Хорошего полицейского — в каждый детектив. Госденьги не будут тратить на образ силовика-коррупционера в кино

В производстве фильмов и сериалов, в которых сотрудники МВД, ФСБ, СКР или прокуратуры берут взятки или участвуют в преступных схемах больше не будет государственных денег. Об этом «Коммерсанту» рассказали два источника в крупных киностудиях. По их данным, Минкультуры и Институт развития интернета (ИРИ) в устной форме донесли до продюсеров: проекты с «негативным образом» правоохранителей господдержки не получат. Ограничение касается и картин про маньяков и серийных убийц.

Фонтанка посмотрела, как государство раньше участвовало в создании фильмов и сериалов, где коррупция в правоохранительных органах показывалась прямо и без купюр. Оказалось, что в разные эпохи подход менялся кардинально: от почти полного запрета на критику милиции и КГБ до периода, когда система сама финансировала картины, обличающие свои же пороки.

В советские времена киноиндустрия финансировалась только государством, и выбирать было не из чего. А оно делало фильмы исключительно про хороших милиционеров, сотрудников Комитета государственной безопасности и неподкупных прокуроров. Коррупцию советский народ видел лишь в итальянском «Спруте».

Отечественных партийных руководителей с чуждым советскому человеку менталитетом или подкупленных милиционеров показывали как случайные исключения. Старшее поколение помнит, наверное, сериал «Вечный зов» (1973 год) с партийным функционером — предателем Полиповым, под дудку которого плясал заблуждавшийся милиционер Алейников. Или фильм «Инспектор ГАИ» (1982), в котором принципиального и честного инспектора шельмует всё городское начальство через начальника отдела полиции.

А ещё был «Допрос» (1979), снятый на государственной студии «Азербайджанфильм» и показавший коррупцию в республиканском руководстве и правоохранительных органах.

Только в советском — государственном — кинематографе всё это было исключением из правил.

Политкорректность в отношении правоохранителей забылась, как только в страну с Михаилом Горбачёвым пришла гласность, объявленная частью государственной политики. Фильмы, обличающие коррупцию, показывающие то ли сращение криминала с правоохранительными органами, то ли переход их представителей на сторону преступников, стали самыми кассовыми.

«Частного» кино в конце 1980‑х — начале 1990‑х еще не существовало — всё снималось на госстудиях за госсчёт, в том числе про коррупцию в милиции, прокуратуре, КГБ и партийной номенклатуре. То была эпоха, когда система вдруг сама себя критиковала. И если бы такого периода в истории кино не было, мы не увидели бы, возможно, и то, что появилось после — снятого уже за негосударственный счёт «Бандитского Петербурга» или «Меча», например.

Фильмы про плохих полицейских, прокуроров и сотрудников ФСБ, снятые на государственных киностудиях по госзаказу в конце 1980‑х — начале 1990‑х:

• «Воры в законе» (1988) — о советской мафии на фоне тотальной коррупции во власти и силовых структурах.

• «Коррупция» (1989/1990) — о том, как следователь в ходе расследования убийства обнаруживает связь преступников с влиятельными аппаратчиками, в том числе из числа силовиков.

• «Чёрный квадрат» (1992) — о связях криминала с чиновниками и силовиками на уровне республиканского руководства и спецслужб в конце брежневской эпохи.

• «Кодекс бесчестия» (1992), «Падение» (1993) — политические детективы о «золоте партии», сращивании власти, криминала и спецслужб.

В нулевые и 2010‑е годы Минкульт и Фонд кино раскошеливались на фильмы с такими сюжетами редко. Но все же они выходили на большие экраны:

• «Майор» (2013) — майор полиции сбил ребёнка и пытается уйти от ответственности, используя служебное положение и связи.

• «Левиафан» (2014) — о том, как все ветви власти вместе с церковью объединяются против простого человека.

• «Дурак» (2014) — про сантехника, пытающегося заставить чиновников переселить людей из разрушающегося общежития, а ему противостоит коррупционная вертикаль, в том числе правоохранители.

• «Подбросы» (2018) — про полицейскую систему, в которой фабрикуют дела, в том числе за счёт подбрасывания наркотиков, но это никого не смущает — ни прокуратуру, ни суды.

• «Иванов» (2021) — о произволе и коррупции в правоохранительной системе, её связи с криминалом, о том, как экс‑полицейский стал киллером.

• «Один настоящий день» (2022) — про двух следователей уголовного розыска, одного — честного, другого — подкупного, и моралью: победа добра над злом стоит дорого.

Сейчас государственную поддержку кино и сериалов в России оказывают четыре кошелька: Минкульт, Фонд кино и «Пушкинская карта» — они финансируют полнометражные фильмы. Институт развития интернета (ИРИ) финансово поддерживает сериалы, но никогда — про плохих правоохранителей или коррумпированных чиновников.

Самые рейтинговые сериалы про «коррумпированных ментов» или в которых такие представители правоохранительных органов попадаются — у НТВ. Большинство сняты двумя компаниями без государственного участия.

Петербургская компания «ТриИкс Медиа» — кстати она сняла сериал «Преторианец» по сценарию писателя и журналиста Андрея Константинова. Культовый «Бандитский Петербург» по его романам тоже снимался без госфинансирования — компанией «Киномост». Среди других проектов — «Невский», «Литейный».

Во-вторых зрители НТВ, а сейчас в основном онлайн‑платформ, видят продукцию «Дикси Медиа» («Dixi‑TV»), тоже работающей без госфинансирования — «Глухарь», «Карпов», «Меч», «Пятницкий»…

Впрочем, уже сейчас проще всего показать проблему в комедийном формате.

Самые рейтинговые сериалы с коррумпированными полицейскими и другими представителями власти последних лет, — комедии:

• «Последний министр» (2020)

• «Домашний арест» (2018)

• «Полицейский с Рублёвки» (2016).

• «Детективное агентство Мухича» (2022).

• «Разрешите обратиться» (2023).

• «Престиж» (2024).

Откажутся ли он-лайн платформы и продюсерские компании от фильмов и сериалов с сюжетами о коррумпированных силовиках — не факт. Во-первых, денег на них они и раньше не получали. Во-вторых, детектив — самый популярный жанр во все времена. Без линии про коррупцию в силовых структурах он выглядит скучным и почти наивным. Как только из уравнения исчезает возможность, что следователь, прокурор или сотрудник ФСБ окажется частью преступной схемы, интрига схлопывается до примитивной формулы «преступник — хороший полицейский — победа добра». Без серых зон, без моральных компромиссов — это не та история, что держит зрителя у экрана.

Зритель, привыкший к «Бандитскому Петербургу», «Бригаде», «Глухарю», «Карпову», «Левиафану» и «Дураку», может просто просто переключится на зарубежные сериалы, где коррупция в полиции и спецслужбах — один из ключевых двигателей сюжета.