Не все уйдут с этого шоу сухими. В Цирке на Фонтанке продолжают показывать водный мюзикл «Одиссея». Почему он обязательно понравится мальчишкам и девчонкам, а также их родителям, расскажем в нашем тексте.
Почему петербуржцам пора отправиться в Цирк на Фонтанке
Эпос Гомера стал отправной точкой для создателей красочного шоу. Главный герой отправляется на поиски затонувшей амфоры с тайнами прошлого и в путешествии встречает то богиню Афину, то Медузу Горгону, то Посейдона… Кстати, это причина, по которой на постановку обязательно нужно брать школьников: яркое представление делает мифы Древней Греции ближе и понятнее современным детям.
Но жанр диктует форму: все-таки это цирк. Поэтому боги бесстрашно парят под куполом, русалки демонстрируют мастерство синхронного плавания, в кентавры берут только виртуозных танцоров. В вечной борьбе добра и зла на стороне светлых сил оказываются не только люди, но и животные: дрессированные попугаи, морские котики, дикобразы, шимпанзе, павианы.
Зато главный герой — Одиссей в исполнении Алексея Коновалова — не артист цирка, а великолепный тенор. Свою историю он не рассказывает, а поет — и в этом заключается уникальность нового шоу.
Дело здесь не в воде, которой заполнен манеж, — подобное публика видела и сто лет назад. А в том, что цирк соединен с мюзиклом. Подобное сочетание парадоксально: ведь одно из самых древних зрелищ на земле вызывает быстрые и понятные эмоции, а мюзикл — родом из ХХ века. Это один из самых сложных театральных жанров, совместивший несколько направлений: музыку, вокал, хореографию, пластику, актерское мастерство. Поэтому не зря в Росгосцирке назвали новый проект амбициозным и смелым. Это действительно большая работа, которая поднимает российское цирковое искусство на иной уровень.
Оно получилось очень динамичным: номера сменяют друг друга без длинных пауз. И многоплановым: когда на арене одновременно эквилибристы, артисты водного балета и танцоры — не знаешь, на кого смотреть. Тем более, что абсолютно у всех эффектные костюмы. Как раз тот случай, когда все продумано до мелочей.
Очень яркой получилась история Икара: мечту о полете неожиданно, но удачно передали через парный танец на роликовых коньках. Второй потрясающий дуэт — Орфей и Эвридика. Возможности и пластика человеческого тела, продемонстрированные артистами в этом номере, просто поражают.
Что запоминается больше всего? Одни из самых сильных номеров — у воздушных гимнастов. Наблюдая за их стремительным полетом, забываешь даже хлопать: они в буквальном смысле — и над землей, и под водой. А потом снова непринужденно и легко взмывают под купол — и только мокрые костюмы напоминают о том, что исполнители секунду назад были в бассейне.
Отдельно хочется отметить технические средства, использованные в цирковой постановке. На общую идею работают, кажется, все стихии: вода, огонь и …лазер. Лазерное шоу стало основой отдельного номера в программе, соперничать по красоте с которым может разве что игра фонтанов. А номера с пиротехникой добавляют в эту симфонию огонька.

Длится спектакль 2,5 часа, но это понимаешь только тогда, когда опускается занавес.
Клоун Итакий — баловник и озорник — ведет вторую сюжетную линию представления. Он тот, кто вовлекает в происходящее зрителя. Ловит на острую вилку во рту апельсины, летящие с трибуны, поливает хохочущих детей из водного пистолета, а родителей заставляет брызгать водой изо рта. В бассейне он так и не окажется, но на высоте повисит. И покажет, что умеет не только смешить.
О том, почему клоунада — одна из самых непростых цирковых профессий, если не самая, мы поговорили с артистом Анатолием Окуловым, исполнителем этой роли (или носителем этой сущности?).
— Все, абсолютно все. Владеть самыми разными жанрами — пусть не в совершенстве, но основы нужно знать. Ты обязан жонглировать, владеть булавами, ходить по канату, стоять на руках, делать сальто. А еще — находиться постоянно в хорошем тонусе и держать зал в две тысячи человек.

…Чтобы разозлить человека, нужно одно слово. Сделать так, чтобы он хотел тебя убить, — парочку. А вот чтобы развеселить!.. (смеется). Поэтому клоун — самая сложная цирковая профессия. Я не горжусь этим, но так оно и есть.
— Что должен уметь клоун?
— Каждый день. А как иначе? Чтобы выходить шесть раз, делать все в бешеном темпе и не задыхаться, я должен постоянно поддерживать форму. При этом я сам себе тренер, так как являюсь мастером спорта по спортивной акробатике.
— Сколько вы тренируетесь, чтобы добиться этой легкости?
— Сложность образа: она здесь немножко пошире. Но в этом и весь кайф: ты развиваешься быстрее как артист — и сама работа становится интереснее. А ведь если нет интереса, не будет вот этого драйва, адреналина. Если я его не получу, то и зритель не получит. А еще сложность в легкости. Выполняя то же падение, я должен быть как перышко: упал, встал — все четко. Чтобы каждый сидящий в зале подумал: хм, я тоже так могу.
— Что в «Одиссее» для вас самое сложное?
Как изменился образ клоуна в современном цирке? У вас, например, нет характерного красного носа.

