МРТ, КТ и пептиды: как частная медицина живёт на территории государственной

Если на территории государственной больницы работает частная клиника, это почти всегда вызывает у пациентов один и тот же вопрос: зачем она здесь, а не коррупция ли это?

«Фонтанка» посмотрела, сколько коммерческих медорганизаций соседствуют с городскими клиниками и на каких условиях они туда попадают.

В частную клинику, расположенную на территории городской больницы, забрести по случайности сложно — обычно они расположены далеко от входа в государственное медицинское учреждение.

Но если забрел — удивился. Не регистратура с окошком, а комфортный ресепшн — с диванчиками, журнальным столиком для ожидания, аккуратный компактный шкаф для верхней одежды, а не гардероб с вешалками в ряд. Точно — не туда попал. «Но как попали в больницу эти респектабельные частники?» — поневоле задаются вопросом пациенты с полисами ОМС? Даже те, кто пришел туда по направлению из обычной городской поликлиники на амбулаторное обследование, например.

На территории поликлиник, где частники арендуют помещения, они не так выделяются. Тот же коридор, такая же дверь, только надпись на табличке, например «Клиника ИКС. Кабинет МРТ» вместо номера и ФИО врача.

Считается, что больницы и поликлиники получили официальное разрешение на сдачу помещений в аренду в 2010 году — после вступления в силу № 83-ФЗ, который разделил государственные учреждения на казённые, бюджетные и автономные.

То есть медицинским учреждениям, в соответствии с этим законом, позволено по согласованию с учредителем (городской администрацией) зарабатывать деньги. Например, больница «вправе осуществлять иные виды деятельности, не являющиеся основными видами деятельности, лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых она создана».

Проще всего при таких правилах сдавать свои площади в аренду частным клиникам или другим медицинским организациям. А полученные от аренды средства расходовать на нужды учреждения.

Правда, к тому времени, как появилось это разрешение, государственные клиники этим уже занимались. Одним из первых в постсоветской России площади тогда номенклатурной «Свердловки» — городской больницы № 31 на Крестовском острове — арендовал Центр биорегуляции и геронтологии. Он открылся в 1992 году как подразделение Северо‑Западного отделения РАМН. Основателем стал широко известный на тот момент еще в узких, но элитных, кругах Владимир Хавинсон. Вместе с коллегой Вячеславом Морозовым в 1971 году он начал работать над теорией пептидной регуляции клеточных систем и функций организма, изучал её влияние на процессы старения и долголетия в Военно-медицинской академии. В 1970-е годы их разработки в ВМА задвинули на дальнюю полку, а на волне недоверия к медицине она возродилась в Центре биорегуляции и геронтологии.

На основе исследований, проведённых в 1970-е годы, и сегодня в центре проводится биорегулирующая терапия антистарения, в том числе с применением пептидов. Известные препараты из этого ряда — иммуномодуляторы тимоген и тималин, а также кортексин, который назначают перенёсшим инсульт, — вышли из стен этого центра. Они исследуются до сих пор и не включены ни в одни клинические рекомендации Минздрава.

Центр всегда пользовался популярностью у известных людей — звёзд и политиков, портреты некоторых из них украшали стены холла. Государственные награды Владимиру Хавинсону вручали и Владимир Путин, и Валентина Матвиенко.

Владимир Хавинсон умер на 78-м году жизни в 2024 году, а центр продолжает работать на территории городской больницы № 31.

До появления ФЗ-83 частные центры при солидных клиниках открывались, как правило, непростыми людьми, обладающими административным ресурсом. Через 15 лет после открытия центра Хавинсона, в Покровской больнице Петербурга был создан коммерческий Покровский банк стволовых клеток. Его основной учредитель — брат экс-министра здравоохранения Михаила Зурабова Александр Зурабов. У него 65%. Доля в 35% — у Егора Приходько, врача регенеративной медицины, сейчас заведующего НИЛ клеточных технологий СЗГМУ им. И. И. Мечникова, президента Ассоциации специалистов клеточной терапии и технологий и генерального директора Центра клеточных технологий «Покровский». На момент создания центра 51-процентная доля принадлежала Отари Хурцилаве, тогда — главному врачу Покровской больницы, позже ставшему ректором СЗГМУ им. Мечникова. 49% было у директора банка, профессора Александра Смолянинова.

Коммерческий банк создавался на волне интереса и надежд на всемогущество стволовых клеток, полученных из пуповинной крови. Он начинался с собственной лаборатории и криохранилища стволовых клеток, их изучения, потом разросся до центра, в котором проводятся научные исследования и оказываются медицинские услуги, в том числе связанные с генетикой.

В Покровской больнице он занимает почти 10 000 кв. метров (отделение кардиологии, 4-й этаж), но никогда не был заметно прибыльным предприятием, хотя и рассчитан на премиальный рынок.

Кроме них, есть мелкие центры с востребованной специализацией, например, в КДЦ на улице Сикейроса расположен Центр медицины плода сети «МЕДИКА» — она специализируется на диагностике и наблюдении за беременностью. В городской больнице № 26 с аналогичным профилем с 1990 года работает частная гинекологическая клиника «Леди-Мед».

