраст, образование, место жительства, интересы, условия развития и тому подобное.
То есть родитель, который получает 10 миллионов рублей в месяц, теперь может попытаться доказать, что ребенку не нужны все 2,5 миллиона, которые получаются при обычном расчете.

«Одного довода „я много плачу“ мало. Доказывать нужно другое: потребности ребенка закрываются гораздо меньшей суммой. Просить можно либо уменьшить долю, либо назначить твердую сумму. При этом вторая сторона вправе доказывать, что ребенку нужно больше, например из-за лечения или особенностей обучения».
Но кто и как будет определять, сколько денег ребенку действительно достаточно?
Председатель Московской коллегии адвокатов «Швырева и партнеры» Надежда Швырева в разговоре с «Фонтанкой» справедливо обратила внимание, что даже бесплатное образование и занятия спортом могут обходиться родителям очень дорого. Нужно оплачивать поездки на соревнования, экипировку, дополнительные занятия и множество других расходов.
Адвокат привела пример собственной семьи: ее ребенок ходит в бесплатную школу и секции, но ежемесячные траты на него превышают 200 тысяч рублей.

«Здесь человек, который будет рассматривать обоснованность расходов, он тоже не должен быть заложником собственных личных убеждений и собственного кошелька»
Есть и еще одна сложность. По Семейному кодексу ребенок должен по возможности сохранить привычный уровень жизни после развода родителей. Но что делать, если отец разбогател уже после расставания? Ведь прежде ребенок мог вообще не знать, что такое дорогие школы, путешествия и другие атрибуты обеспеченной жизни. По мнению Швыревой, доказать необходимость таких расходов будет сложнее.
«Если ребенок не жил с родителем в период, когда у родителя было высокое благосостояние, то доказывать необходимость этих расходов будет лежать на взыскателе алиментов», — объясняет она.
Впрочем, Швырева подчеркивает, что сохранение привычного уровня жизни — только один из критериев. Суд обязан учитывать и другие обстоятельства.
Еще один спорный вопрос — можно ли копить крупные алименты на будущее ребенка. Например, откладывать деньги на университет, квартиру или жизнь после совершеннолетия.
Конституционный суд указал, что алименты не должны использоваться только или в основном для накоплений, инвестиций и покупки предметов роскоши. Их главное назначение — обеспечивать реальные потребности ребенка.
При этом полного запрета на накопления нет. Как напоминает Швырева, Семейный кодекс по-прежнему позволяет по решению суда перечислять до половины алиментов на банковский счет ребенка. Обязательной отчетности за все расходы постановление также не вводит.

«Смысл постановления в том, что нужно к проблеме подходить индивидуально. Серьезно относиться к доказыванию того, какие реальные расходы нужны и есть»
Кто теперь сможет платить меньше и что будет с миллионами Сафонова?
Теперь дело Сафонова пересмотрят, но это еще не значит, что футболист добился своего. Суду предстоит заново определить размер алиментов, и совсем не обязательно, что он составит именно 300 тысяч рублей в месяц. При этом уже выплаченные миллионы Сафонову не вернут: КС разрешил пересмотреть решения по его делу только в той части, которая еще не исполнена.

«Шансы реальные, но в отношении неисполненных платежей. Около 62 миллионов рублей, уже выплаченных по решению, назад не вернутся»
Однако, по мнению адвоката, прежние выплаты могут сыграть против самого Сафонова. Еще до решения суда он добровольно перечислял на содержание дочери по 250 и 500 тысяч рублей в месяц. Теперь бывшая супруга может использовать эти суммы как доказательство привычного уровня жизни девочки. Суд также должен будет учесть ее возраст, условия проживания, расходы на образование и здоровье.
«По моей оценке, реалистичный итог — это твердая сумма в несколько сотен тысяч рублей в месяц, а не символические выплаты», — считает Лактионова.

Матвей Сафонов
Но решение КС затронет не только Сафонова. Теперь его должны учитывать все российские суды, хотя в первую очередь оно касается споров о крупных алиментах — на сотни тысяч и миллионы рублей в месяц.
По оценке Лактионовой, постановление особенно интересно родителям, которые платят заметно больше 300 тысяч рублей в месяц. При обычном расчете четверти заработка эта сумма получается, если доход составляет 1,2 миллиона рублей ежемесячно.
А вот при зарплате 300–500 тысяч рублей четверть составляет 75–125 тысяч. Формально такой родитель тоже может ссылаться на решение КС, но доказать, что выплаты чрезмерны, ему будет уже куда тяжелее.
Вопросы остаются и у тех, кому алименты назначили еще до решения КС. Чтобы добиться снижения выплат, им придется снова идти в суд. Закон позволяет изменить сумму, если поменялось материальное или семейное положение сторон либо появились другие веские основания. А вот можно ли пересмотреть прежние решения, ссылаясь только на постановление КС, пока неясно.
Само правило о четверти заработка при этом никуда не исчезло. Оно продолжает действовать спустя почти 90 лет после появления в Советском Союзе. Изменился лишь подход к его применению.
А вот многолетняя борьба Сафонова с бывшей супругой за размер алиментов далека от завершения. Футболист добился пересмотра своего дела, но теперь ему предстоит снова доказывать, что 300 тысяч рублей в месяц достаточно для содержания дочери. Анастасия Казачек, в свою очередь, сможет настаивать на более крупных выплатах. Так что решение Конституционного суда, поставившее точку в споре о законе, только открывает новую главу в войне бывших супругов.

















