«Если гибнет рыба, значит, и для человека вода опасна». Экологи оценили вред от сброса канализации в реку Охту

Авария на Выборгском канализационном коллекторе, которая впечатлила горожан масштабным провалом грунта на 1-м Муринском проспекте, уже привела к долгосрочным экологическим последствиям. «Фонтанка» поговорила с экспертами о том, насколько они серьезны для города.

Прорыв коллектора и провал грунта рядом с жилыми домами произошли вечером 20 октября. Людей из ближайшего здания эвакуировали и временно расселили. Уже на следующий день петербуржцы и даже жители Ленобласти стали жаловаться на запах канализации от Муринского ручья и реки Охты, в которую он впадает. Больше того, они заметили скопления мертвой рыбы.

Гадать долго не пришлось. Выборгский коллектор под провалом на 1-м Муринском принимает стоки, считай, со всего северо-востока города. Пока аварию устраняли и строили обводной участок трубы, канализацию перекачивали через шланги — но какой объем они могут принять? А в Муринском ручье есть аварийный выпуск — примерно для таких случаев, чтобы система не захлебнулась. Как раз у него, рядом с мостом, и снимали бурные потоки, не характерные для обычно тихого ручья.

Жалобы в Росприроднадзор полетели моментально, и ведомство установило, что петербургский Водоканал действительно начал в аварийном режиме сбрасывать канализационные стоки в Муринский ручей. Оттуда загрязнение перетекало и в Охту. Это были как стоки из квартир, так и с улиц. Читатели «Фонтанки» фиксировали очередной сброс канализации и 2 ноября, а неприятный запах стоит по сей день.

После анализа воды и в ручье, и в реке выявили превышения ПДК по спектру разных веществ, среди которых АСПАВ, аммоний-ион, нефтепродукты и взвешенные вещества — сообщили 5 ноября в Росприроднадзоре. По требованию прокуратуры ведомство проводит внеплановую проверку Водоканала.

Водоканал 5 ноября, то есть через две с половиной недели после аварии, сообщил о запуске временной обводной линии на проблемном участке. Теперь канализация должна идти по ней, излив стоков в реки Петербурга остановлен. Но вообще-то Выборгскому коллектору начинали строить не временный, а вполне себе постоянный дублер. Финансирование заложено на 2026 год.

Накануне люди вернулись в расселенный дом у места просадки грунта, им предстоит прибираться в квартирах после двухнедельного отсутствия. Но не только им. Берега Муринского ручья и реки Охты теперь тоже планируют очищать, а их экосистемы — восстанавливать.

Эколог Антон Хлынов рассказывает, что, безусловно, сброс канализации в водоемы — это серьезно как с точки зрения вреда для окружающей среды и людей, так и с точки зрения нормативно-правовой.

«Канализационные сбросы в любом случае заражены. Прямой сброс канализации противоречит всем действующим нормам экологического и санитарно-гигиенического законодательства. Это однозначно влияет на ухудшение экологической ситуации. Как именно — зависит от состава сбросов. Городская канализация может содержать в себе всю таблицу Менделеева», — говорит Хлынов.

Как отмечает эколог, такие сбросы способствуют уничтожению биоты городских рек, деградации водоемов. Это как минимум, поскольку загрязнение уносит течением и дальше.

Эколог из Петербурга, доцент кафедры геоэкологии РГУ нефти и газа имени Губкина Сергей Якуцени отмечает, что сброс канализации из-за аварии на Выборгском коллекторе — к сожалению, далеко не первый. И ситуация на улице Харченко назревала как минимум год: жители уже жаловались на проседание грунта и запах канализации, то есть были признаки разрушения коллектора. Это само по себе влияло и на качество жизни людей, и на окружающую среду.

«Это, конечно, не катастрофа, но это крайне неприятная техногенная авария, огромный выброс органического вещества, не самого полезного. И, соответственно, ущерб, который измеряется уничтожением всей речной фауны, всей рыбы вплоть до впадения в Неву и даже чуть дальше. Это колоссально неправильно», — говорит Якуцени.

Он обращает особое внимание на то, что ущерб не ограничивается Муринским ручьем и участком реки Охты.

«Органические загрязнения, безусловно, попали в Неву. Правда, скорость течения и объем воды у нее достаточно высокие, поэтому большой угрозы для реки нашей основной не будет. А вот выше по течению, как ни странно, по Охте, с точки зрения абсолютно понятных биохимических и гидродинамических законов, это загрязнение может подняться до нескольких десятков, до сотни метров. Поэтому и в зависимости от интенсивности дождей, и так далее будем ждать, когда всё это вынесет», — говорит Якуцени.

