Тайны старого дома

Пару лет назад в «Гельвеции» остановилась одна очень известная и состоятельная дама: сама успешная бизнесвумен, супруга одного из влиятельных российских предпринимателей. Женщина яркая, энергичная, с большим жизненным опытом и прекрасным чувством юмора.

В начале девяностых она с мужем и маленьким сыном прожила почти десять лет в доме на Марата, 11, — задолго до того, как здесь появилась «Гельвеция». В конце девяностых семья переехала в Москву. Сын уехал за границу. А квартиру стали сдавать.

И вот спустя почти четверть века дама вновь оказалась в родных стенах. Но уже в качестве гостьи моего отеля.

Мы тщательно подготовились к её приезду. Я встречал её у входа в отель с большим букетом цветов. А в номере мы устроили настоящий сюрприз: заранее изучили её социальные сети, нашли интересные высказывания, цитаты, фотографии. Подготовили индивидуальные ключи от номера с её фотографиями, изготовили персонализированные конфеты, украсили кровать и весь номер. И оставили особенное приветственное послание: «Добро пожаловать домой!»

Гостья вошла в номер и, увидев всё, что мы для неё приготовили, не смогла сдержать слёз.

Но самым ценным подарком оказался вид из её номера на окна той самой квартиры, в которой она когда-то жила. Квартира уже давно стала одним из наших гостиничных номеров.

Позже мы встретились во дворике отеля, разговорились, вспоминали старый Петербург, девяностые и историю дома. И заговорили, конечно, о бывшей квартире дамы.

— А знаете, как мы покупали вашу квартиру? — решил я рассказать ей. — Целая история.

— Нет, конечно, не знаю! — удивилась гостья. — С удовольствием послушаю. Мы ведь к тому времени уже не жили в этом доме, сдавали квартиру. А позже продажей занимался агент.

Я принялся рассказывать.

В конце девяностых мы активно расселяли дом на Марата, 11, под будущую гостиницу. Большинство квартир уже выкупили, но оставалось несколько собственников, которые совершенно не собирались продавать свою недвижимость. Они прекрасно понимали, что инвестор, купивший почти весь дом, находится в довольно уязвимом положении. И могли диктовать свои условия.

В квартире моей собеседницы тогда работала небольшая швейная мастерская. Наш агент пришла туда с предложением о покупке, но получила категорический отказ от человека, представлявшего интересы владельцев.

— Здесь мой бизнес. Ничего не продаётся. И контактов хозяев я вам не дам.

Пришлось искать собственников самостоятельно. По документам квартира принадлежала женщине, которую в конце концов удалось разыскать через знакомых. Это и была моя нынешняя собеседница, сидевшая напротив меня во дворике «Гельвеции». Тогда она объяснила нашему агенту, что сама квартирой не занимается, всеми вопросами ведает её сын, который давно живёт в Америке. И предложила обращаться непосредственно к нему.

Нашли и сына. Но и он не проявил особого интереса. Квартир у него было много, петербургскую он едва помнил, а продавать ничего не собирался. Попросил больше его по таким пустякам не беспокоить.

Мы и не беспокоили. Квартиру записали в категорию безнадёжных. Между собой мы называли такие объекты «мертвяками».

Прошли пара лет. Мы уже почти забыли об этой истории, когда неожиданно раздался звонок. Представительница американского владельца сообщила, что квартиру готовы продать. Но на совершенно невероятных условиях: цена в несколько раз выше наших ожиданий, расчёт исключительно в долларах, а на всю сделку отводится ровно семь дней.

Мы были ошарашены. Таких свободных денег у нас не было, но упустить квартиру означало поставить под угрозу весь проект. За неделю пришлось собрать огромную сумму: занимали у друзей, знакомых, брали деньги под проценты. В конце концов успели.

Купюры заложили в банковскую ячейку по привычной тогда в расчётах «схеме двух ключей», подписали договор, оформили собственность. Швейная мастерская вскоре освободила помещение. И квартира стала частью будущего отеля.

