Маленький знак и большие вопросы. Участники рынка — о маркировке ювелирных изделий

После длительной дискуссии власти РФ отложили обязательную маркировку ювелирных изделий на 2024 год. Однако ее первый этап, электронный учет товара, вводится уже с 1 сентября 2021-го. Готова ли к переменам отрасль? Приведет ли новая система отслеживания к дефициту и повышению цен? Об этом «Фонтанка» поговорила с генеральным директором АО «Ювелирторг» Сергеем Богомоловым.

Сергей Богомолов, генеральный директор АО «Ювелирторг»
Сергей Богомолов, генеральный директор АО «Ювелирторг»Фото: Сергей Николаев
ПоделитьсяПоделиться

Штрих-код рядом с клеймом

— Сергей Владимирович, система маркировки ювелирных изделий обсуждалась долго: профессиональное сообщество указывало на серьезные недочеты предложенной государством системы. Но в феврале постановление правительства все-таки вышло. Пожелания участников рынка в документе учтены?

— До принятия постановления диалог велся и, на удивление, весьма конструктивно. Пробирная палата и Гильдия ювелиров создали рабочую группу, причем не формальную. После первых совещаний, где разговор велся в директивном тоне, диалог перешел в рабочее русло. Ювелиров услышали, сроки в постановлении сдвинуты: вместо текущего года система полностью заработает в 2024-м. На мой взгляд, достигнут разумный компромисс и по некоторым деталям маркировки. Так что отрасль получила время на подготовку, чиновники сохранили лицо. Осталось наладить процессы.

Но вы понимаете, что сейчас будете делать, чтобы соответствовать букве закона?

— Мы еще в декабре зарегистрировались в личном кабинете на сайте оператора и получили подтверждение, что наша заявка принята. Теперь мы и вся отрасль должны повторить регистрацию в другой системе — это была демо-версия. Так что ждем постановки на учет. Вообще говоря, все это должно работать несколько быстрее, если мы хотим успеть к 2024 году. Ведь выгрузка нашей базы в общую систему займет значительное время.

— А что дальше?

— После «бумажного» этапа, в 2022 году, начнется собственно маркировка: сначала мы получим в пробирной инспекции цифровые 16-значные универсальные идентификационные номера (УИНы) на все ювелирные изделия, находящиеся у нас, и сформируем их в виде двумерных штрих-кодов в формате Data Matrix на каждой бирке. Еще через год мы должны будем во второй раз весь имеющийся на этот момент товар отнести в пробирную инспекцию, чтобы нанести лазерные метки на изделия — непосредственно на сам металл. С 1 марта 2024 года в продаже будут только изделия, которые прошли эту процедуру. Вот, вкратце, предлагаемая система отслеживания. УИНы будут размещаться в единой базе, а метки — на бирках и изделиях. Это позволит отследить движение драгметалла по всем этапам технологической цепочки — от добычи до продажи готовой вещи.

Планы государства по внедрению системы маркировки

  • С 1 сентября 2021 года. Весь учет ювелирных изделий и регистрация именников (оттисков клейма производителя) переводятся в государственную информационную систему.
  • С 1 января 2022 года. Государственный контроль осуществляется только в новой системе.
  • До 15 января 2022 года. Ювелирам необходимо подать сведения об остатках драгметаллов, камней и ювелирных изделий в госсистему.
  • До 1 апреля 2022 года. Участники рынка должны подать уточненные данные об остатках драгметаллов, камней и ювелирных изделий (с учетом продаж за первый квартал).
  • С 1 марта 2022 года. Обязательное нанесение штрих-кодов на бирки с присвоением универсальных идентификационных номеров (УИН) всей выпускаемой продукции.
  • До 1 сентября 2022 года. Нужно завершить нанесение штрих-кодов на бирки и присвоить метки товарным остаткам.
  • С 1 марта 2023 года. Начинается обязательное нанесение лазерных меток на выпускаемую продукцию.
  • С 1 марта 2024 года. Все ювелирные изделия продаются только с УИНом в виде штрих-кода: его наносят на изделие лазером.

Постановление правительства РФ №270 «О некоторых вопросах контроля за оборотом драгоценных металлов, драгоценных камней и изделий из них…» принято 26 февраля 2021 года. Оно действует в течение шести лет с момента выхода. Далее будет принято решение о его продлении.

— Какие сведения будут «зашиты» в коде каждого украшения? Что смогу проверить я как покупатель?

