Ходить по намытому. В Петербурге растет спрос на клининговые услуги

В первые месяцы 2025 года востребованность услуг клининга в России выросла на 21% — таковы данные аналитиков «Авито Услуг». При растущем спросе отрасль остро нуждается в кадрах, хорошем пиаре и пересмотре зарплат сотрудникам. Пока не все заказчики понимают, из чего складывается цена, и не всегда готовы платить наемным клинерам по достоинству.

Почему клининг стал востребован и у частных потребителей, и у бизнеса, и у госсектора — и как развивается рынок, рассказали участники круглого стола «Фонтанки»

Причина роста спроса на клининг проста: по мнению Марии Нагибовой, основателя, генерального директора стартапа Sweepme, у людей растет ценность времени — не хочется его тратить на такой рутинный процесс, как уборка. Жить в чистоте и делегировать ее наведение становится даже в какой-то степени модным. Экономия времени существенная: то, что ты сам сделаешь за пять часов, профессионал выполнит почти в два раза быстрее.

— Мы создали агрегатор клининговых компаний, поставив задачу собрать качественных представителей сферы клининга на одной площадке, — рассказала Мария Нагибова. — Заказчик не тратит время на подбор исполнителя, а просто размещает заявку — и на нее откликается тот, кто может ее отработать. Наш фокус на том, чтобы при заключении сделки снять лишнюю ответственность с исполнителя: ему не нужно иметь дело с бумажками, сделка оплачивается через платформу, договор бесшовно подписывается и выдаются все закрывающие документы. Также мы ввели сейчас оплату наличными, потому что есть огромная доля рынка, где клиент хочет работать именно по такой форме оплаты.

— Мне кажется, основная причина «дикого» спроса на клининг в том, что собственные сотрудники компаний либо стареют, либо уходят — и бизнес переводят на ауторс, — отмечает Анастасия Гайдар, собственник компании Gloss cleaning. — Мы работаем с госкомпаниями уже почти восемь лет, и практически все они, не находя собственных кадров для клининга, выбирают аутсорс. Из коммерческого сектора мы работаем с фитнес-клубами, частными школами; с квартирами — довольно редко.

По мнению эксперта, клининг каждый год совершенствуется, появляется новое оборудование и средства, и людям все проще заплатить, чем убираться самим.

Как считает Светлана Абрамова, руководитель LCG Cleaning, проекта финансово-инвестиционного холдинга «ЛК МЕНЕДЖМЕНТ», рост спроса на клининговые услуги для частных домов и квартир напрямую связан с дефицитом времени и ростом занятости населения.

— Ускорение темпа жизни стимулирует делегирование бытовых задач профессионалам, — добавила она. — Люди предпочитают тратить время на семью, отдых или саморазвитие вместо рутинной уборки. Наибольший рост наблюдается в сегменте сложных работ: мытья духовых шкафов, вытяжек, холодильников, люстр. Растет спрос на генеральные уборки и уборки после ремонта. Эти операции требуют профессиональных средств, оборудования и навыков.

При этом, по словам Светланы Абрамовой, отток мигрантов привел к дефициту домработниц. Ранее они выполняли регулярную уборку, теперь же клиенты вынуждены обращаться в клининговые компании как для разовых сложных работ, так и для регулярных. Спрос у корпоративных клиентов связан с вводом новых торговых и офисных площадей. Всё это увеличивает базу клининговых контрактов. Кроме того, проверяющие инстанции ужесточают требования к гигиене, делая профессиональную уборку и дезинфекцию обязательными.

По словам Марии Нагибовой, в клининг включается спектр услуг от помывки окон и полов до «грязной» уборки промышленных и сильно загрязненных помещений, в том числе и после ремонта. Сюда же входит дополнительная химчистка, мойка фасадов и уборка внутренних помещений различного типа.

— Мы не внесли ничего нового: наша задача — структурировать текущий рынок, сделать его удобнее как для заказчика, так и для исполнителя, — уточнила эксперт. — Заказчику не нужно созваниваться по десять раз, объяснять каждому одно и то же, уточнять цену — он просто один раз создает заявку, и все ее видят. То есть схема такая же, как у агрегаторов такси.

