Цифровой домострой: как девелоперы ищут баланс между хайпом на технологиях и экономией

Еще недавно цифровизация в строительстве сводилась к переходу с бумаги в Excel и электронный документооборот. Сегодня девелоперы обсуждают уже генеративное проектирование, ИИ-агентов, цифровые двойники и дома, которыми можно управлять со смартфона.

Участники круглого стола «Фонтанки» сошлись в одном: изменения в отрасли гораздо глубже, чем кажется со стороны. Речь идет не просто о внедрении новых сервисов, а о постепенной перестройке всей системы управления строительством — от первых концепций проекта до эксплуатации жилого комплекса.

Цифровизация — это не отдельные сервисы и программы

Степень проникновения технологий в отрасли можно оценить по-разному, но однозначно стройка перестала быть сферой, где можно управлять процессами «по звонку» или в Excel.

Руководитель департамента BIM компании АСКОН–Северо-Запад Кира Беспрозванная предложила смотреть на цифровизацию с разных сторон: как на эволюцию и как на революцию.

По ее словам, некоторые технологии лишь переводят существующие процессы «на новые рельсы». Например, бумажный документооборот превращается в цифровой, но бизнес-процессы компании в части согласования документов остаются прежними.

Другой путь — принципиально новые подходы, которые трансформируют саму методологию проектирования и строительства.

— Раньше при обходе строительной площадки вели заметки в блокноте. Сейчас это уже фотографии, автоматически привязываемые к модели по GPS-координатам. А дальше будет дополненная реальность. То есть меняется не просто инструмент — меняется сама технология работы, — отметила Кира Беспрозванная.

Наиболее важным с точки зрения цифровизации она назвала этап строительства — прежде всего потому, что именно здесь сосредоточены самые высокие затраты и самые болезненные риски. Сегодня девелоперы активно внедряют умные датчики, онлайн-планерки, цифровые графики строительства, которые интегрируются с BIM-моделью и позволяют буквально воспроизводить процесс возведения объекта как 3D-анимацию. Главная задача таких решений — не столько сократить сроки, сколько выдержать их.

— Простой строительной техники на площадке стоит очень дорого плюс есть ответственность за задержки перед дольщиками по 214-ФЗ. Поэтому любые технологии, которые помогают соблюдать сроки, сейчас оказываются максимально востребованы, — подчеркнула эксперт.

Генеральный директор группы компаний «Синтека» Илья Анисимов рассказал, что сам пришел в тему автоматизации после кризиса 2008 года, когда строительному рынку пришлось бороться за падающую маржинальность.

— Когда спрос падает, а маржа сокращается, ты либо начинаешь зарабатывать эффективнее, либо просто вылетаешь с рынка, — заметил он.

Эксперт поделился воспоминаниями: первые попытки работать с 3D-моделями инженерных сетей появились в его практике еще в конце 2000-х. Тогда полноценного BIM, по его словам, еще не существовало, но отрасль уже двигалась в эту сторону.

Спикер считает, что сегодня BIM в строительстве пока так и не стал по-настоящему массовым инструментом.

По его словам, проблема заключается в том, что многие строительные компании до сих пор живут в смеси мессенджеров, почты и таблиц. Приходишь на стройку и спрашиваешь прораба: «Покажи, чем ты цифровизирован». И выясняется, что все по-прежнему происходит через WhatsApp, Telegram, Excel и звонки. Да, есть крупные игроки, которые ушли далеко вперед. Но в целом по рынку уровень цифровизации пока слабоват.

Саму задачу цифровизации «Синтека» видит в том, чтобы убрать из процессов «ручное управление». Например, чтобы заявку на материалы невозможно было отправить по телефону — только через цифровую систему. Или чтобы передача инструмента между объектами фиксировалась так же, как каршеринг фиксирует передачу автомобиля пользователю.

В итоге рынок придет к экосистеме связанных между собой сервисов, но не к единой универсальной платформе.

— Я не верю, что девелопер способен написать вообще все сам, — отметил Илья Анисимов. — Но и в то, что существует одно коммерческое решение, которое закроет все бизнес-процессы, тоже не верю. Это всегда комбинация собственных разработок и внешних сервисов.