— В метке, которую нанесут на изделие в виде штрих-кода, будет только 16-значный идентификационный номер. А чтобы понять, что за ним стоит, придется обратиться к самой базе. Конкретики в нормативных документах пока нет, но предполагается, что будет создан общий сайт: введя УИН в его поисковое окно, покупатель получит информацию о товаре, которую должен ввести в базу либо продавец, либо производитель, и, возможно, фотографию. Информация об изделии должна содержать обязательные требования — в соответствии с постановлением Правительства РФ от 31.12.2020 года.

Потянет ли такой объем данных единая база, пока сказать не могу. Мы живем в российских реалиях, которые выглядят так: вы приходите ставить машину на учет в МРЭО — видите очередь. На финской границе (до пандемии) — очереди. В Росреестре — очереди. В чем дело? База зависла. База может давать сбои, и это нормально. Ненормально, что сбой системы останавливает процесс.

— А кто назначен оператором федеральной базы?

— Оператором назначен Гознак. Вопрос неоднозначный, поскольку Гознак акционерное общество, пусть и выполняющее важный государственный заказ — печать банкнот, ценных бумаг и подотчетных документов. Эта организация — кстати, сама участник ювелирного рынка — будет видеть, где, что и сколько продается, а это ценная коммерческая информация. Надеюсь, она будет защищена.

Рынок прозрачен, но несправедлив!

— Для чего вообще вводится маркировка, ведь существует клеймение золота, на всех продаваемых украшениях — бирки?

— У государства есть сомнения. Не в подлинности изделия (поверьте, если вы покупаете изделие в легальном магазине и на нем написано «золото», это действительно золото), а в легальности рынка. Приходилось читать заявления ответственных людей, которые говорили: контрафакта в ювелирной отрасли — 50%. Я с этим категорически не согласен. Такого объема подделок нет: сегодня рынок более прозрачен. Но он несправедлив. Прежде всего, в распределении налогового бремени между участниками. Большая их часть работает и платит деньги в казну, а меньшая — применяет различные схемы и уходит от налогообложения. Это видят и понимают как сами представители отрасли, так и контролирующие органы.

Поэтому маркировка необходима. Ее ключевая задача — отслеживание. Оно решает много вопросов: в первую очередь, уменьшения объема нелегального оборота драгметаллов, во вторую — правильного и справедливого налогообложения, а также финансового мониторинга.

— Отработана ли система отслеживания с технологической точки зрения?

— Работоспособность всей системы пока неясна. Нет готового программного обеспечения, нет качественных и, самое главное, скоростных считывателей именно DTM меток. Непонятно и то, как работает нанесение лазерной метки в реальности: этого никто не видел. Я присутствовал на онлайн-испытаниях, где при нас ставили подобную метку на изделия. При этом вместо 16-значного кода наносился 8-значный, а вместо цифр — буквы. Это было объяснено тем, что буквы проще при считывании, чем цифры…

Есть и еще одна проблема. Специалисты знают, что раньше на клеймение (а значит, на нанесение меток) в инспекции, как правило, сдавались полуфабрикаты без вставок, бирок и окончательной финишной обработки (полировка, закрепка, глянцевание). Так было удобнее всем. Если теперь коды после финишных операций не будут считываться, это скомпрометирует саму идею отслеживания. Возможно, придется платить по повышенному тарифу за нанесение меток на изделия с бирками. Эта же проблема у торговли: у нас нет технической возможности устранять возможные повреждения при нанесении метки и восстанавливать товарный вид.

ПоделитьсяПоделиться

— Ювелирное изделие имеет многократный оборот. Как отслеживать в электронной системе украшения, которые попадают в комиссионный магазин, в скупку, переработку?

— В ситуации с комиссионным товаром мы должны предложить клиенту услугу по нанесению УИНа, если его нет на изделии. Если он уже нанесен, то должен быть восстановлен в базе. Это оговорено в постановлении. Как всегда, есть нюансы: например, если после ремонта у изделия изменился вес. Видимо, это будет решаться в рабочем порядке. В скупке учет и ведение уникальных идентификационных номеров останется документальным.

— Будет ли маркироваться материал, из которого изготавливают украшения, — драгоценные металлы и камни?

— УИН на металл в слитках и полуфабрикатах, а также на вставки отслеживаются по документам. В отрасли всегда существовал так называемый количественно-суммовой учет, позволяющий учитывать вес и стоимость товара с высокой достоверностью.

