Не Петербург, а древний Рим: как альтернативщики переписывают историю города

Конспирологические теории создания Петербурга множатся с конца 1990-х и начала 2000-х годов, авторы называют их альтернативной историей.

«Фонтанка» прислушалась к некоторым из них.

Петербург — магический город, в котором легенды и мифы становятся будто бы частью истории. Той, что имеет научную основу, нам мало. Мы увлечённо слушаем рассказы о «настоящем» прошлом города и о заговоре историков. Потому что это красиво, а не вот это вот из школьного учебника: «Петербург — город на костях и болотах».

То, что на месте Петербурга было сплошное непроходимое болото, давно уже опровергнуто официальной историей. Альтернативная зашла сильно дальше: если хорошенько поискать, то под центром Петербурга можно обнаружить останки зданий древних укреплённых поселений и целого города. Пётр I их раскопал и перестроил. А иначе как ему удалось так быстро возвести на пустом месте европейскую столицу?

Одни говорят, что на месте, где Пётр решил заложить город назло надменному соседу, располагалась легендарная Гардарика, другие — Рим, причём первый.

Римма Соловьёва — автор теории про Петербург как первый Рим. Она уверяет, что утраченные памятники, о существовании которых в Италии свидетельствуют лишь сломанные колонны, разбитые скульптуры или груды камней, по реконструкции точно совпадают с историческими памятниками в Петербурге и по архитектуре, и по назначению. Например, здание Сената.

И памятники оттуда же. Только у Медного всадника голова была то ли Александра Великого, то ли Македонского, то ли Георгия Победоносца: «перекручивание голов в Древнем Риме, да и не только, было делом обычным, об этом многие античные авторы пишут». Эту голову свернули и заменили петровской.

В качестве доказательства римского происхождения другого памятника Петру I (у Михайловского замка) в книге «С-Петербург — древний Рим» автор приводит «почти человеческую ногу» коня императора. И пишет: «На самом деле это тот настоящий памятник коню Цезаря, поставленный им самим (так в оригинале. — Прим. ред.)».

Ему «приставили лупоглазую физиономию Петра, а настоящая, может, используется студентами Академии художеств для рисования антиков».

Читать про Рим в Петербурге было бы куда интереснее, будь понятнее, кто кого сажал на этого самого коня с «человеческой ногой». Сначала: «всадник, одетый как римский воин, — это Цезарь, посаженный на любимого коня Антонием после смерти Цезаря». Потом: «Цезарь поставил памятник перед храмом Венеры Прародительницы, так как считал себя прямым потомком Венеры».

Но в любом случае это вовсе не Пётр, а Цезарь с головой Петра стоит у Михайловского замка. А в замок «бережно встроена сохранившаяся часть разрушенного храма Венеры Прародительницы». Он тут и стоял до «катастрофы», разрушившей Рим на Неве, об этом знал и построивший замок Павел.

Римма Соловьёва уверена: чтобы посмотреть, как выглядел Древний Рим, незачем ехать в Италию. Там — только обломки цивилизации. А в Петербурге много чего «римского»: Ростральные колонны, «куда их перетащили по царскому приказу с Форума». А Форум — не что иное, как Исаакиевская площадь. Из погибшего города вывезли техническую документацию и по ней строили знаковые сооружения в Петербурге.

И, кстати, Юлий Цезарь умер здесь, в Регии, во дворце Великого Понтифика: «В нём проводились магические обряды, ритуальные действа, собрания Верховных жрецов. Там была комната с круглым алтарём — святилище Марса, где хранились его копья <…> архив коллегии понтификов, молитв, жертвоприношений, священный календарь, Анналы и записи о смертях, брачных союзах и завещаниях».

Регия находилась в здании на углу Священной дороги (Адмиралтейского проспекта) и Форума (Исаакиевской площади), это, если что, знаменитый «Дом со львами», известный как дворец Лобанова-Ростовского.

Последовательность событий в версии Соловьёвой сильно хромает. С одной стороны, Древний Рим из учебников истории всегда находился на Неве, только назывался иначе, а «итальянский Рим» появился позже — как часть масштабного мифа, который создали, чтобы доказать древность Европы и одновременно «подтвердить» отсталость России. Почему тогда Ростральные колонны и памятники русские цари перевозили из Рима в Петербург, а не наоборот, неясно.

О том, что на месте Петербурга существовал город, хоть и моложе Рима, говорят карты, составленные задолго до его основания. На них город уже существовал — европейские карты XVI–XVII веков, карты Шуберта и Менде. Картографы тех времён на карте Московии 1706 года могли расположить Петербург на острове Котлин (Кронштадт). Или неподалёку от него — между Стрельной и Копорьем, как на карте голландского издателя Питера ван дер Аа, даже в издании от 1719 года, когда местоположение города было уже известно.

Шведский военный атташе, инженер, картограф, автор графического альбома «Заметки о России» Эрик Пальмквист, например, в 1674 году составил подробный план окрестностей Ниеншанца, где к югу от крепости обозначены остатки каменной кладки, а в отчёте говорилось, что она относится к периоду раннего XV века.

На разных картах находят пометки о каменных развалинах или руинах неизвестного происхождения в районе современной Адмиралтейской набережной, стрелки Васильевского острова, Петропавловской крепости. То есть там, где рождалась задуманная Петром I столица.

Не доверяющие официальной истории ищут и находят нестыковки, о которых сообщают своим поклонникам: доказательств того, что Петербург стоит на остатках более древних построек, множество. Среди них — древние камни с письменами на неизвестных языках, обнаруживаемые то в Петропавловской крепости в фундаменте, заложенном в начале XVIII века, то в Меншиковском дворце, то в граните на набережной Мойки.