Руководитель проекта цифровизации строительства холдинга AAG Владислав Митьков назвал ключевой задачей девелопера управление данными и выстраивание единой цифровой цепочки между проектированием и строительством.

— Нам необходимо полностью оцифровать взаимодействие со всеми участниками процесса — проектировщиками, подрядчиками, техническим надзором. Это и хранение документации, и обмен данными, и проверка, и архивирование, — пояснил он.

Представитель AAG отметил, что даже хорошо выстроенные цифровые процессы по-прежнему сталкиваются с ограничениями законодательства.

— Мы можем полностью оцифровать выдачу предписаний или дефектных актов. Но потом все равно приходится это распечатывать, подписывать вручную и нести бумагу в надзорные органы, — констатировал он.

Отдельным направлением цифровизации Владислав Митьков назвал клиентский путь дольщика — от покупки квартиры до передачи ключей. По его словам, девелоперы сегодня стремятся сделать этот процесс максимально прозрачным и понятным для клиента.

Дискуссия о том, разрабатывать ли девелоперу собственные решения или покупать готовые, сегодня идет по всему рынку. Это подтвердил Илья Анисимов. Постепенно отрасль приходит к пониманию, что универсальной платформы не появится.

— Это всегда будет комбинация своих разработок и коммерческих решений. И главное здесь — не купить «волшебную кнопку», а научиться все это между собой интегрировать, — считает он.

Михаил Малыхин, директор по развитию цифровых технологий холдинга SetlTech (Setl Group), рассказал в свою очередь, что для Setl Group цифровизация уже давно стала одним из ключевых драйверов развития бизнеса.

— Все подразделения холдинга работают в рамках цифровых бизнес-процессов, а сама компания не только закупает внешнее программное обеспечение, но и разрабатывает собственные цифровые экосистемы с помощью IT-компании SetlTech, — пояснил он. — В управлении проектами холдинг использует комплексные решения с собственной методологией — в частности, систему управления строительством SetlSoftICONA, интегрированную с SAP. Среди последних разработок — сервисы для подрядчиков Praktis.KS и система цифровизации исполнительной документации Praktis.ID.

По его словам, именно осознанное внедрение цифровых инструментов на этапе строительства позволило компании добиться очень высокого показателя передачи квартир с первого раза — около 97%.

Цифровизация уже охватывает практически весь жизненный цикл строительного проекта, согласился директор по строительству Группы Аквилон в Санкт-Петербурге и Ленинградской области Андрей Бородин.

— Самыми востребованными и притом самыми развитыми остается BIM- или ТИМ-моделирование, цифровой документооборот, а также решения для контроля стройплощадки: видеонаблюдение, IoT-датчики, дроны и лазерное сканирование, — считает он.

BIM-моделирование и цифровые двойники в проектировании и строительстве

Тема BIM-моделирования уже давно превратилась в обязательный пункт почти любой отраслевой конференции, но реальное проникновение BIM в строительную отрасль пока гораздо скромнее, чем кажется со стороны.

Андрей Бородин отметил, что сегодня скорость строительства напрямую влияет на экономику проекта, а значит, цифровизация становится уже не вопросом моды, а вопросом выживания.

— В проектах Группы Аквилон BIM-моделирование активно применяется и позволяет заметно сократить объем бумажного документооборота. Однако сама по себе модель еще не гарантирует качества, — пояснил он. — Эффективность BIM напрямую зависит от компетенций проектных организаций. Практика показывает: даже наличие цифровой модели не исключает ошибок, а сама технология пока находится скорее на этапе накопления экспертизы.

В Setl Group проектирование уже полностью переведено на BIM-технологии.

— BIM-модели помогают автоматически рассчитывать объемы и стоимость работ, которые затем используют подрядчики при процентовании через сервис Praktis.KS, — говорит Михаил Малыхин.

Отдельно он отметил успехи холдинга в импортозамещении: за последние два года компания первой в России спроектировала жилой комплекс в отечественном программном комплексе Renga — и сейчас эта практика масштабируется.

Необходимо отделять публичное представление о проникновении BIM-технологий от реального положения дел на рынке, считает Кира Беспрозванная.