Но чаще всего городские больницы сдают в аренду площади медицинским диагностическим компаниям — в основном они устанавливают в клиниках свои аппараты — магнитно-резонансные томографы (МРТ) и компьютерные томографы (КТ). Это выгодно и государственным клиникам, и частным. Первым — потому что они избегают затрат на подготовку помещения к установке тяжёлого оборудования. Ремонт должен быть выполнен в соответствии с СанПиН, а для лучевой аппаратуры требования особенно строгие. Несущие конструкции должны выдерживать вес томографа — от 3 до 15 тонн. Конструкция стен, потолка, пола и дверей должна снижать уровень электромагнитного поля в прилегающих помещениях. Для защиты от короткого замыкания и перегрузки нужна отдельная питающая линия, часто трёхфазная, отдельная система функционального заземления и так далее.

Главные врачи стационаров часто «пускают» к себе коммерсантов, когда их старый аппарат МРТ или КТ выходит из строя, а денег на новый нет. С одной стороны, такие диагностические центры — самостоятельные учреждения, у которых стандартные отношения с арендодателем: своевременная оплата по счетам. Но, как правило, между администрацией государственной больницы и частного центра есть договорённости — в экстренных случаях, когда требуется срочная диагностика, а своего КТ или МРТ нет, частники идут навстречу и проводят исследования.

Преимущество частников, расположенных на территории большой государственной клиники, в том, что они без труда получают госзадание по Программе госгарантий бесплатного оказания медицинской помощи в рамках системы ОМС. На них жалуются, что в первую очередь у них ведётся запись для платных пациентов, а бесплатные могут провести в ожидании месяц, а то и два. Поскольку в фонде ОМС каждой частной клинике распределяется ограниченное число исследований (плановые задания), для пациентов с направлением на МРТ или КТ (в некоторых центрах есть и ФГДС, и ФКС) сохраняются очереди, а к осени средства от госзадания и вовсе заканчиваются, прием пациентов по ОМС закрывается. Но за свой счёт исследование можно сделать рядом со своей клиникой, и хотя бы это удобство пациентам обычно нравится.

То есть для диагностических центров территория больницы или поликлиники — золотое место, несмотря на то, что они жалуются на маленькие тарифы в системе ОМС. Поток пациентов им всегда гарантирован, а значит, гарантирован и заработок.

Один из первых не только в Петербурге, но и в России, диагностических центров, специализирующихся на самых востребованных исследованиях — КТ и МРТ, — Медицинский институт им. Сергея Березина (МИБС). Но времена, когда МИБС лидировал по количеству МРТ, установленных в государственных клиниках, давно миновали. Сейчас у него всего четыре центра в государственных медучреждениях: в поликлиниках № 1 (Приморский проспект, 3, лит. А) и № 39 (Малая Конюшенная, 2), в 26-й (Костюшко, 2) и Александровской больницах (Солидарности, 4).

Бесспорное лидерство по количеству медцентров при государственных клиниках — у диагностических центров ICLINIC. Их история начиналась с компании «Центральная медицинская база», которая занималась поставками медицинского оборудования, инструментов и фармпродукции в петербургские учреждения. А в 2015 году её владельцы открыли свой первый медицинский центр, специализирующийся на лечении бесплодия методом ЭКО. Со временем практическая медицинская часть бизнеса «ушла» в сторону более прибыльного — диагностического.

Владельцем сети диагностических центров ICLINIC и совладельцем ЦМБ, по данным СПАРК, числится Эдуард Иванов. Хотя инсайдеры сообщают, что реальная хозяйка — Надежда Иванова, она же, как написано на её визитке, генеральный директор единственной клиники репродукции с одноимённым названием.

Все диагностические центры сети базируются на территории государственных медицинских учреждений:

• Госпиталь ветеранов войн (на Народной и Елизаровском);

• Николаевская больница (Петергоф);

• больницы № 9 и № 31 на Крестовском острове;

• 38-я больница им. Семашко в Пушкине;

• ДГБ № 19 им. Раухфуса;

• Центр планирования семьи и репродукции на Комсомола;

• городская поликлиника № 17 на Бестужевской улице;

• КДЦ поликлиники № 112 на Тимуровской улице;

• 64-е поликлиническое отделение поликлиники № 122 в Стрельне.

Другие диагностические центры работают при одном стационаре: «МРТ Эксперт» арендует площади у больницы Святого Георгия (Северный проспект, 1), медцентр «Риорит» — в ДГБ № 5 им. Филатова (Бухарестская, 134).

В одних больницах договоры с арендаторами предусматривают диагностику для пациентов больниц в рамках ОМС, исходя из расчетной потребности. В других — таких договоров нет: больница/поликлиника сама по себе, медцентр на ее территории — сам по себе. Но, как правило, в части выполнения планового задания в рамках ОМС он ориентирован на пациентов клиники, в которой расположен, в амбулаторном режиме. А еще, как рассказали «Фонтанке», если в стационаре требуется срочное МРТ или КТ (есть трудности в диагностике), а свой аппарат сломался или его вообще нет, то по договоренности есть возможность выполнить его по соседству, частники, бывает, делают его бесплатно, то есть без выставления счетов.