
Если в начале показали обрез, то в конце он обязательно выстрелит. Каким получился «Дополнительный урок», первый российский фильм о скулшутинге — и при чем тут Петербург.
Старшекурсник колледжа искусств Макс Чудовский (Данил Слуцкий) рисует жуткие картинки черными мелками и низко натягивает рукава свитера, чтобы скрыть ссадины. Первого сентября он придет в колледж и там на чердаке его пристрелит полицейская Вера Седова (Юлия Александрова). У Седовой выраженный ПТСР, она горстями пьет таблетки, но говорит, что это от мигрени. И еще говорит, что в руках у Чудовского она видела обрез. Прямо как у Данилы Багрова из «Брата». Но в эту очевидную ассоциацию фильм предпочитает не играть — и вообще не вглядываться в потенциального стрелка.
«Дополнительный урок» — первый в России фильм о скулшутинге. Съемки были закончены еще год назад, можно сказать, в прошлой жизни. Производство картины поддержали Минкульт и комитет по культуре Санкт-Петербурга. Фильм заявлен как социально-психологический триллер и одновременно детектив. Для Анны Курбатовой, которая стала и сценаристом, и продюсером фильма, это еще и вторая в карьере полнометражная режиссерская работа. Предыдущая лента о подростковой любви и дружбе «Вне зоны доступа» вышла в 2020 году и демонстрировалась на фестивале «Окно в Европу». Теперь Курбатова взялась за сложную и болезненную тему, которую прежде российский кинематограф обходил молчанием.
Честно говоря, и в этот раз обошел.
В фильме есть всё, за что избалованный зритель не любит кино российского производства.
Сценарий как будто написан нейросетью: вроде бы похоже на человеческое творчество, но как начнешь вглядываться, тут же ловишь эффект зловещей долины. Эдакий катарсис наоборот: ужас и отторжение вместо ужаса и сострадания.
Действие фильма разворачивается в условном «городе N», где есть выход к морю, все категории населения живут в красивых частных домах, а дети даже баснословно богатых родителей учатся вместе с неблагополучными подростками в обшарпанном «колледже искусств» (в роли колледжа — драмтеатр Балтийского флота в Кронштадте). Быт этой российской провинции вызывает вопросы: семиклассники развлекаются игрой в боулинг, а в каждом приличном доме есть бейсбольная бита.
Три года назад в «городе N» произошла страшная трагедия — неизвестный с характерной татуировкой на руке вошел в торговый центр, расстрелял с десяток случайных взрослых и детей, а потом покончил с собой. О мотивах стрелка или какой-либо реакции властей — ни слова. Судя по дальнейшему поведению персонажей, в городе об этом забыли почти мгновенно все, кроме полицейской Седовой. Той самой, которая немного не в себе. В рассказ Седовой про обрез в руках у мальчика верит только назначенный адвокат Илья Нестеров (Кирилл Кяро). У адвоката довольно размытые представления о профессиональной этике: при первой же возможности он переселяет свою подзащитную к себе и, кажется, не против познакомиться с ней поближе. «Химии» между персонажами нет, видимых причин для нечаянно нагрянувшей любви — тоже. Кроме одной — адвокат давно холост. А тут, получается, как раз подвернулась какая-никакая женщина. К эффекту зловещей долины добавляется чисто человеческое недоумение. Нам обещали про скулшутинг, а заманили на совсем другое кино, отдающее телесериалами из дневного эфира. В которых женщина трудной судьбы встречает своего героя-спасителя.
В «городе N» не только с памятью плохо. Там царит бардак, в котором табельное оружие оказывается в руках человека на сильнодействующих препаратах, теряются не то что обрезы, а целые охотничьи ружья, а горький опыт никого ничему не учит. О мальчике, Максе Чудовском, мы больше ничего толком не узнаем. Самые важные вещи не показывают, а проговаривают вскользь. Каким он был, что пережил, что в конце концов схватился за обрез? В какой момент его можно было остановить? Ну заикался, дразнили, отчим попался злой — довольно распространенный набор. Но ведь не каждый подросток, у которого такой набор есть, берется за оружие. К тому же у каждого подростка в фильме есть какие-то огорчения в личной жизни. И выходит, что направить на людей тот самый обрез мог бы любой, на кого дома поднимали руку или вовремя не покормили супом.
За довольно искусственной детективной интригой так и не развивается обещанной «социально-психологической» драмы. Эта история о чем угодно, но не о скулшутинге. Керчь, Казань, Пермь, Ижевск — всякий раз, когда эти города оказывались в федеральных новостях, все задавались вопросом: почему? Кто виноват? Создатели «Дополнительного урока» обещали не давать прямых ответов. Но нечаянно, отрабатывая очередное сценарное клише, нарушили и это обещание.
Оказывается, ключ ко всему — фото с татуировкой, которое в Интернете растиражировали журналисты.
Венера Галеева,
«Фонтанка.ру»


















Достижения
Свой среди своих
Зарегистрироваться на сайте
Твой первый
Написать первый комментарий
Первая десятка
Написать 10 комментариев
Достижения
Первая сотка
Написать 100 комментариев
На полпути к тысяче
Написать 500 комментариев
Словесный поток
Написать 1000 комментариев