Играть красиво. Как доски и чаши для го становятся произведениями искусства

Кубок «Фонтанки» по го, вернувший игру петербуржцам спустя 60 лет, показал, как много у нее поклонников. Для кого-то это интеллектуальный вызов, а для кого-то древняя китайская игра — это красота как самого процесса, так и его атрибутов. «Фонтанка» поговорила с теми, кто превращает го в искусство — основатель производства Goforme Станислав Восинский рассказал, как делают доски и чаши для игры.

Станислав сам из числа поклонников игры и долго был просто игроком, но в какой-то момент понял, что ему не хватает выбора красивых и качественных комплектов, которыми бы хотелось не просто играть, но и которые приятно было бы держать дома, дарить или коллекционировать. Так сначала в 2012 году появился магазин — Станислав просто заказывал комплекты из Китая. Там их в основном делают из бамбука, который в нашем климате долго не служит и трескается.

— Постепенно я пришёл к выводу, что нужно делать своё производство, и делать по-другому, — рассказал он. — Тем более, доски из МДФ (это древесноволокнистая плита из спрессованных мелких древесных опилок) и массива дерева оказались куда более стабильны в условиях Петербурга. Так в 2015 году появилось собственное производство. По образованию я фотограф, поэтому очень много внимания уделял тому, как выглядят комплекты. Сама игра очень лаконичная — линии игрового поля, чёрные и белые камни. И в этой простоте очень много красоты и гармонии.

Обычно для игры используют доски трех размеров. Девять на девять линий — самый маленький, их обычно выбирают для детей и для учебных партий. Средний размер доски — 13 на 13, стандартный турнирный размер доски — 19 на 19 линий. В дорогих комплектах для го доска и чаши делаются из натурального массива дерева, причем из одного и того же, чтобы они визуально гармонировали по оттенку.

Если речь о подарке, например, руководителю фирмы, выбирают комплект, который выглядит солидно и массивно, доска здесь может быть толщиной 4-6 см, а ее вес достигать 14 кг. Более доступные комплекты делают из МДФ.

— Мы работаем и с привычными для России породами дерева — например, буком и дубом, и с экзотическим деревом: венге, мансонией, бубингой, макоре, — пояснил Станислав Восинский. — Мне очень нравится самому приезжать на склад пиломатериалов и выбирать дерево. Можно долго ходить среди досок одной и той же породы и искать именно ту, у которой будет интересный рисунок и оттенок. Часто бывает, что нужного массива в Петербурге не найти и приходится искать его в Москве. Можно сказать, мы ищем именно красивые породы. Мансония, например, не слишком тёмная, но и не слишком светлая, комплекты из нее подходят большинству как подарок. Орех — тоже интересен визуально. Венге часто берут руководителем фирм, потому что это практически чёрное дерево, которое смотрится действительно уникально.

Камни, которыми ходят по полю, импортируют из различных стран Азии, самый бюджетный вариант — это приятная на ощупь керамика или меламин, базовый композитный материал, который обычно используют на турнирах. Самые дорогие варианты — это камни из минералов, таких как яшма или аметист. В Японии, например, откуда тоже привозят камни, есть традиционное производство из базальта и раковин моллюсков.

Игра го попала в нашу страну еще во время Советского Союза, и уже тогда проводились массовые турниры. В девяностых годах увлечение пошло на спад, но интерес никуда не делся. В Петербурге играли и играют, в том числе и при поддержке консульств — Японии, Китая, Кореи. Хотя игра изначально появилась именно в Китае, в Японии она стала частью культуры.

— Я замечаю, раньше турниры в Петербурге были где-то по 50-70 человек, сейчас те же самые турниры собирают до трёхсот человек, — говорит Станислав. — За 15 лет игроков стало больше примерно в шесть раз.

Интерес к настольным играм подстегнули в том числе пандемия и локдаун, а развитие маркетплейсов стало еще одним толчком к развитию производства, т. к. заказать там комплект для го проще, чем искать специализированный магазин.

Сначала Станислав занимался изготовлением аксессуаров для игры в одиночку, но постепенно мастерская росла и расширялась. Сейчас основное ядро Goforme — это Галина, которая отвечает за мастерскую, сотрудников и контроль качества, Станислав, который занимается клиентами, закупками, техническими вопросами, и Денис, который делает деревянные чаши.