— В стандарт входит регулярная и поддерживающая уборка, как правило — вынос мусора, уход за поверхностями, уборка сантехники, кухни, уход за полами, — говорит Светлана Абрамова. — У генеральной и послестроительной уборки более расширенный список услуг. Дополнительно заказывают мойку окон и фасадов, химчистку мебели, предоставление и замену грязезащитных ковров.

Анастасия Гайдар рассказала, что в контракты на ежегодную уборку в ее компании входит помывка пола, горизонтальных поверхностей. В офисах это может быть мойка остекления, фасадов, вывоз мусора, покос травы и газонов, химчистка, а во дворцах — обеспыливание сусального золота. Есть даже такая нестандартная услуга, как уход за захоронениями (она тоже относится к клинингу). Отдельная история — работа в особняках, театрах и дворцах, которые чаще всего являются объектами культурного наследия и требуют от сотрудников особой специализации, костюмов, оборудования.

— Мы мыли фасад БДТ, в Мариинском театре делаем обеспыливание главной сцены, штор и банкеток, а в Каменноостровском театре и «Балтийском доме» обеспыливаем занавесы на сцене, — пояснила она. — В комитетах Смольного на площади Островского делаем обеспыливание люстр, химчистку гардин и штор. Для таких объектов нужна особая компетенция: желательны удостоверение реставратора для сотрудников и специальные музейные пылесосы. Такие нам понадобились, например, для обеспыливания хрупких чучел животных в музее Кирова.

Чтобы паркет был защищен и блестел, приходится класть много полимера. По словам Анастасии Гайдар, отечественного на рынке нет, а зарубежный заканчивается. Тот, что еще остался, подорожал примерно на 20% за год.

— Проблема с отечественной химией определенно присутствует, — говорит она. — Отечественных вариантов либо нет, либо они не работают. Собственные профессиональные моющие и чистящие средства на рынке есть, но я не скажу, что они пока могут как-то конкурировать с тем, с чем мы работали раньше. Мы все время ищем варианты, чтобы хоть как-то сэкономить, потому что зарубежна химия стала очень дорогой. Также сильно выросла в цене техника. Но мы решили проблему райдеров, поломоечных машин и АВД (аппаратов высокого давления) за счет лизинга, потому что это лучше, чем покупать поломоечную машину за 500 тысяч или за миллион рублей.

Также Анастасия Гайдар отметила, что уборка частных квартир не имеет ГОСТа и другого нормативного регулирования — в отличие от промышленных объектов или поликлиник, где уборка опирается на СанПиНы. По ее словам, если взять две поликлиники, то уборка там будет относительно типовой, а вот две одинаковых квартиры найти сложно. Где-то мраморные поверхности, где-то ламинат и так далее — плюс у хозяев разные запросы. Также разные типы наведения чистоты требуют разной химии и техники, особенно промышленная уборка.

— Промышленный сектор довольно сложный — так же, как и фитнес-клубы, бассейны и другие заведения с мокрыми зонами: душевые, хамамы, сауны, — продолжила эксперт. — На освоение этой специфики уходят годы. У меня определенный человек занимается уборкой фитнес-клубов уже восемь лет. Не так давно к нам на обслуживание пришли ледовые катки — и это тоже очень довольно сложный формат за счет особенностей работы и графика тренировок.

Ключевое в формировании цены на услуги клининга — это вход на рынок и кадры, подчеркнула Мария Нагибова. То есть квалифицированным сотрудникам представитель клининговой компании, конечно же, платит больше.

— В рамках агрегатора заказчик создает заявку, а исполнитель предлагает цену сам, — пояснила она. — Ориентируясь на существующий запрос, мы стали внедрять функцию сравнения цен, чтобы исполнитель мог твердо обосновать свои запросы. Тем не менее, могу сказать, что заказчик далеко не всегда выбирает по цене. Когда дело касается работ на сложном объекте, где не используют дешевую химию или где нужна особая техника вроде тех самых музейных пылесосов, повышенная цена оправдана — и большинство понимает, почему.

