КС: перевод денег фигурантам террористических дел является финансированием терроризма

Материальную помощь фигурантам террористических дел можно расценить как финансирование терроризма, даже если получатель денег еще не признан виновным. Это подтвердил Конституционный суд России, отклонивший жалобу петербургской пенсионерки, осужденной за переводы дочери и плененным в Сирии внукам.

Как следует из материалов, Марина Комар попыталась оспорить конституционность статьи 205.1 УК о содействии террористической деятельности. «Фонтанка» рассказывала, что женщина угодила на скамью подсудимых после того, как переводила деньги дочери, которая из-за ультиматума мужа в 2014 году оказалась в Сирии и не смогла оттуда выбраться. Через пять лет она — уже вдова с пятью маленькими детьми, четверо из которых граждане России, — попала в лагерь для военнопленных. Тогда же на родине девушка стала подозреваемой по делу о терроризме, но расследование буксовало на стадии объявления фигурантки в розыск.

Марина Комар и ее защита предоставляли переписку с дочерью, в которой подробно обсуждалось, на какие бытовые нужды шли деньги. Следствие настаивало, что в списке покупок были боеприпасы и оружие боевикам. В июле 2022 года суд назначил Комар 8 лет колонии. Обжаловать приговор не вышло, в силе его оставил и Верховный суд.

В жалобе Комар попросила признать статью 205.1 УК не соответствующей Основному закону, поскольку она позволяет привлекать к ответственности за финансирование терроризма, когда вина получателя денег не доказана и не установлена приговором суда.

Конституционный суд не усмотрел оснований для принятия жалобы к рассмотрению. На вынесенное в июле отказное определение 1 октября обратила внимание «Адвокатская газета».

В КС сослались на международные обязательства России, вытекающие в том числе из положений Международной конвенции о борьбе с терроризмом. Согласно ей, террористические преступления и содействие им оправданию не подлежат вне зависимости от политических, религиозных, философских и прочих соображений. Спорная статья направлена на предотвращение преступлений и предусматривает ответственность только в тех случаях, когда отправитель осознает, что деньги могут быть использованы в целях совершения террористической деятельности. И обеспечение нужд организованной группы, созданной для совершения подобных преступлений, — не исключение.

Как отмечено в определении, в статье отсутствует неопределенность, позволяющая не осознавать общественную опасность своих действий. «Не затрагивает эта норма и принцип презумпции невиновности», — указали в КС.