Вскоре мы забыли об этой истории.

А ровно через год нашему агенту вдруг позвонили из банка с требованием оплатить просроченную аренду сейфовой ячейки. Иначе банк собирался расторгнуть договор и вскрыть сейф.

— Какой ячейки? — удивилась она. — Мы квартиру купили ещё год назад. Деньги принадлежат продавцу!

Оказалось, за целый год никто за деньгами так и не пришёл. Огромная сумма наличных продолжала лежать в банковском сейфе. А сотрудники банка безуспешно пытались найти представителя владельца, чтобы получить оплату за использование ячейки.

Мы срочно связались с сыном дамы в США. Тот поначалу даже не понял, о какой квартире и каких деньгах идёт речь. А потом вспомнил.

Выяснилось, что квартиру он решил продать ради другой крупной сделки с недвижимостью, для которой срочно понадобились наличные доллары. Но та сделка сорвалась, деньги потеряли актуальность, а помощница, которой он поручил забрать их из банка, вскоре уволилась.

— Видимо, она забыла. Ну и я тоже забыл, — совершенно спокойно объяснил он. — Спасибо, что напомнили. Пришлю другого человека.

Моя собеседница хохотала. Оказывается, она и сама не знала всех обстоятельств продажи квартиры.

И вдруг посмотрела на меня и спросила:

— А у вас сохранился второй дворик? Тот, маленький, где раньше была помойка?

Я ответил, что двор сохранился.

— Только помойки там давно нет. Теперь это красивый цветущий садик, а рядом небольшое административное здание. Там наши служебные помещения, склады.

— Никогда не забуду тот дворик, — задумчиво произнесла моя собеседница.

И рассказала мне свою забавную историю про наш дом.

— У моего мужа тогда был личный водитель-охранник. Огромный, могучий мужик. Настоящий вышибала. Шея шире головы, кулаки размером с небольшую дыню. При этом совершенно немногословный. За целый день мог произнести всего два слова: «да» и «нет».

По словам гостьи, сотрудник был исключительно предан хозяину. Честный, исполнительный, надёжный. Муж ему доверял абсолютно.

Однажды моя собеседница собиралась передать супругу в офис деньги. Пятьдесят тысяч долларов. Купюры лежали в обычном пакете. А по пути к машине она попросила охранника выбросить ещё и пакет с мусором.

— Вот этот пакет положи мужу в офисе на стол. Там деньги. А второй выброси на помойку во дворе, — едва сдерживая хохот, продолжала моя собеседница. — Охранник молча кивнул. Взял пакеты и ушёл.

— А ты можешь мне объяснить, что это за шутки с пакетом мусора? — поинтересовался наутро супруг у жены. — Зачем ты прислала мне в офис мусор и попросила положить его прямо на стол?

— Какой пакет с мусором?! — предчувствуя неладное, с ужасом в голосе спросила гостья мужа. — Я передала тебе пакет с наличными! И попросила охранника по пути выбросить второй пакет — с мусором.

Оказалось, что охранник аккуратно доставил хозяину в кабинет пакет с мусором и положил его на стол. А пакет с пятьюдесятью тысячами долларов благополучно выбросил в помойный контейнер во втором дворе дома.

Когда всё выяснилось, супруги бросились на помойку искать пакет с деньгами. Но контейнеры с мусором вывезли ещё накануне. Деньги исчезли навсегда.

Я слушал эту историю и не мог поверить:

— Подождите, а вы уверены, что он действительно перепутал пакеты? Пятьдесят тысяч долларов всё-таки!

Она посмотрела на меня совершенно серьёзно.

— Есть такая категория людей. Они хорошие, честные, преданные. Никогда не украдут и не предадут.

И, выдержав паузу, с улыбкой добавила:

— Но они просто идиоты.

Мы оба расхохотались.