Однако в госсекторе все по-другому. По словам Анастасии Гайдар, при работе по 44-ФЗ чем ниже цена, тем лучше, и нужно подстраиваться под эти реалии.

— В госсекторе можно выиграть контракт на год, а в течение этого года непременно что-то случается: расходники дорожают, люди уезжают, а контракты в итоге могут встать, — говорит она. — Если смету коммерческого контракта еще можно как-то «подвинуть» и обосновать это, то в госсекторе ты либо не справляешься и отправляешься на три года в реестр недобросовестных поставщиков услуг, либо справляешься себе в минус.

— Стоимость услуги формируется под влиянием нескольких факторов: типа и объема работ, площади помещений и сложности покрытий, графика выполнения, фонда оплаты труда, а также затрат на оборудование, инвентарь, химию и расходные материалы, — говорит Светлана Абрамова. — Кроме того, значительную роль играет логистика: например, удалённость объекта от метро.

По мнению эксперта, снизить стоимость можно, заключением долгосрочных контрактов с фиксацией цен и за счет оптимизации сервисного плана: например, можно выделить VIP-зоны, требующие повышенного внимания, и прописать в остальных помещениях только поддерживающую уборку. Кроме того, экономия достигается благодаря оптимизации штата путем внедрения техники, такой как поломоечные машины и роботы-пылесосы, а также оптовой закупкой моющих средств и расходных материалов.

Основные затраты в сфере клининга приходятся на фонд оплаты труда, а не на оборудование или расходники. Анастасия Гайдар назвала эту проблему самой болезненной.

— Людей нет: ни иностранных граждан, ни соотечественников, — говорит она. — Наши граждане работать в клининге не хотят либо воспринимают это как периодическую подработку: сегодня вышли, завтра нет. И это несмотря на зарплату, которая за год выросла с 50 до 80 тысяч рублей — это очень большой скачок. Сейчас, мне кажется, условный дворник уже получает больше, чем условный менеджер отдела продаж. Мы спасаемся сарафанным радио и людьми, которые приходят на один день, закрывают одну задачу и уходят. Но тут же подключается трудовая инспекция, требующая даже на этот один день оформлять человека по всем правилам. То есть мы испытываем давление с двух сторон: и с рынка труда, где нет кадров, и со стороны ситуации в стране в целом — большие налоги, проверки, низкие цены контрактов.

По ее словам, с кадрами управленческого сектора нет проблем, как и с профессионалами: промышленными альпинистами, реставраторами, менеджерами, водителями. Главная проблема — именно с линейным персоналом. Что касается людей без дипломов и корочек, особенно граждан других государств, проверить их опыт и компетенцию очень трудно.

— У нас есть только контроль внутри компании, новичков базовым навыкам обучает менеджер, бригадир либо люди, которые уже работают у нас более трёх лет, — продолжила эксперт. — Также у нас на многих объектах есть IT-система по контролю работы — через QR-коды клинер должен в телефоне отмечать свои зоны, фотографировать результат и так далее.

— По нашей системе не заметно проблем с кадрами, — говорит Мария Нагибова. — Есть немало компаний, которые очень много внимания уделяют HR-деятельности, и у них есть куча инструментов удержания персонала: то же, что обычно применяют для менеджеров более высокого ранга, там используют и для линейных сотрудников. В рамках нашего продукта также можно решить кадровые вопросы. Например, одной из наших компаний с высоким рейтингом уже позвонили человек пять, желающих у них работать. И это учитывая, что раздел вакансий у нас пока в процессе разработки.

Анастасия Гайдар пошутила: чтобы в клининг с удовольствием шли работать, сначала должна снизиться оплата труда в доставке, которая перетягивает сегодня весь персонал.

— Отрасли не хватает пиара со стороны государства и со стороны работодателей, — полагает Мария Нагибова. — Сравните, как себя позиционирует доставка: туда не стыдно идти работать. А за клинингом все еще тянется какой-то неприглядный шлейф.