Строгая планировка, которую официальная история трактует как замысел Петра, родившийся в путешествиях по европейским городам, тоже подозрительна. Но если допустить, что Петербург построен не в XVIII, а в Средние века, то оказывается, что наложив план города на астрономическую карту, можно увидеть, что эта самая регулярная планировка соответствует положению звёзд XV–XVI веков.

Эта теория советского астронома Владимира Щеглова нашла отклик у альтернативных историков как доказательство, что Пётр строил по следам, так сказать, предшественников. А они — последователи древних цивилизаций (Месопотамия, Индия) — тысячи лет назад строили свои города по Луне, Солнцу и звёздам. Так велись календари. Значит, Петербург был спланирован как древняя обсерватория, потому что архитекторы ориентировались на оставшиеся постройки, сохранившиеся с тех времён.

Доказательство — «утопленные» в грунт здания, в которых окна первых этажей частично виднеются из-под земли, обнаруживаемые в кладке стен фрагменты древесины возрастом на 200 лет старше города, известковый раствор в нижней части стен Меншиковского дворца с примесями, характерными для технологий XVI–XVII веков, а не XVIII.

Не только Пётр укрыл древние ценности, построив поверх них город. Построенное более чем на столетие позже царское метро под Петербургом замуровывали и заливали бетоном уже в советские времена.

Строительство ленинградского метро началось в 1941 году, возобновилось после войны, в 1947-м. Неизвестно, кто изначально придумал историю про царское метро, построенное якобы для тайного передвижения царских особ по городу — подальше от народа и любопытных глаз. Достоверно известно, что один из её популяризаторов — Константин Севенард, создатель музея альтернативной истории в Петербурге, называющий себя праправнуком Матильды Кшесинской и Николая II. «Фонтанке» он рассказывал:

«Вы знаете? Нет, вы не знаете, что в Петербурге — самое древнее в Европе и в мире метро, оно было построено за 10 лет до лондонского. Это метро и сегодня есть, но затоплено. Со стороны Фонтанки оно идёт, затем под Невой и выходит как раз напротив особняка Кшесинской, беседка у него — верхушка вентиляционной шахты. Один тоннель от неё ведёт в Петропавловку, один — под особняком Бранта. А дальше — холодные подземные склады для хранения продовольственного запаса, их десятки по Петербургу, ещё при Александре I начали строить — он готовился к осаде города наполеоновской армией».

По мнению одних верующих в царское метро, в 1918 году было принято решение Совета народных комиссаров затопить тоннели и замуровать все входы-выходы, потому что даже затопленным пользовались белогвардейцы — на лодках ходили.

Эта версия отчасти совпадает с другими, по которым о старом метро стало известно из рассказов строителей нового. Одни метростроители будто говорили, что под Дворцовой площадью начались странности, которые трудно списать на обычную геологию: на глубине около двенадцати метров рабочие наткнулись не на грунт и не на фундамент, а на кладку из камней правильной формы, подогнанных слишком плотно, чтобы это выглядело случайностью. А при строительстве станции «Невский проспект» рабочие обнаружили целую систему подземных ходов. Официально всё списали на старые подвалы, хотя те не уходят на 15-17 метров вниз. По свидетельствам участников работ, один из тоннелей тянулся в сторону Адмиралтейства.

В 1979 году при строительстве новой ветки метро, которая должна была соединить центр с южными районами города, бригада наткнулась «на пустоту» — огромную полость примерно 30 на 30 метров на глубине 18 метров. Когда спустились вниз на тросах, увидели неестественную пещеру со стенами, облицованными камнем. Кладка была старая, но крепкая, а в центре находилось нечто вроде колодца или шахты, уходящей ещё глубже. Осмотр не дали закончить, а пустоту залили бетоном.

По неофициальным данным, доказательств которым ни у кого нет, в ходе строительства метро в Ленинграде обнаружили более тридцати крупных подземных помещений. Почти все они были замурованы без исследования. Отсюда вопрос: под городом действительно лежит часть неизвестной системы сооружений, существовавшей здесь задолго до Петра? Альтернативщики считают, что этот и другие вопросы остаются без ответа, потому что официальная история не хочет, чтобы Петербург перестал быть чудом, сотворенным в России по воле императора.

Конечно, можно верить и в то, что ангел на Петропавловке хранит Петербург от бед, и в то, что город — преемник древних поселений. Но что делать, если теории в жанре фэнтези озвучиваются на разных платформах, публикуются в соцсетях и находят своих читателей и слушателей? «Фонтанка» попросила прокомментировать версии альтернативной истории известного археолога, кандидата исторических наук, старшего научного сотрудника отдела славяно‑финской археологии Института истории материальной культуры РАН Петра Сорокина.

«Это бред. Есть наука, а есть псевдонаука, лженаука. К сожалению, она цветет у нас пышным цветом. В старые добрые времена, которые мы еще помним, существовали авторитеты в науке. Сейчас они не признаются. Каждый сам для себя авторитет, придумывает конспирологические теории и публикует их, где хочет. Это, конечно, наносит ужасный вред и ущерб историческому знанию в нашей стране. И, к сожалению, государство совершенно не занимается этим вопросом — все пущено на самотёк. Я даже не говорю об интернете — в книжных магазинах полки заполнены лженаучными изданиями, которые уже по объёму сопоставимы с научными. Поскольку они написаны в более популярной форме и несут в себе нечто необычное, то пользуются большой популярностью. Эта ситуация должна рассматриваться в рамках государственной политики».