В Петербурге арестован спец по агентуре: паспорта на разные имена, тревожный чемоданчик и редкий язык

«Фонтанка» недавно сообщила, на какой экономике погорел бывший оперативник «налогового» блока ГУ МВД. Мы думали, что рассказав о его чудачествах с африканским языком, этого достаточно. Но при его аресте в суде выяснилось еще волшебнее — он всегда готов выполнить особые поручения Центра специального назначения ФСБ России. По крайней мере, так он сам заявил по секрету судье. Советуем прочитать его краткую стенограмму.

По информации «Фонтанки», около 21 часа 30 сентября Октябрьский районный суд Петербурга удовлетворил ходатайство Следственного комитета, арестовав на пару месяцев ньюсмейкера последних дней — Максима Сидорова.

Наше издание уже подробно описало, за что он был задержан в ходе проведения 50 обысков силами полиции и Службы экономической безопасности ФСБ. История касается организации преступного сообщества, где рассматривается редкая схема продажи и покупки бизнесменами несуществующего НДС. Чуть позже наши журналисты вспомнили, что в определенных кругах его чаще называют «кенийцем». Чтобы вновь не пересказывать этот анекдот, лучше прочитайте сами нашу новость о том, как он потребовал перевести свое уголовное дело на африканский язык суахили.

Наконец, и судья понял, с кем имеет дело. Необычайного темперамента Сидоров, у которого, кстати, при обыске нашли несколько паспортов на чужие имена с его фото, сменные номера на машину и кучу атрибутики ФСБ в лице Фонда поддержки ветеранов боевых действий при управлении «С» ЦСН ФСБ РФ, четко и недвусмысленно парировал каверзные вопросы человека в мантии.

Чтобы не уходить в репортаж, просто процитируем финальные реплики из их диалога.

Судья: Зачем вам паспорта на другие имена?

Сидоров: Агентурная работа.

Судья: Зачем вам подготовленные сумки с вещами первой необходимости?

Сидоров: Я сотрудник фонда ФСБ, должен быть всегда готов к командировкам.

Судья: Зачем вам другие номера на автомашину?

Сидоров: Для проведения специальных мероприятий на территориях сопредельных государств. Но это секретно и более я ничего сказать не могу.

«Фонтанка» точно не знает, что подумал судья, но, скорее всего, так: «Мне тоже более сказать нечего». Что касается коллег Сидорова по предъявленному обвинению, то, как информировала «Фонтанка», их основных шестеро.

Несмотря на тяжесть статьи, захваченных в плен женщин не стали изолировать. В том числе и супругу Сидорова. Ей действительно нужно хоть какое-то время побыть без такого специального мужа. В изолятор вместе с Сидоровым пошел лишь его самый близкий по фамилии Кукушкин.