— Мне кажется, этот шлейф тянется еще со времен Советского Союза и образа бабульки с грязной тряпкой, которая всех гоняет, — добавила Анастасия Гайдар. — Но, кстати, хочу заметить именно по госструктурам, что на таких сотрудницах нередко все и держится.

Светлана Абрамова продолжила: массовый отток мигрантов, низкий интерес россиян к отрасли, высокие требования к специалисту и зарплаты, не соответствующие рынку, — всё это способствует текучести кадров и дефициту узких специалистов (дезинфекторов, операторов поломоечных машин, специалистов по химчистке ковровых покрытий и мебели, мойщиков окон и фасадов, трактористов).

— Альтернативой может стать привлечение персонала из визовых стран, — говорит она. — Это непростой путь, но он гарантирует закрытие потребностей клиента на год, так как этот персонал закрепляется за привлекающей его стороной и приезжает четко на срок действия визы. По прибытии в РФ у таких сотрудников есть время на обучение тонкостям профессии, по которой его привлекли, пока оформляются все необходимые документы для выхода на работу.

Однако эксперт напомнила, что профессиональный современный клинер — технолог, химик и психолог в одном лице. Он должен иметь навыки работы с оборудованием: поломоечными машинами, роторами, парогенераторами и пеногенераторами, аппаратами высокого давления. Должен знать линейку моющих средств (кислотные, щелочные, нейтральные), понимать, к каким поверхностям они подходят, уметь готовить моющие растворы. Клинер должен уметь читать технологические карты и следовать схемам уборки, а также быть коммуникабельным и клиентоориентированным.

Конкуренция растет с каждым годом. Как отметила Анастасия Гайдар, приходят новые игроки, в том числе и не обременяющие себя уплатой налогов, а те, кто играет по правилам, в итоге им проигрывают.

— На госторгах заметно падение цены до 80%, — продолжила она. — Например, я делала какой-то объект пять лет назад условно за сто тысяч рублей, а сейчас за тридцать, хотя цена должна расти.

— Квартирный клининг как сегмент — лидер по скорости роста, — отметила Светлана Абрамова. — Он требует минимальных вложений и агрессивной маркетинговой стратегии. Офисный стабилен по доходу. В идеале — работать с крупными сетями. Промышленный наиболее рентабелен при масштабировании и развивается активно. Здесь много рисков, но они компенсируются высокой доходностью.

— Это один из бизнесов, у которых низкий порог входа, — говорит Мария Нагибова. — Зачастую начинают с уборок в квартирах, потом берут первые коммерческие объекты, потом выходят на госконтракты и так растут. Но чтобы начать убираться в квартире, нужно купить необходимое минимальное оборудование и химию, пройти обучение, советоваться с коллегами — то есть здесь огромное поле для развития. Дальше остается зарекомендовать себя, сохранить клиентов и расти.

Эксперт считает, что сейчас на рынке все-таки наметился тренд на «обеление», а агрегатор — это прямой путь к прозрачности. По ее мнению, если будет определенный запрос и единое видение, то с помощью ИИ можно будет оценивать, например, адекватность выставленной цены и так далее.

— Логично, если игрок, который не встроится в «белую» честную систему, просто не сможет найти себе клиентов — к этому нужно стремиться. Главная задача со стороны государства — сделать так, чтобы вообще не работать с компаниями вне системы, — заметила Мария Нагибова.

Одной из главных проблем Анастасия Гайдар назвала демпинг на рынке со стороны новых игроков.

— Компании без опыта и репутации выигрывают госконтракты за счет сильного снижения цены, работают недолго, никому не платят, потом собирают заработанные деньги — и переезжают в условный Таиланд, — говорит она. — Мы приходим дорабатывать после них и разгребаем последствия. Мало того, что работа сделана некачественно, так еще и у людей подорвана вера в клининг в целом, а найти и удержать кадры все сложнее. У людей формируется убеждение, что при работе в клининге тебя обязательно обманут, не заплатят или заплатят меньше. Это настоящая боль, так как как в рамках 44-ФЗ нет никакой возможности оценить опыт игроков, а госкомпании крайне редко идут на прямые договора. Выигрывает настолько низкая цена, в пределах которой сделать качественно и легально становится невозможно. Пока разрешен демпинг, по крайней мере, в сфере госконтрактов, он и будет рулить всей ситуацией.