— Тема BIM сегодня звучит буквально на каждом строительном форуме как главный хедлайнер отрасли. Но если смотреть на практику, то по-настоящему эту технологию в РФ освоили лишь десятки девелоперов, — заметила она. — Ведь полноценное использование BIM — это не просто наличие трехмерной модели для визуализации проекта, а выстроенный бизнес-процесс, в котором данные из модели реально работают: по ним формируют ведомости объемов работ, считают сметы, готовят тендеры на закупку работ и материалов — модель применяется на всех этапах жизненного цикла объекта строительства.

Однако таких компаний пока немного даже в Петербурге.

— В Северо-Западном федеральном округе работают сотни застройщиков. Но если говорить об уверенном применении технологий информационного моделирования, то в Петербурге это, наверное, верхний топ-15 девелоперов. А дальше — либо отлажены отдельные процессы, либо BIM отсутствует совсем, — подчеркнула Кира Беспрозванная. — В регионах ситуация еще скромнее: например, в Карелии или Калининградской области технология успешно используется буквально несколькими застройщиками.

Что касается применения цифровых двойников зданий на основе BIM-модели, то в жилищном строительстве РФ можно вспомнить буквально единичные примеры внедрения цифрового двойника на стадии эксплуатации.

— Гораздо активнее эта технология применяется в промышленном строительстве, где цифровая модель действительно критична на этапе эксплуатации — для мониторинга оборудования, моделирования новых маршрутов и процессов, тренировки персонала, — пояснила Кира Беспрозванная.

По ее словам, промышленность начала цифровизацию значительно раньше рынка жилищного строительства, поэтому там BIM-моделирование и цифровые двойники уже стали рабочими инструментами.

Главная проблема, по мнению участников рынка, заключается в том, что BIM до сих пор слабо связан непосредственно со стройкой.

Эксперт пояснила, что пока исполнительная документация формируется в 2D, говорить об эксплуатации объекта с помощью цифровой модели крайне сложно.

Владислав Митьков рассказал, что в компании AAG BIM-модели уже внедрены как обязательная часть всего проектного процесса. Требования к созданию информационной модели закладываются еще на стадии технического задания. Но девелопер постоянно сталкивается с необходимостью искать баланс между глубиной моделирования и его экономической эффективностью.

— Мы можем потребовать от проектировщиков смоделировать буквально все — вплоть до каждой опоры инженерных систем. Но потом возникает главный вопрос: а что мы реально получим от этой детализации и окупятся ли эти трудозатраты? — отметил он.

Одна из ключевых проблем рынка — дефицит компетенций. Недостаточно просто нанять одного BIM-специалиста: понимание модели должно быть у всей команды, включая производственно-технические отделы. Сотрудник ПТО должен уметь самостоятельно получать данные из модели, а не просто работать с тем, что ему передали. Но таких компетенций на рынке пока очень мало.

— При этом AAG уже использует BIM не только для проектирования, но и как инструмент продаж. Модели помогают клиенту буквально «пролететь» над будущим кварталом, увидеть вид из окна квартиры и оценить окружающую застройку еще до начала строительства, — рассказал Владислав Митьков.

Что касается цифровых двойников в эксплуатации, то здесь девелоперы пока только присматриваются к технологии.

— Конечно, в идеальной картине хотелось бы видеть диспетчеризацию, данные с датчиков, визуализацию всех процессов в модели. Но пока это очень дорогая история, которая требует серьезных вложений и инфраструктуры, — отметил он.

Илья Анисимов в свою очередь заметил, что экономический эффект BIM становится очевиден уже на этапе проектирования инженерных систем. Он вспомнил, как еще в конце 2000-х столкнулся с типичной строительной проблемой: воздуховоды, канализация и другие инженерные коммуникации неизбежно конфликтовали между собой уже на стройке.

— Когда проектируешь не в 3D, монтажники потом буквально упираются воздуховодом в канализацию, и начинается бесконечная переделка: где-то опустить потолок, где-то переносить коммуникации, пересчитывать сметы, — рассказал он.

Именно возможность заранее выявлять такие коллизии и является главным аргументом в пользу BIM. Вторым большим преимуществом эксперт считает автоматизацию спецификаций и расчетов.