— После того, как у нас появился первый сотрудник, уже через год мы переехали во второе помещение побольше, — говорит Станислав. — Мы очень маленькое нишевое производство, одна площадка у нас площадью порядка 140 метров, и есть вторая поменьше, где делают чаши. На пике у нас бывало и девять сотрудников одновременно, и это довольно много.

Станислав сам лично выбирает массив дерева для будущего изделия. По его словам, это творчество и эксперимент одновременно.

— Для меня отбор дерева по текстуре, направлению волокон — творческая часть бизнеса, — говорит он. — И потом мне очень нравится видеть, что из этого выходит. Если первое — это отбор, то второе — это контроль качества. Даже при выборе МДФ для заказа тоже нужно приезжать и смотреть, нет ли там царапин, сколов, повреждений. И это всегда эксперимент, так как выбор дерева может быть ошибкой — например, оно окажется слишком мягким и подверженным царапинам, и тогда его исключают из производства. Как скульптор в куске камня видит будущую статую, так же и я в дереве вижу, как заиграет его текстура и во что может превратиться конкретный массив. Это такое эстетически-прикладное искусство.

Разлиновку игрового поля делают с помощью лазерного гравировального станка. Печать может через несколько лет стереться, а лазер выжигает дерево, и такую линию не сотрёшь.

— Самые дорогие премиальные доски мы делаем ещё более интересным способом — сначала на фрезерном станке вытачиваем канавки, а и затем вставляем, инкрустируем линии из других пород дерева, — поясняет Восинский. — Например, клен великолепно смотрится с темными породами дерева. Такая ручная кропотливая работа добавляет уникальной ценности каждой доске. После мы обрабатываем дерево специальным защитным покрытием из масла.

Чаши, куда убирают «съеденные» камни с поля — это отдельная история.

— Нельзя сказать, что это просто токарное производство — подточил дерево на станочке и получил изделие, — продолжил Станислав. — Это большой технологический процесс, который мы осваивали годами. Кроме того, в нем очень много ручной работы, именно поэтому чаши достаточно дорогие. Один комплект из двух чаш с двумя крышками к ним мастер изготавливает порядка пары суток.

Второй важный элемент, по его словам, — это форма. Классическая полукруглая форма — это элемент эстетики игры го. И третий момент — сама эстетика: структура, направление волокон, оттенок чаш.

— Казалось бы, обычные деревянные шкатулки, но мы подходим к ним как к предметам искусства, стараемся брать дерево из одной партии, чтобы чаши по оттенку были гармоничны с доской и получился цельный единый комплект, — говорит производитель. — И это отличает нас от Китая и Японии, где такого подхода нет, и вполне нормально делать доски из одного дерева, а чаши из другого.

Основными покупателями всегда были люди, которые играют в го или только начинают знакомиться с игрой. Но постепенно оказалось, что го ещё и очень интересный подарок, поэтому интерес к комплектам для игры стали проявлять корпоративные заказчики. Компании заказывают комплекты в подарок сотрудникам, клиентам или партнёрам. Также игра го популярный подарок для мужчины, руководителя, ее полюбили дарить в компаниях нефтегазового сектора и банках.

— Бывает, нам самим жалко продавать наши комплекты, настолько красивыми они получаются, — говорит Станислав. — Один из заказов, который мне особенно запомнился, мы делали перед новым годом. Это была большая партия дорогих комплектов из венге и других пород дерева. Причём запомнилось мне даже не количество, а именно их красота. Это именно тот случай, когда расставаться с ними не хотелось.

По словам Станислава, самое главное в этом производстве — самим испытывать интерес и вкладывать себя. Тогда получается не просто вещь, которую можно потом перепродать. Такой предмет остается у людей в семьях, с ним будут играть дети, а возможно и их дети. Это эстетическое удовольствие, которое при этом и функционально, ведь го — отличный инструмент для тренировки стратегических навыков, развития математического мышления.

— Насколько нам известно, сегодня мы единственное в России серийное производство комплектов для го, — подытожил Станислав. — Когда я начинал заниматься этим больше десяти лет назад, мне просто хотелось сделать красивый комплект для игры. С тех пор появилось производство, мастерская, сотрудники, корпоративные клиенты, а желание осталось все тем же — делать вещи, которыми нам самим хочется играть и наслаждаться их видом.