«Как это — совсем нет интернета?» Сибирский регион «заглох» без единой атаки — а мы привыкали к жизни без сети с его жителями

Приземлившись ранним утром в аэропорту Омска, корреспондент «Фонтанки» столкнулся с тем, что отписаться о прилете всем причастным и встречающим можно только в СМС. Закономерно — аэропорт как-никак. За три дня опытным путем выяснилось: интернет не работает практически нигде. А местные уже и не считают жизнь в режиме цифровой тишины стоящим поводом для разговора и чем-то из ряда вон.

Отключения мобильного интернета то и дело накрывают Петербург и беспокоят его жителей — даже при наличии работающих соцсетей и банковских приложений. За громкими возмущениями столиц не слышно регионы — где и без новостей о регулярных атаках БПЛА хроническое «без связи».

Вернемся в аэропорт. Мобильного интернета нет, «белое» приложение такси открывается с костылями. Что примечательно, за последний год ни друзья, ни родственники корреспондента, оставшиеся на исторической родине, на проблемы со связью ни разу не жаловались — вынужденный диджитал-детокс воспринимается обыденно. Что, конечно, не сравнится с гулом Петербурга, как только в городе на пару часов отключают связь.

— Только сотовая связь. В районах, где поблизости никаких объектов значимых нет, мобильный интернет бывает, но таких мест мало по городу, — рассказывают жители.

Массовые отключения интернета опустились на город в начале лета — как раз тогда, когда студенты сдавали ВКР и государственные экзамены. Молодежь отшучивается, что получила самые честные за последние годы оценки — Wi-Fi в учебных учреждениях с нагрузкой не справлялся, списать не получилось.

— Помню, нам надо было печатать ВКР, а все копицентры в округе работали по мобильному интернету. Ни расплатиться, ни прислать работу на почту — без вариантов. Пришлось ехать в центр города — по подсказке однокурсников, в копицентр, где сеть есть. По пути подключили один ноутбук к Wi-Fi в кофейне и закинули на флешку работы половины группы сразу, — вспоминает студентка.

Омичи довольно быстро перестроились на наличку — как когда-то все мы заново привыкали носить с собой банковские карты — иначе ни такси, ни магазинов. Вне зоны доступа оказался и общественный транспорт. «Это был треш. Без оплаты водители высаживали — если налички не было. Скандалы страшные были, терминалы начинали работать только за городом — когда на дачу выезжаешь, например», — рассказывает омичка.

Что примечательно, Омская область ни разу с момента начала СВО не фигурировала в сводках Минобороны об атаках БПЛА. Меры антитеррористической безопасности усилили после атаки FPV-дронов, впервые всколыхнувшей недосягаемую Сибирь летом 2025-го, — тогда дроны добрались до аэродромов в Мурманской, Иркутской, Ивановской, Рязанской и Амурской областях. До Иркутска — долетело. Губернатор Игорь Кобзев подтвердил, что дроны запускались с фуры, которая была блокирована.

В тот же день появились первые жалобы омичей на перебои в работе мобильного интернета.

В конце августа правительство Омской области снова уточнило, что атаки БПЛА на регион зафиксированы не были, однако интернет в регионе так и не «включили». Военные эксперты объясняют: так власти могут предотвратить потенциальные теракты, в том числе на оборонных предприятиях, которых много в Омске.

С осени заработали «белые списки» — и выходить из дома стало попроще. Такси, банковские приложения, «ВК» и «Яндекс.Карты» доступны — воскресла уличная торговля, вернулись переписки. Правда, и тут не обходится без перебоев, в том числе — сотовой связи.

— Бывает такое, что и банки или МАХ не открываются. А периодически и звонки не проходят: то я дозвониться до бабушки не могла, то курьер до меня не дозвонился и уехал, — рассказывает омичка.

Показания о масштабах бедствия разнятся — в зависимости от оператора. У одних абонентов «глухо» во всех районах города и ежесекундно, у других — то и дело проблескивает связь. У корреспондента «Фонтанки» за три дня в городе мобильный интернет не заработал ни разу — ни в центре, ни на окраинах.

При этом подключиться к ближайшей точке Wi-Fi и пробраться в интернет за пределами дома — тоже квест. Это Петербург избалован обилием кофеен и общепита даже в спальных районах (в одном только доме, где живет автор этой статьи, три кофейни, пиццерия и два заведения фастфуда), а в Омске отдельные жилые районы довольствуются супермаркетами и рынками — и никаких вам фрилансеров с ноутбуками в кофейнях.

— Я работаю на удаленке, один из проектов — как раз в Петербурге. Наш провайдер то и дело отрубает Wi-Fi — и я остаюсь без сети вообще. У меня уже что-то вроде тревожного чемоданчика на такие случаи собрано, чтобы экстренно рвануть в кофейню в центре города. И начальству из столиц потом приходится объяснять, почему это я полчаса не отвечала в рабочих чатах. Такое искреннее недоумение всегда: ну отключили Wi-Fi, так зайди с мобильного. Как это у вас его тоже нет? Сегодня? В смысле — нет совсем? — жалуется дизайнер из Омска.

На проблемы с интернет-провайдерами и подключением домашнего интернета жалуются и в других районах: так, с лета омичи остаются без доступа к сети и, как следствие, к комфорту — учеба, работа и быт уже давно перекочевали в цифру и обратно в оффлайн пока не возвращаются.

При этом нельзя сказать, что омичи совсем уж недовольны и страдают без коротких роликов и чтения телеграм-каналов в дороге на работу или на учебу. Тут и без замедления Telegram перекочевали в соцсети и мессенджеры «белые» и разрешенные, а общий настрой корреспондент «Фонтанки» считал как достоевское — ко всему-то подлец человек привыкает. А что до вольного туриста-отпускника — прогулки и встречи без соцсетей даже приятнее. Особенно когда на «белых» сервисах отлично работает музыка.