«Голоса приказали убить». Как пациентов ставят на учет в ПНД и почему их сложно контролировать

В разгар рабочей недели в Петербурге застрелили из ружья водителя такси. Фигурант в разговоре с оперативниками обмолвился о голосах в голове. Мужчина состоял на учете в ПНД, но принимал ли он прописанные лекарства — неизвестно. «Фонтанка» вспомнила похожие случаи и выяснила, как именно наблюдают пациентов с тяжелыми психиатрическими заболеваниями.

Оперативники уголовного розыска примчались в среду на Искровский проспект, 25, после сообщения о трупе с огнестрельным ранением. Тело мужчины находилось в автомобиле «Фольксваген», в голове с левой стороны зияло отверстие внушительных размеров, что указывало на оружие, совсем не типичное для заказного убийства.

Быстро удалось выяснить, что убитый — 62-летний таксист, проживавший в указанном доме. Со слов жены покойного, супруг ни с кем не конфликтовал. Как выяснилось, действительно, войну петербуржец ни с кем не вел. Однако оперативники мгновенно вышли на след автора выстрела. Им оказался сосед потерпевшего — 40-летний бывший участковый.

Когда фигуранта задержали, он успел рассказать о неких голосах в голове. Также 40-летний мужчина утверждал, что убитый царапал его дверь, оскорблял и очень его пугал. Каких-либо подтверждений словам обвиняемого нет, однако известно, что сам он проходил лечение в городской психиатрической больнице имени Скворцова-Степанова. Попал он туда после трехлетней работы участковым уполномоченным. Кстати, в период службы фигурант раздобыл орудие убийства — охотничье ружье. Его он якобы взял с адреса умершего охотника. По данным «Фонтанки», бывший милиционер даже был женат, но супруга ушла. По каким причинам, неизвестно. Найти ее следы редакции не удалось.

Дальнейшая судьба фигуранта предсказуема. Суд его арестует, затем отправит на психолого-психиатрическую экспертизу, а затем, вероятнее всего, освободит от уголовной ответственности и отправит на принудительное лечение в условиях стационара.

Петербург периодически вырывается в лидеры регионов по числу людей с психическими заболеваниями. В последние годы, правда, город сдает позиции. Впереди — Ненецкий автономный округ, Архангельская область и Карелия. Тем не менее и в самом северном городе-миллионнике людей, состоящих на психиатрическом учете, довольно много. И случаи, когда «голоса в голове» толкают пациентов ПНД на преступления, встречаются.

• Так, например, осенью 2025 года полиция задержала жителя многоэтажки на Ботанической улице. 39-летний мужчина разбросал на лестничных пролетах и в лифте покрышки, после чего поджег их. Фигурант рассказал, что действовал по указке голосов в своей голове. СК возбудил дело о покушении на убийство.

• Летом 2022 года пациент колпинской больницы напал с ножом на пациентов хирургического отделения. Ранены были четверо, нападавшего скрутили подоспевшие медики. На суде 34-летний фигурант сказал про «голоса в голове». Мужчина также состоял на учете у психиатра. Он не стал отрицать, что, несмотря на свои проблемы с ментальным здоровьем, выпивает «пару литров в день».

Слуховые галлюцинации приводят к трагедиям и в других городах.

• Например, в конце января в Москве была заключена под стражу женщина, которой вменяют утопление пятилетнего сына в ванне. Близкие рассказывали журналистам, что у обвиняемой могла быть шизофрения, передавшаяся ей от матери. Фигурантка якобы рассказывала на допросе, что хотела убить и 15-летнюю дочь, но «голоса в голове» сказали ей, что та грешница и не попадет в рай.

• В апреле 2024 года мужчина с ножом напал на губернатора Мурманской области Андрея Чибиса. Раненому главе региона потребовалась операция. Сообщалось, что он не был знаком с нападавшим. Последнему пойти на преступление якобы приказал «голос в голове». Обвиняемого передали в руки психиатров.

Человек с серьезным психиатрическим диагнозом относится к своему состоянию, как говорят врачи, некритически, неважно, «слышит он голоса» или нет. В результате отказывается от приёма лекарственных препаратов, от общения с врачами, и формально он имеет на это право. По Закону «О психиатрии» недобровольное освидетельствование, недобровольное лечение возможно только по решению суда. А суд позволяет это делать, если есть признаки того, что человек представляет опасность для себя, для окружающих и так далее. Если таких признаков нет, то психиатр не имеет права ни разговаривать с пациентом, ни наблюдать за ним, ни тем более его лечить. Всё делается только с согласия.

Как это происходит в жизни, «Фонтанке» рассказал Михаил Шипилин, кандидат медицинских наук, психиатр НМИЦ психиатрии и неврологии им Бехтерева.

По словам врача, медицинские сведения о пациенте и полученном им лечении направляются в психоневрологический диспансер (ПНД) по месту жительства. Сотрудники этого учреждения приглашают человека на прием, как правило, по телефону. Он пришел, на него завели медкарту. А дальше — в зависимости от диагноза и состояния — комиссия, состоящая обычно из лечащего врача и заведующего отделением, решает, нужно ли пациенту посещать диспансер регулярно или следует прийти на прием, когда тот почувствует себя плохо.

Вообще, варианты наблюдения за пациентом могут быть разными. Например, для склонных к агрессии или самоагрессии назначается так называемое активное динамическое наблюдение.

Если человек не принимает препараты, можно сказать с почти 100-процентной уверенностью, что его состояние ухудшится. И тогда рекомендуется посещение дневного стационара в ПНД — ежедневное пребывание с 9:00 до 15:00 под наблюдением врачей и медсестёр, там подбираются препараты и регулируются их дозы. Но посещать или не посещать его — тоже добрая воля пациента, под конвоем вести никто не станет.

Только при отказе ставится вопрос о принудительной госпитализации. А она, как уже отмечалось выше, возможна только в случае угрозы жизни и здоровью окружающих или самому себе.

«В ситуации, когда человек год-два чувствовал себя хорошо, исправно ходил на редкие приемы в ПНД, а потом перестал посещать диспансер и принимать лекарства, никто ничего не знает о его состоянии, если ни он, ни родственники про обострение врачу не сообщают, двери соцработнику никто не открывает», — добавляет Михаил Шипилин.