Спецхран для иноагентов: как библиотеки будут прятать «деструктивные» книги

На тематической сессии Петербургского международного юридического форума 25 июня замминистра культуры Жанна Алексеева рассказала, как в российских библиотеках выстраивают режим для книг авторов‑иноагентов и «деструктивной» литературы, а также какие ограничения уже действуют для библиотекарей.

• Отрасль культуры работает в логике указа президента № 809 о сохранении и укреплении традиционных российских духовно‑нравственных ценностей, и библиотеки названы одним из ключевых инструментов этой политики.

• В стране, по словам Жанны Алексеевой, более 40 тысяч библиотек, и их посещаемость растёт на 6–10% в год, поэтому именно через эти площадки государство фильтрует, какую литературу читатель видит первой.

• Библиотекари «держат руку на пульсе» Единого реестра иностранных агентов Минюста: они обязаны отслеживать появление новых иноагентов, проверять, есть ли их книги в фондах, и применять к таким изданиям особый режим.

• Алексеева подчёркивает, что формально речь не идёт о тотальном изъятии книг иноагентов из фондов: Минкульт выстраивает систему ограниченного доступа, опираясь прежде всего на закон о защите детей от вредной информации (436‑ФЗ).

• Литература, созданная иноагентами или с их участием, приравнивается по режиму к продукции «18+»: её нельзя держать в детских отделах, а в общедоступных библиотеках такие книги должны находиться в отдельном помещении или в закрытом шкафу под контролем сотрудника и вне доступа детей.

• Если отдельного помещения нет, книги иноагентов размещают в специально выделенном шкафу или на стеллаже рядом с рабочим местом библиотекаря; выдача — только читателям старше 18 лет и лишь по запросу.

• В электронных и карточных каталогах библиотека обязана указывать, что конкретный материал создан или распространён иностранным агентом, чтобы статус издания был виден и читателям, и проверяющим.

• Замминистра отдельно проговаривает, что фонды общедоступных библиотек сейчас «вообще не пополняются» книгами, созданными иноагентами: это жёсткое правило, которое Минкульт транслирует регионам через методические рекомендации и систему мониторинга закупок.

• Министерство считает недопустимым использование произведений иноагентов на книжных выставках и культурно‑просветительских мероприятиях: такие книги не должны становиться «лицом» публичных акций.

• Библиотеки фактически живут в режиме постоянного мониторинга: сотрудники следят за обновлениями реестра и оперативно переводят соответствующие издания из открытых стеллажей в контролируемые зоны хранения.

• Прямого нормативного акта с требованием списать и утилизировать книги иноагентов Алексеева не называет: по её словам, речь именно об ограничении свободного доступа и «подтягивании» таких изданий под режим 18+.

• Отдельный блок выступления Алексеевой посвящён так называемой «деструктивной литературе», которая массово попала в региональные библиотеки за счёт зарубежных фондов, в том числе признанного в России нежелательной организацией Фонда Сороса*.

• Российская государственная библиотека имени Ленина, по словам замминистра, создаёт закрытое хранилище именно для такой литературы — прежде всего в тех исторических регионах, куда подобные книги «заходили» большими партиями.

• Алексеева отмечает, что участие иноагента в издании может быть разным: от полного авторства до одной статьи, иллюстрации или роли издателя, поэтому сейчас вырабатываются подходы к комплектованию — решают, что отправлять в спецхран, а что оставлять в режиме ограниченной выдачи.

• При этом сама принадлежность книги к волне поставок, поддержанных зарубежными фондами, не означает автоматической юридической маркировки: статус иноагента присваивает Минюст, а библиотеки обязаны ориентироваться именно на реестр и на действующее законодательство.

• Алексеева напоминает, что за последние пять лет из федерального бюджета на закупку книг для библиотек выделили более 3 млрд рублей; только в 2026 году на комплектование предусмотрено 875 млн рублей.

• Более 40% этих средств Минкульт рекомендует направлять на детскую литературу: ведомство настаивает, что фонды должны пополняться в первую очередь книгами для молодого поколения.

• На базе Национальной книжной платформы запущена система мониторинга с рекомендательными списками, куда входят классика, современные российские авторы, патриотические, исторические и детские издания.

• С 2026 года расходование субсидий на закупки привязано к этим спискам: от библиотек ждут, что они будут выбирать «литературу высокого качества», соответствующую законодательству и не связанную с иноагентами.

• На фоне федеральных инициатив Законодательное собрание Петербурга поддержало законопроект, вводящий особый порядок обращения с книгами иноагентов в библиотеках: документ фактически легитимирует перевод части фондов в режим закрытого хранения по образцу советского спецхрана.

• Для городской сети библиотек это означает двойную нагрузку: маркировку и перестановку уже имеющихся изданий в закрытые зоны или «под присмотр» сотрудников и одновременную перестройку закупок с оглядкой на рекомендательные списки Минкульта.