Экологические последствия аварии отчасти перечеркивают достижения правительства Петербурга в очищении городских рек, — считает эксперт.

«Город с конца 1990-х и даже пораньше начал сберегать свои водоемы и проделал огромную работу. Разные городские администрации внесли в это свой вклад, в частности, при Валентине Матвиенко. Огромное количество стоков ликвидировали. Я сам принимал участие в этих работах. Рыба появилась там, где ее не было. Например, в Карповке», — вспоминает Якуцени.

Теперь очисткой и восстановлением биоразнообразия предстоит заниматься вновь, для этого понадобятся вложения сил и средств.

«Такие вот вещи (сброс канализации. — Прим. ред.) — они, к сожалению, этот труд не то что на нет сводят, но наносят локальный ущерб репутации нашего города. И, конечно, обитателям наших водоемов. Это очень больно», — говорит Якуцени.

Он отмечает, что ответственным организациям необходимо вовремя реагировать на сигналы от жителей, а не доводить ситуацию до аварийного положения.

Сопредседатель Российской экологической партии «Зеленые» Сергей Шахматов отмечает, что аварии на канализационных коллекторах — это проблема, хороша знакомая не только Петербургу, но и другим городам России.

«Во многих городах очень старая инфраструктура отведения канализационных стоков, поэтому периодически и в Московской области трубы „взрываются“. Например, в 2025-м практически затопило фекалиями город Пушкино», — говорит Шахматов.

Он подчеркивает, что, безусловно, это не отменяет запрет на сброс канализационных стоков в водоемы.

«Чтобы оценить последствия, важно смотреть периодичность сброса и объемы неочищенных сточных вод. Исходя из объемов и соответствующих концентраций тех веществ, которые не должны попадать в естественные водоемы, считается ущерб водному объекту, природной среде в целом», — рассказывает Шахматов.

Он обращает внимание, что речь не только о гибели рыбы, а о последствиях для всей совокупности живых существ, начиная с подводных растений.

«Если это происходит постоянно и концентрации по основным загрязняющим веществам превышают десятки ПДК, понятно, что это некая локальная экологическая катастрофа и ничего хорошего в этом нет», — говорит Шахматов.

Отдельный аспект — санитарное состояние берегов и реки, то есть безопасность для человека. Важно отслеживать: насколько защищены водозаборы.

Председатель правления Экологического союза Семен Гордышевский отмечает, что ситуация со сбросами стоков оставляет много вопросов. Информации о том, что произошло, долгое время было недостаточно, и нехватка есть и по сей день, — считает он.

«Здесь, как в капле воды, отражается ситуация в городе. Где всё это время была комиссия ЗакСа по экологии и природопользованию? Где городской комитет по охране окружающей среды (ручей, как и Охта, — это контроль Росприроднадзора.— Прим. ред.)? Тишина с их стороны. Кто-то делал анализ погибшей рыбы на наличие химических токсикантов? Какой результат?» — размышляет Гордышевский.

Он отмечает, что до последнего ведомства не сообщали: какие вещества обнаружены в пробах воды. И по сей день широкой аудитории неизвестен полный спектр вредных соединений, которые попали в реку из-за сброса.

«Мы годами имеем ситуацию, мягко скажем, отсутствия уважения к фундаментальному требованию 42-й статьи Конституции России, о доступности полной и достоверной информации о состоянии окружающей среды. Мы сталкиваемся не только с недоступностью, но и с недостоверностью», — считает Гордышевский.

На состав загрязнения свое влияние, скорее всего, оказали не только стоки из домов, но и уличные стоки, которые собрали все токсиканты с тротуаров, дорог и грунтов, — отмечает он.

«Какие последствия для людей? Нужно помнить о потенциальном вреде для здоровья. Если гибнет рыба, значит, и для человека вода опасна. Он в ней не живет, но он и более восприимчив к токсикантам. Кто-то поймает рыбу, кто-то искупается — у всего этого могут быть последствия», — говорит Гордышевский.

Он, как и коллеги, отмечает урон от сбросов канализации для Петербурга в целом.

«Цивилизация — это канализация, это совершенно официальное признание науки. Можно сказать, что цивилизация началась на планете тогда, когда появилась канализация. В Средневековье города Европы не имели канализации, всё стекало из домов в желоба посреди улиц или на край улиц. Нам необходима цивилизация, экологическая культура на всех уровнях, в том числе наверху», — отмечает Гордышевский.