Работники, которые трудятся шесть в дней в неделю за 27 тысяч рублей в месяц и никогда не прогуливают смены, а производственные площади предоставляются бесплатно — нужно только платить за коммуналку. Условия, которые предлагает предпринимателям Исправительная колония N7, на фоне растущих ставок аренды и зарплат выглядят заманчиво. Но в бизнес-плане есть нюансы.


Делегация петербургских предпринимателей 17 ноября посетила ИК-7. Экскурсию провели не для того, чтобы наглядно продемонстрировать последствия нарушения закона, а чтобы показать возможности производственных мощностей.
О том, что власти Петербурга договорились с УФСИН об усилении присутствия промышленных предприятий на территории исправительных учреждений, ранее сообщил уполномоченный по защите прав предпринимателей Валерий Калугин. Тут есть и помещения, и рабочие руки, а низкая стоимость рабочей силы позволяет снижать себестоимость продукции, пояснил он. «Потому что все предприятия, которые пошли организовывать производство, никто оттуда не хочет уходить», — подчеркнул Валерий Калугин.
Для желающих своими глазами увидеть преимущества бизнес-модели и познакомиться с условиями труда была организована экскурсия. Позвали и прессу.
Как организовано производство в ИК-7
Сейчас в ИК-7 содержится 460 осужденных, все они трудятся: иных вариантов просто нет. Отличаются только схемы организации производства.
В первом варианте колония осуществляет выпуск продукции по заданию заказчика. Исправительное учреждение согласовывает объем, сроки поставки и цену и отгружает уже готовый товар. Возможно производство из сырья заказчика.






Если оборудования, необходимого для производства, у ИК нет, учреждение может закупить его самостоятельно по 44 ФЗ, говорит Дмитрий Новосельский, заместитель начальника ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
«Люди значения не имеют. Для заказчика есть готовая продукция. Сколько людей её изготавливает — это уже наш вопрос. Заказчику надо изготовить, допустим, одну остановку за определённую сумму. Будут изготавливать это 10 людей или будет изготавливать это 100 людей — для заказчика цена от этого не поменяется».
Вторая модель предполагает оказание услуг. В этом случае ИК предоставляет бизнесу труд заключенных и площади для размещения производства. Бизнесу остается только разместить станки и обучить персонал. Расходы — оплата труда осужденных и платежи за электричество, водоснабжение и водоотведение.
Всего под производство — собственное и организованное бизнесом — в колонии выделено порядка 15 000 кв. м, свободны чуть больше 1 000 кв. Однако ситуация меняется: что-то бизнес берет, что-то освобождает. Загрузка собственных участков тоже может корректироваться в зависимости от сезона и спроса.
Сейчас в ИК-7 пять собственных производственных участков, еще 21 отдан под оказание услуг коммерческим предприятиям, рассказал Владислав Юкин, начальник центра трудовой адаптации осужденных ИК-7. По оценке Дмитрия Новосельского, заместителя начальника ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, примерно 30% продукции выпускается на собственных участках, 70% — в рамках договоров оказания услуг.
Исправительное учреждение радо сотрудничеству по обоим схемам. «Рады всем, готовы развиваться, как в части собственного производства, так и в части предоставления данных услуг, предоставления помещений, пожалуйста, приходите, производите что-либо», — говорит Александр Рулев, начальник ИК-7 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области
Что производит ИК-7
Клиентами ИК-7 нередко выступают государственные и муниципальные учреждения. Так, заключенные, например, отшивают постельное белье для детских садиков Невского района.






Довольно большой участок занимает производство стульев: всего делают 12 разновидностей в 20 цветах. Мебель закупают оптовики, которые потом продают их на маркетплейсах, розничных сетях или другим оптовикам. «От частных заказчиков мы стараемся уходить, потому что частный заказ на три стула — это никому не интересно», — говорит Владислав Юкин.
Еще одно крупное направление — изготовление остановочных павильонов для Ленинградской области. По контракту с Ленавтодором, ИК должна произвести 200 штук. «Есть планы изготовления остановок с использованием Wi-Fi-роутера», — делится планами Владислав Юкин.
Также осужденные делают нагревающий кабель — до 23-25 тыс. м в месяц. Заказчиками выступают строительные компании.
По модели оказания услуг осужденные ИК-7 делают оборудование для вентиляции (порядка 200 наименований), а также шьют тапочки и делают детские кроватки и кухонную мебель.
Сколько работают и сколько получают осужденные
Заключенные работают шесть дней в неделю по семь часов. Вне зависимости от того, работают ли они на производстве самой колонии или по договору оказания услуг, они получают заработную плату не менее федерального МРОТ (27 093 рублей в месяц). При перевыполнении нормы плата может быть выше. Однако из этой суммы могут удерживаться исковые обязательства (например, компенсация нанесенного ущерба), алименты и т. д.