— Клоуны сняли с себя красные носы и маски, потому что поняли: клоун — это не образ, который ты на себя надеваешь. Это тот, кто сидит у тебя внутри. Клоуном не становятся, это клоун выбирает быть тобой. Поэтому зачем что-то на себя надевать? Нужно просто быть собой. И тогда твои эмоции, жесты становятся естественными, не наигранными, не пластмассовыми — они понятны и доступны зрителю.

А еще я всегда считал: удачный образ — тот, который будет с тобою взрослеть. Как этого достичь? Просто быть самим собой. Вот моя формула клоунского искусства.

Вы много импровизируете во время шоу?

— Мы с партнером не работаем с подсадными утками, только с людьми из зала. Это и есть элемент нашей импровизации. Мы создаем смешную ситуацию, в которую окунаем человека. Наша задача в этот момент — просто находиться рядом и посмеяться. Не высмеять человека — ни в коем случае, — а сделать из него супергероя, но так, чтобы было очень смешно для всех. Я сторонник импровизации и работы с людьми — это живые, яркие и понятные эмоции.


Как вам петербургские зрители — они готовы идти на контакт?

— Они вроде бы сначала сидят все такие скованные. Но когда ты делаешь первую репризу (а у меня одна из первых — апельсины), после этого «кунг-фу» у них нет ни одного шанса остаться равнодушными. Обаяние, мастерство и его величество трюк — благодаря этой комбинации ты располагаешь к себе публику. Она уже хочет быть сопричастной тому, что ты делаешь. Мне очень нравится петербургский зритель, и я мечтаю вернуться сюда уже на манеж, а не на воду. Показать то, что я умею делать, в полном объеме. Уверен, у меня будет такая возможность.

Почему современный человек должен ходить в цирк?

— Здесь сила, здесь добро, здесь чистота. Почему за этим не ходить? Это воспитание детей: они должны видеть, например, любовь к животным. Ведь наши дрессировщики выступают в роли тренеров: находят у питомца какую-то сильную сторону и закрепляют ее.

На мой взгляд, цирк — одно из сложнейших искусств на планете. Без цирка — оглянитесь — не проходит ни одно масштабное мероприятие на мировых площадках. А это о чем-то говорит. Так что цирку — быть.
Столь сложное шоу, как «Одиссея», — результат работы большой творческой команды. Режиссером постановки выступила Виктория Коновалова, ученица Романа Виктюка. Она же написала сценарий и все тексты песен.
Исполнитель Алексей Коновалов — лауреат международных вокальных конкурсов, в прошлом — солист Новосибирского музыкального театра. В одном из интервью он признавался: музыка, которую написал для «Одиссеи» композитор Святослав Мелик, создавалась специально под его голос, но так, чтобы показать максимум возможностей исполнителя.
«Я человек очень выносливый. Но если взять среднестатистический мюзикл, там одно-два очень тяжелых произведений, остальное ансамбли. Здесь — восемь, и все вокально очень сложные», — говорил артист.
Постановка показала: Алексей не только блестяще справился с задачей как вокалист, но и органично вошел в новый для себя мир циркового искусства.
Еще один повод прийти в Цирк на Фонтанке — сам цирк, один из старейших в России. Его стены хранят память о развитии этого вида искусства в стране. И это не красивая фигура речи: на двух этажах фойе размещены музейные экспозиции. Старинные афиши, программки, цирковое снаряжение, хорошо узнаваемые костюмы знаменитой клоунессы Ириски и Олега Попова — лишь небольшая часть того, что обязательно посмотреть перед представлением.
Гуманная дрессура зародилась в Петербурге: дрессировщики стали делать акцент на поощрении животных, а не на насилии.
У арены цирка эталонный диаметр — 13 метров. Именно такой размер площадки оптимален для трюков с лошадьми.
Уникальный купол, возведенный без поддерживающих колонн, находится под охраной ЮНЕСКО. Он требует бережного отношения, поэтому тяжелое оборудование сегодня крепят к второму, надстроенному, куполу.
Это первый каменный цирк в России. При его строительстве были применены самые современные технические решения того времени. В 2022 году зданию исполняется 145 лет — событие обязательно отметят.
У него три названия: Цирк на Фонтанке, Большой Санкт-Петербургский государственный цирк и Цирк Чинизелли — по фамилии первых владельцев.
Кстати, в 2014–2015 годах в здании прошла масштабная реконструкция: расположение зрительских кресел стало удобнее, в зале вновь появились росписи, царская ложа и красный бархат. Увидев эту роскошь, понимаешь: история петербургского цирка — часть истории самого города.
Материал подготовлен специально для Большого Санкт-Петербургского государственного цирка.

Автор: Анастасия Коренькова
Редактор / корректор: Елена Виноградова
Координатор: Елена Рожнова
Фотографии предоставлены Большим Санкт-Петербургским государственным цирком.
Дизайнер: Екатерина Елизарова

Спецпроекты «Фонтанки.ру»


Просмотров: 23586