— Проект постоянно меняется: то окна другие, то этаж добавили, то функционал помещения поменяли. А спецификации проектировщики раньше пересчитывали вручную. Когда же модель все считает сама — это уже совершенно другой уровень экономики, — пояснил Илья Анисимов.

Он добавил, что его собственная компания в свое время потратила огромные ресурсы на создание библиотек элементов для Revit, потому что готовых решений на рынке тогда просто не существовало. Но эти вложения в итоге позволили проектному подразделению зарабатывать эффективнее.

При этом спикер подчеркнул: внедрение BIM — это всегда история про долгосрочное мышление руководства.

Отдельная тема — нормативные ограничения. Кира Беспрозванная отметила, что российскому рынку до сих пор не хватает понятных и обязательных стандартов BIM-моделирования: существующие документы носят скорее рекомендательный характер, а многие небольшие девелоперы просто не понимают, как правильно формулировать требования к цифровой информационной модели.

— Очень часто компании копируют стандарты крупных игроков или зарубежные требования. Но они нередко уже неприменимы в российских реалиях, — пояснила она. — Есть замечательный пример Архитектурного бюро Setl, которое разработало внутренние стандарты проектирования в российской BIM-системе Renga — они в том числе транслируются подрядчикам.

Владислав Митьков согласился с тем, что часть существующих требований сегодня выглядит избыточной.

— Если бы все эти нормы были обязательными, мы бы, наверное, до сих пор не смогли сдать ни одного проекта, — заметил он.

По его словам, девелоперам сегодня бессмысленно пытаться сразу повторить цифровой уровень крупнейших федеральных компаний.

Сколько стоит цифровизация девелопмента — и что бизнес получает на выходе

Сложность заключается в том, что посчитать прямую окупаемость технологий в строительстве гораздо сложнее, чем кажется.

Илья Анисимов сравнил этот вопрос с попыткой заранее измерить эффект от здорового образа жизни.

— Это примерно как спросить: «Если я брошу курить, насколько дольше проживу?» Прямого ответа нет. Но ты понимаешь, что это точно правильно, — заметил он.

По словам Анисимова, его собственная история цифровизации началась вовсе не из любви к IT, а после болезненного финансового провала на строительном проекте. Он вспомнил, как в середине 2000-х участвовал в строительстве коммерческих объектов у аэропорта Пулково и в итоге ушел в убыток из-за банального отсутствия прозрачного контроля закупок. Именно тогда эксперт понял, что главная задача цифровизации — не «красивая технология», а возможность в любой момент видеть реальную картину проекта.

— Я хотел в момент подписания счета понимать буквально несколько вещей: укладываюсь ли я в бюджет, не покупаю ли лишнее и не заказывают ли мне что-то повторно. Всё. С этого и началась моя цифровизация, — пояснил он.

При этом Илья Анисимов подчеркнул, что далеко не вся цифровизация обязана быть тотальной.

— Есть вещи, которые действительно дают эффект, а есть истории, где пока непонятно, зачем тратить ресурсы. Например, чрезмерно детализированные BIM-модели. Тут нужен рациональный подход, — считает он.

Кира Беспрозванная согласилась, что экономический эффект от внедрения технологий редко можно свести к одной цифре — он складывается из множества отдельных параметров: сокращения сроков, экономии на материалах, минимизации количества ошибок и других.

— Когда заказчик или экспертиза выдают замечания к проекту, проектировщику достаточно внести корректировки в модель — и все ведомости, спецификации, чертежи перестраиваются автоматически, — рассказала Кира Беспрозванная. — Это справедливо для всех современных BIM-систем, в том числе российской Renga.

Отдельно она остановилась на системах класса «Среда общих данных» (Common Data Enviroment) для прозрачного управления проектом и электронного согласования документов, чертежей и моделей — именно здесь девелоперы сегодня видят один из самых понятных и ощутимых эффектов.

— Наша система Pilot-BIM уже много лет применяется у ведущих застройщиков Петербурга, — говорит Кира Беспрозванная.

Илья Анисимов тут же привел пример из практики: на стройке рабочие смонтировали огромную вентиляционную магистраль по устаревшей версии проекта просто потому, что на площадку попали неактуальные чертежи. И современные системы документооборота как раз и позволяют исключить подобные ситуации.