Упрощение на витрине и повышение цен

— Обязательная маркировка лекарств обернулась исчезновением ряда препаратов, которые не успели вовремя «пометить». Не произойдет ли с цепочками и кольцами такой же истории?

— Как торговец я бы рад предсказать дефицит, но это неправда. Возможно некое упрощение ассортимента — по той простой причине, что от некоторых технологических процессов производители сами откажутся: они им будут невыгодны. Ведь еще на этапе конструирования изделия, его прорисовки изготовитель должен будет предусмотреть некое место, куда можно нанести не только клеймо, но и 16-значную метку. Представьте воздушное, ажурное украшение, на котором нет ни одной прямой линии. Куда там ставить код? А сделать это нужно будет обязательно.

Или взять хорошо всем известные пусеты: маленькие серьги с винтом. На них сейчас наносят два клейма: на застежку и на штифт серьги. Теперь нужно будет поставить еще и метки, не перепутав застежки. Ведь это женщине без разницы, какую сережку на какое ухо надеть, а производителю — нет: у него каждый штифт документально будет привязан к застежке. А если их делается, предположим, 500 пар? Две тысячи меток — и каждая должна соответствовать другой. Производители на эту тему переживают, задают вопросы. Пока на них ответа нет.

— Какие затраты понесет «Ювелирторг» в связи с внедрением системы маркировки?

— Для того, чтобы все это регулировать, мы вынуждены будем брать на работу людей, которым поручим отслеживать наличие УИНов в момент приема товара, выборочно проверять соответствие на специальном оборудовании (его придется купить) и обеспечивать загрузку данных в государственную информационную систему. Для нашей сети нужны минимум пять человек. Потребуются приобретение и переналадка оборудования, применяемого при считывании и продаже. Мы более 10 лет работаем с двумерными кодами, но другого формата — Aztec. А еще надо обеспечить своевременную выгрузку данных о продаже.

Плюс повальное фотографирование. Это же не девочка-продавец будет щелкать на смартфон. Придется закупить специальные фотобоксы, фотоаппараты, чтобы качественно запечатлеть имеющийся товар. Ведь во многих случаях этих изображений нет у поставщиков.

— Повлекут ли выросшие затраты за собой удорожание?

— Скорее всего, произойдет некоторое повышение цены: 200–300 рублей на изделие. Но оно не сравнимо с ценой самого золота и изделий из него. Да и курс валюты — а золото, напомню, товар биржевой — уже настолько поднял цены на ювелирные изделия, что маркировка по сравнению с ним — ни о чем.

Какие варианты?

— Есть ли, на ваш взгляд, альтернатива предложенной государством системе маркировки?

— Да, такой вариант был: сделать тот же самый двумерный код, но нанести его не на металл, а на бирку. Бирку — защитить. Например, голографической меткой. Стоила бы эта голограмма, условно, 10 рублей, — я бы купил 200 000 штук на 2 млн рублей и наклеил на все бирки (а они у нас, в «Ювелирторге», кстати, антивандальные: их нельзя сорвать, не повредив). И все. Была бы надежная и защищенная система. Мало того: информативная емкость двумерного штрих-кода позволяет нанести на бирку все данные об изделии. То есть полностью продублировать данные о нем, хранящиеся в общей базе. Надежность системы выросла бы многократно.

— Но, может быть, ваше предложение еще будет услышано и воплощено в жизнь?

— Меня учили, что все обсуждения и дебаты заканчиваются после принятия решения. Вышло постановление правительства. Мы его, безусловно, исполним. Обидно будет, если, выстроив всю эту систему, мы через шесть лет услышим: не работает. Я понимаю, что ювелирная отрасль — не главная в стране. Мы не нефтяники, не металлисты, не сельское хозяйство. Без нас страна точно проживет, ни минуты не сомневаюсь. Но для тех нескольких сотен тысяч человек, которые в отрасли работают, это будет как минимум неприятно.

Беседовала Анастасия Коренькова

Справка

АО «Ювелирторг» — старейшая ювелирная сеть России. Современное акционерное общество правопреемник Северо-Западного предприятия Росювелирторга.

Материал подготовлен специально для АО «Ювелирторг».

Сергей Богомолов, генеральный директор АО «Ювелирторг»
Сергей Богомолов, генеральный директор АО «Ювелирторг»Фото: Сергей Николаев

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях.Присоединяйтесь прямо сейчас:

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...
-1