Самодержавная и наследуемая

Замечательная история произошла в Курске, где эксперты лаборатории судебной экспертизы Дмитрий Бердников и Елена Трубникова признали лозунг «Долой самодержавие и престолонаследие!» направленным на «свержение существующей государственной власти».

Там расследовалось уголовное дело в отношении «лимоновца» Михаила Деева, у которого нашли стикер с упомянутым лозунгом – и, исследуя его, эксперты как раз и пришли к выводу о том, что «если выражение «самодержавие и престолонаследие» рассматривать как синоним государственной власти, то данная борьба направлена на свержение существующей государственной власти». К экспертам можно было бы отнестись снисходительно, поскольку они все-таки употребили «условную» конструкцию – и если не полагать «самодержавие и престолонаследие» символом госвласти, то и лозунг нельзя трактовать, как призывающий к ее свержению. Но, увы: в окончательных выводах своего заключения они уже без всяких условностей пишут: «в наклейке с надписью «Долой самодержавие и престолонаследие!» имеется призыв к насильственному свержению существующей государственной власти»…

Незадачливые эксперты уже стали объектом для насмешек в российском интернет-пространстве – но настолько ли они неправы, если вдуматься?

Процитируем Большую советскую энциклопедию: «Самодержавие, монархическая форма правления в России, при которой носителю верховной власти… принадлежали верховные права в законодательстве (утверждение законопроектов), в верховном управлении (назначение и увольнение высших чиновников, верховное руководство центральными и местными учреждениями и органами управления, верховное командование армией и флотом, заведование финансами и др.), в высшем суде (утверждение приговоров, помилование)».

А теперь оценим: что из перечисленного в России входит в компетенцию главы государства? И тут же выяснится, что почти все! Президент подписывает законы, а если не подпишет, то его вето преодолеть, - в ситуации, когда половина Совета Федерации состоит из лиц, которых назначили губернаторы, которых назначил президент, - практически невозможно: для этого нужно 2/3 голосов сенаторов.

Президент назначает и увольняет высших чиновников, и осуществляет верховное руководство «центральными и местными» учреждениями (центральными – непосредственно, местными – через губернаторов). Президент является Верховным главнокомандующим. Президент де-факто (и де-юре, поскольку его указы имеют силу закона) распоряжается финансами. Наконец, президент осуществляет помилование. Что касается «утверждения приговоров», то президент назначает всех судей (и ясно, что во всех существенных случаях приговор суда будет таким, каким его хочет видеть президент)…

Если же говорить о престолонаследии, то, согласно словарю Брокгауза и Ефрона, это «преемство верховной власти в монархиях», и «различают 3 вида преемства: по избранию, по назначению предшественником и по закону». Кто-нибудь сомневается, что нынешний президент фактически был назначен предшественником? Да и он сам в этом вряд ли сомневается (а что в этом не сомневается предшественник – что называется, к бабке не ходи).

Абсурд? Вовсе нет. И потому, что российская политическая система (которую президент Дмитрий Медведев призывает «совершенствовать» и «укреплять») ныне является «демократической» и «республиканской», - как записано в Конституции, - лишь по названию. И потому, что подобные «экспертные заключения» в России вовсе не являются исключением.

Так, весной прошлого года эксперт из Геленджикского филиала Кубанского государственного университета Владимир Рыбников признал лозунг «Свободу не дают, ее берут» (содержавшийся на транспаранте, который держал правозащитник Вадим Карастелев на пикете в Новороссийске, проводившемся по поводу недопустимости нарушения Конституции РФ) «ошибочным и вредным» и «подрывающим нравственные устои общества».

Мол, «возникают правомерные вопросы: «Кто и зачем собирается «брать» свободу?», «У кого и почему ее необходимо «брать»?, «Кому и в каких целях понадобилась «дополнительная» свобода?». И далее примечательное утверждение: «С позиций современной философии и правосознания призыв «брать» свободу означает приоритет прав личности над государством. Вместе с тем, если личность пожелала «взять» для себя больше свободы, чем это позволено государством или его структурами, то это означает приоритет личности не только над государством, но и обществом. Согласится ли государство, выступающее от имени общества, на свободное существование такой личности? Очевидно, что государство может, как минимум, предупредить такую личность в неправомерности лозунга «брать» свободу. Осознанно или нет, но Карастелев, выдвинув лозунг «Свободу не дают, ее берут», служит интересам тех, кто хотел бы расшатать общественно-политический строй современной России».

Другой новороссийский эксперт - руководитель Психолого-педагогического медико-социального центра "Диалог" Светлана Гузева, - в своем заключении заявила, что «призыв брать свободу самостоятельно, за пределами определенных законодательством рамок, можно трактовать как призыв организаторов митинга к активным действиям против существующего законодательства». После чего прокурор Новороссийска Александр Казимиров направил в суд иск о признании экстремистской организацией и ликвидации на этом основании Новороссийского комитета по правам человека.

Подобные заключения могут вести к судебным приговорам по антиэкстремистским статьям, точно так же, как к ним ведут обвинения в разжигании социальной розни к таким якобы «социальным группам», как чиновники, милиционеры, или сотрудники ФСБ («подтверждаемые» соответствующей экспертизой).

Зато в случае с прошлогодним избиением в Петербурге девятиклассника Тагира Керимова судебный эксперт Елена Кирюхина, как известно, затруднилась «однозначно определить» направленность призывов «Убивай хача, мочи хача!» и «Бей черных!». И во множестве случаев, когда предметом исследования правоохранительных органов становятся фашистские статьи или высказывания, немедленно находятся эксперты с дипломами академиков, которые уверяют, что это не разжигание межнациональной розни, а невинные «полемические приемы» и выражения, которые употреблялись, в том числе, и великими русскими писателями…

P.S. Шесть лет назад автор написал в «Новой газете» статью «Долой самодержавие», затем вошедшую в сборник «К демократии и обратно». Теперь думаю – как бы не запретили книгу как «экстремистскую»?

Борис Вишневский