По закону, взыскать можно не более 75%. Заключенные могут добровольно попросить удержать до 100%. Но такое проявление сознательности встречается довольно редко, отмечают представители ФСИН.
За счет низких затрат на ФОТ себестоимость продукции оказывается довольно низкой. «Например, мы сделаем комплект [белья] и отдадим в детский сад дешевле любого коммерсанта в Петербурге. Потому что наша цель — это рабочие места осуждённых. И мы поставим рентабельность в рубль, а коммерсант поставит уже 10», — объясняет Александр Рулев.
При расчете конечной цены для заказчика небольшую наценку все же делают. Маржа идет на развитие производства. «Мы систему вентиляции, станки, оборудование закупаем», — отмечает он. Размер наценки начальник ИК-7 раскрывать не стал, но подчеркнул, что она не может быть большой. «У нас основная цель — это трудоустройство осужденных. Мы не зарабатываем здесь денег», — подчеркнул он.
Чтобы заключенные могли освоить рабочие специальности, на территории колонии работает ПТУ. Всего можно получить 10 профессий, к примеру выучиться на швею, электрика, такелажника, каменщика, сварщика. Получение рабочей специальности является одним из условий освобождения.
«Практически все, кто у нас находятся, уже по две специальности имеют. То есть они уже у нас два-три раза отбывали наказание»
Опыт бизнеса: «Я бы второй раз, наверное, не решился»
Личным опытом с предпринимателями и журналистами поделился Роберт Ванцян, владелец компании «Лисвент», крупного производителя вентиляции в Петербурге.
«Лисвент» работает на территории ИК-7 с 2018 года. Производственные мощности компании передал партнер, для которого это было побочное направление и оно шло не слишком успешно. «Лисвент» до этого занимался перепродажей оборудования, но этот бизнес стал не слишком выгодным: нужно было или идти в производство, или заниматься монтажом. И тут как раз представился шанс.
«Я бы второй раз, наверное, не решился, но у нас не было выхода», — говорит Роберт Ванцян.
Среди плюсов работы в ИК — дешевая рабочая сила и производственные площади. Кроме того, работники гарантированно выходят на работу. Минус — текучка кадров. «Приходится постоянно заниматься обучением, так как срок имеет свойство заканчиваться, [заключенные] уходят по УДО, освобождаются на ПТР (принудительные работы — прим.ред.)», — говорит он.
Средний срок пребывания заключенных в ИК-7 сейчас составляет полтора-два года, говорит Владислав Юкин. Несколько лет назад было пять лет. «Конечно, это всё меняется. Гуманизация», — говорит он.
Качество персонала тоже бывает разным: иногда один человек может заменить троих. Сейчас на «Лисвент» в ИК-7 работают 25 человек, но есть планы увеличения до 30. За качеством выполнения работы следит специально обученный осужденный, а также четыре вольных мастера, которые каждый день приходят в ИК на работу и контролируют выполнение заказов.
Помимо производства в колонии у «Лисвента» есть еще одна площадка за ее пределами, но она в два раза меньше. Сейчас труд свободных граждан обходится компании на 30-40% дороже, чем заключенных.

Однако Роберт Ванцян признает, что работа в ИК становится все менее экономически выгодной: МРОТ каждый год увеличивается. «Если мы в эту формулу включаем аренду земли, конечно же за территорией дороже пока ещё. Но если у предпринимателя есть дешёвая аренда земли, либо собственная земля, уже выгоднее за территорией, потому что качество [работы] осужденных, отсутствие текучки кадров, возможность вкладываться в сотрудников и работать с ними в долгосрочной перспективе перекрывает [выгоду]», — говорит он.
Не все производства на территории ИК оказываются успешны. Так, недавно закрылся коммерческий участок по производству губки, где трудилось 25 человек, говорит Владислав Юкин. «Заказов на рынке стало немного», — пояснил он. Также прекратил работу цех по изготовлению огнеупорных дверей.
Стабильность и дешевизна vs эффективность
Выгода предпринимателя в основном состоит в стоимости труда. Если «за забором» платить придется 80-100 тысяч в месяц, то в ИК только МРОТ. «Опять же, есть риски какие? Он напился. В нашем случае, он не напился. То есть не выход на работу, больничный, мама заболела, ещё что-либо. А у нас стабильно работник будет завтра на своём рабочем месте», — рассуждает Александр Рулев.
Но если городские власти стремятся побудить бизнес автоматизировать процессы и повышать производительность труда, то в ИК-7 подход прямо противоположный. Станки с ЧПУ, например, не приветствуются. «То есть, если приходит коммерсант и говорит: „Я Вася Иванов, крутой коммерсант, вот я бы хотел у вас здесь работать. Вот мой станок, он миллион производит деталей продукции в час, и мне одного осужденного трудоустройте“, — такой коммерсант нам не очень интересен. Нам [нужен] ручной труд. Нам надо, чтобы осуждённый он работал, получал зарплату и мы с него удерживали выплаты в счёт потерпевшей стороны», — пояснил Александр Рулев.
Пришедшие на экскурсию предприниматели помимо условий сотрудничества и размера платежа за электричество интересовались также проблемами связи. «У меня производство, я сюда посажу мастера, с ним связи не будет, получается», — прокомментировал один из них.

Для вольных сотрудников работа в колонии имеет свою специфику, признает Роберт Ванцян: телефоны и ноутбуки на территорию учреждения проносить нельзя. Приходится по старинке использовать блокнот и ручку. «Это основная проблема, если нужно уточнить что-то по заказу, мы не можем просто взять телефон, позвонить заказчику и спросить: какой длины вы хотели изделие. Нам надо выйти за территорию, позвонить и вернуться», — говорит он.
По словам руководителя ИК-7, предприятия, которые сотрудничают с учреждением, для упрощения коммуникации арендуют офисы прямо через дорогу от колонии, так что их сотрудники при необходимости могут перемещаться туда и обратно.
Представители бизнеса ответили, что им нужно сперва «переварить информацию», чтобы потом связываться и обсуждать. Александр Рулев призвал заинтересовавшихся не откладывать решение в долгий ящик. «Площади сегодня есть, завтра их может не быть», — заключил он.




