По словам Киры Беспрозванной, строители физически не могут получить доступ к неутвержденной документации: система выдает только актуальные версии файлов, а все согласования и замечания проходят по заранее настроенным маршрутам.

Кроме того, цифровизация сокращает и скрытые издержки — например, время работы высокооплачиваемых специалистов.

— Можно посчитать экономию на закупке бумаги и обслуживании плоттеров. Но гораздо сложнее оценить, сколько времени высвобождается у ГИПов, технических заказчиков или руководителей проектов, — отметила она. — И на текущий момент зачастую системы управления проектными данными дают бизнесу больший эффект, чем BIM.

Владислав Митьков также признал, что девелоперам пока крайне сложно точно оценивать экономику цифровизации. Внедрение любой системы — это всегда долгий и затратный процесс, который включает не только покупку продукта, но и обучение сотрудников, интеграцию, перестройку процессов и работу с подрядчиками.

— Это не история «купили систему — и сразу начали экономить». Наоборот: сначала компания тратит огромное количество ресурсов на внедрение, инструкции, обучение, адаптацию подрядчиков. И этот процесс может длиться годами, — рассказал он. — Даже внедрение, казалось бы, простой тендерной площадки требует серьезного изменения внутренних процессов компании. Сотрудникам приходится перестраивать привычную логику работы, осваивать новые инструменты, взаимодействовать с подрядчиками уже по новым правилам. Люди раньше работали «как удобно». А теперь мы заставляем процесс быть прозрачным.

Участники дискуссии сошлись во мнении: настоящая ценность цифровизации становится заметна не в момент внедрения, а тогда, когда компания уже не может работать по-старому.

«Умный дом»: роскошь или новый минимум комфорта

Еще несколько лет назад системы «умного дома» оставались скорее атрибутом дорогих клубных проектов. Сегодня же цифровые сервисы постепенно становятся частью даже массового жилья. Правда, в разных сегментах под этим термином по-прежнему понимают совершенно разный набор технологий.

Директор по внедрению цифровых сервисов ГК «А101» Татьяна Файнблит отмечает, что в комфорт-классе «умный дом» пока остается на базовом уровне.

—  Безопасность в таких случаях обеспечивается за счет камер видеонаблюдения в общих зонах, но без сложной аналитики, — рассказала она. — В премиальном же сегменте подход принципиально иной. Здесь девелоперы фактически строят полноценную цифровую экосистему здания: с зональным климат-контролем, мультирум-системами для аудио и видео, интеллектуальными замками, аналитикой видеопотока в реальном времени и глубокой интеграцией инженерных систем.

То есть в премиум-классе речь идет уже не об отдельных устройствах, а о полноценной BMS-инфраструктуре, которая позволяет создавать индивидуальные сценарии управления квартирой и домом.

Соответственно различается и стоимость таких решений.

Самыми дорогими элементами остаются BMS-системы, инженерное оборудование и интеллектуальное видеонаблюдение с аналитикой, требующее отдельных серверных мощностей и дорогостоящих лицензий.

Андрей Бородин рассказал, что в проектах компании используется собственная цифровая платформа inHOME, встроенная в концепцию «разумного девелопмента».

— Система внедряется еще на этапе проектирования и прежде всего ориентирована на повышение комфорта будущих жителей, — пояснил он.

Сама система продолжает постоянно развиваться и дорабатываться уже после ввода объектов в эксплуатацию.

Илья Анисимов отмечает: важно, чтобы обычные жители почувствовали ценность цифровизации на собственном опыте.

— Например, меня поражают не какие-то космические технологии, а простые вещи: шлагбаум открывается автоматически, дверь в подъезд — через телефон, курьер звонит в приложение, а я могу открыть ему дверь вообще из другого города, — рассказал он. — Именно такие бытовые сценарии и формируют сегодня новое представление о нормальном уровне комфорта.

Даже отсутствие необходимости каждый месяц вручную передавать показания счетчиков — это счастье для любого человека, считает Илья Анисимов.

Владислав Митьков подтвердил, что системы контроля доступа и «умные» сервисы становятся одним из главных направлений развития жилых комплексов. По его словам, в проектах AAG уже несколько лет используются цифровые замки с карточками, кодами доступа и другими сценариями удаленного управления.

Однако он напомнил: любая технология в итоге неизбежно влияет на стоимость жилья и эксплуатационные расходы.

— Все эти системы — умные счетчики, цифровые сервисы, автоматизация — в любом случае ложатся в экономику проекта. А значит, в конечном итоге частично оплачиваются жильцами, — отметил Владислав Митьков.

Участники обсуждения сошлись во мнении, что рынок уже постепенно приходит к новому потребительскому стандарту: цифровые сервисы перестают восприниматься как премиальная опция и становятся частью базовых ожиданий покупателей жилья.

Квартиру — в один клик: как меняются продажи недвижимости

Если стройка и BIM пока еще переживают этап адаптации, то продажи недвижимости, по словам участников круглого стола, уже фактически стали цифровыми.

Татьяна Файнблит отметила, что сегодня цифровые технологии пронизывают практически весь жизненный цикл девелоперского проекта, но особенно глубоко они проникли именно в сферу продаж и взаимодействия с покупателем. Основой современной цифровой продажи стали онлайн-шоурумы, интерактивные конфигураторы и 3D-туры.

— Клиент сегодня может не просто посмотреть квартиру, а буквально собрать ее под себя в режиме реального времени: выбрать отделку, планировку, дополнительные опции — и сразу увидеть итоговую стоимость, — поясняет Татьяна Файнблит. — Веб-платформы и чат-боты, интегрированные с CRM-системами, уже фактически превратились в круглосуточных цифровых консультантов. Они принимают заявки, рассчитывают ипотеку в интеграции с банками и автоматически сегментируют клиентов для менеджеров.

По ее словам, именно эта автоматизация позволила девелоперам резко расширить географию продаж: квартиру теперь можно покупать дистанционно практически из любой точки страны.

Главный вопрос, который сейчас стоит перед отраслью, — можно ли превратить покупку жилья в такой же простой сценарий, как заказ товара в интернет-магазине.

Татьяна Файнблит уверена: технически и юридически рынок уже практически к этому пришел.

Эксперт подчеркивает: главным ограничителем полной автоматизации сегодня остаются уже не технологии, а психология покупателей. Даже если вся сделка проходит онлайн, большинство клиентов все равно хотят хотя бы коротко поговорить с менеджером или получить дополнительное подтверждение перед финальным платежом.

Андрей Бородин также считает, что значительная часть сделки уже фактически перешла в онлайн. По его словам, сегодня покупатель может дистанционно забронировать квартиру, получить ипотечное одобрение, подписать договоры и зарегистрировать сделку без посещения офиса.

— Для клиента это прежде всего экономия времени и возможность купить жилье из любой точки страны, а для девелопера — ускорение сделок и расширение аудитории, — отмечает Андрей Бородин. — Поэтому в определенном смысле квартиру уже действительно можно купить «как в интернет-магазине».

Блок продаж в Setl Group уже полностью работает в цифровой среде, подтвердил Михаил Малыхин: это касается как внутренних CRM-систем, так и сервисов для агентств недвижимости и полностью цифровых сделок для покупателей.

— Особенно заметны изменения в сфере удаленных сделок: онлайн-ипотеки, электронной регистрации в Росреестре и дистанционного подписания документов, — добавил он.

Трудности и будущее цифровизации

Главный барьер цифровизации сегодня — уже не покупка программного обеспечения, а необходимость перестраивать саму логику работы компании. Как отмечает Андрей Бородин, самое сложное — не внедрить отдельное решение, а добиться того, чтобы разные системы начали «разговаривать» друг с другом.

— Цифровизация требует унификации процессов, единых стандартов данных и серьёзного изменения внутренних регламентов, — пояснил он. — Вместе с этим приходится развивать новые компетенции сотрудников — иначе даже самые современные сервисы остаются дорогой надстройкой над старой системой работы.

О том, что технологии упираются прежде всего в организацию процессов, говорил и Владислав Митьков. По его словам, рынок сегодня буквально переполнен цифровыми продуктами, но большинство компаний ещё не выстроили базовую цифровую инфраструктуру.

— Мы сейчас сталкиваемся с огромным количеством предложений, особенно вокруг AI и агентов. Но пока у компании не автоматизированы базовые бизнес-процессы, внедрение всего этого — зачастую просто ради хайпа, — считает эксперт. — Нужно сначала наладить обмен данными между своими системами, а уже потом думать об искусственном интеллекте.

Проблема не только в выборе решений, но и в их разрозненности: один сервис предлагает собственного AI-помощника для закупок, другой — для документооборота, третий — для обучения персонала. В итоге компания получает набор не связанных между собой «умных» модулей.

— Каждый сервис сейчас пытается встроить своего бота. Но это не работает как единая экосистема, — поясняет Владислав Митьков. — В идеале девелоперу нужен собственный центр обработки данных и собственная обученная модель, которая сможет работать со всеми внутренними системами. Но это огромные трудозатраты, тысячи часов работы и очень серьезные компетенции.

По мнению Ильи Анисимова, рынок в ближайшие годы столкнется с куда более серьезной трансформацией, чем просто автоматизация отдельных процессов. Он убежден: искусственный интеллект постепенно начнет менять сами профессии в девелопменте.

— Сейчас технологии дошли до такого уровня, что искусственный интеллект уже способен разводить инженерные сети практически автоматически, — рассказывает он. — Ему задают параметры — сколько диффузоров нужно в помещении, какие ограничения по высоте потолков, какие диаметры использовать, — и он за минуты строит схему. Я думаю, что проектировщики в ближайшие пять лет очень серьезно почувствуют эти изменения.

По его словам, ещё недавно разработка полноценного цифрового продукта занимала месяцы, а теперь некоторые задачи решаются буквально за несколько дней.

— Генеративное проектирование уже позволяет в реальном времени менять концепцию квартала: увеличить количество машиномест, изменить квартирографию, пересчитать инсоляцию, посмотреть виды из окон. Раньше такие изменения занимали месяц. Сейчас — минуты, — обрисовал картину Илья Анисимов.

Следующим этапом станет отказ от привычных интерфейсов и отчётности в пользу AI-агентов.

— Человек не хочет изучать бесконечные дашборды и фильтры. Он хочет просто спросить систему: сколько мы потратили на арматуру в феврале, у какого поставщика была лучшая цена, сколько раз сотруднику поднимали зарплату. И агент должен сразу дать ответ. Мне кажется, это уже настоящая революция, — резюмировал он.

Но пока рынок только ищет рабочие сценарии применения AI. Владислав Митьков подчёркивает, что большинство решений всё ещё плохо адаптированы под российские нормативы и строительную специфику.

— 99% таких сервисов — зарубежные. Они не учитывают наши нормы, наши стандарты, наши подходы к проектированию, — пояснил он.

Отдельным вызовом становится безопасность данных. Кира Беспрозванная обращает внимание, что для строительных компаний особенно чувствителен вопрос хранения информации.

— Очень важная тема — безопасность. Особенно когда речь идёт о подключении AI к разным корпоративным системам и базам данных. Это касается и зарубежных, и российских решений, — подчеркивает она.

Рынок всё равно будет двигаться в сторону интеллектуальных сервисов, которые смогут собирать информацию из разных систем и выдавать готовый результат по запросу пользователя.

— Уже появляются решения для «умного поиска», которые могут подключаться ко всем корпоративным системам предприятия от Битрикс до ERP, — рассказала Кира Беспрозванная. — Ты просто задаёшь вопрос — например, история работы с подрядчиком или все актуальные данные по проекту, — а система собирает ответ из разных источников. Пример — решение Content AI Intelligent Search, которое в том числе работает с Pilot-BIM. Пока это только начало, но, скорее всего, такие технологии будут определять рынок и дальше.

Ещё одним перспективным направлением она называет AR-технологии — дополненную реальность на стройке.

— Например, при стройконтроле можно навести планшет на стену и увидеть, где по проекту должна проходить труба или другая инженерная сеть, — пояснила эксперт. — И сразу понять, что где-то забыли предусмотреть отверстие или что-то смонтировано неправильно. Конечно, для этого необходима актуальная BIM-модель.

Даже самые активные сторонники цифровизации признают: рынок пока только подходит к новому этапу трансформации. И главной задачей ближайших лет станет не погоня за модными технологиями, а создание работающей цифровой среды, в которой все процессы — от проектирования до эксплуатации — действительно будут связаны между собой.