Мария Нагибова назвала еще одной острой проблемой отток мигрантов. Государство пытается заменить неквалифицированный труд рабочей силой из других стран — Индии, Африки, Кореи, — но там свои проблемы, и убираться такие мигранты не особо идут.

Анастасия Гайдар напомнила: те же фитнес-клубы и крупные бизнес-центры убираются постоянно, то есть туда нужен сотрудник на полный рабочий день. Смена бывает по 12 часов, и все это время надо быть на рабочем месте.

— Из соотечественников никто на такие условия не идет. У меня нет ни одного сотрудника-россиянина для 12-часовой работы, — говорит она.

Светлана Абрамова напомнила о рисках работы с индивидуальным клинером.

— Приглашая частного клинера, есть риски не только получить некачественную уборку, но и столкнуться с порчей поверхностей или воровством, — говорит она. — Найти домработницу самостоятельно сейчас становится большой проблемой. Это требует изучения рынка, тщательного подбора кандидата и проверки в процессе работы. У профессиональной компании есть репутация на рынке, ответственность за качество услуг. К вам приедет обученный специалист с медкнижкой, формой, оборудованием, инвентарем и проверенными моющими средствами. Компания, специализирующаяся на работе с частным сектором, после каждой квартиры меняет расходные материалы: перчатки, губки, салфетки.

Проблемой пока является и недоверие к отрасли в целом. По словам Анастасии Гайдар, для государства клининг — все еще одна из самых серых сфер, и это проблема. С одной стороны, государство при заказе должно работать с белыми компаниями. С другой стороны, контракт все еще получает тот, кто предложит самую низкую цену.

Эксперт считает, что в будущем произойдет лицензирование сферы. Пока под него попадает только сфера дезинсекции, которой клининг-компании тоже занимаются. Не исключено, что остальные направления тоже к этому придут, если появятся четкие критерии для регламентирования.

— Конечно, я очень хочу, чтобы коммерческий сектор наконец-то понял, что клининг стоит денег, что при 12-часовой смене на объекте у человека должны быть питание и какое-то место для отдыха, — говорит она. — Но пока о создании минимальных условий большинство заказчиков слышать не хочет, как и платить, ссылаясь на ограниченность бюджетов. Тем не менее, с развитием рынка они либо перейдут на услуги сотрудников в штате, либо вынуждены будут платить больше. Фитнес-клубы, кстати, уже пробовали нанимать собственных работников для уборки и в итоге все равно вернулись к аутсорсу.

— Если в госзаказе официальный оборот, то в частном секторе оборот больше серый, — продолжила Мария Нагибова. — А емкость этих двух рынков примерно одинаковая. Многие крупные заказчики вынуждены работать в белую, так как их контролируют налоговые органы. И уже есть такая практика, когда исполнитель может обратиться в профильную ассоциацию и сказать, что заказчик выставил очень низкую цену, по которой невозможно выполнить заказ в легальном поле.

Также эксперт предсказывает отток клинеров на работу в штате: на аутсорсе по-прежнему все еще хотят платить слишком мало, что может не распространяться на собственных сотрудников. При этом, по ее словам, стоимость клининга просела в пандемию, но почему-то до сих пор не «отросла» обратно, несмотря на глобальное подорожание всего. И заказчики продолжают мыслить старыми ценами.

— Сейчас крупные бизнесы стараются всячески удерживать своих внутренних сотрудников, и даже здесь клининг приобретает особую важность, — говорит Мария Нагибова. — Люди не готовы работать в грязном захламленном помещении — особенно это касается производств. Мы придумали и хотим на будущий год предложить компаниям нестандартный формат ДМС: включить в него генеральную уборку за счет компании женщинам-сотрудницам. Это действительно удержит сотрудниц на работе и сильно их разгрузит.

Мария Нагибова считает, что рынок, безусловно будет расти. Возможно, он даже как-то сам обелится за счет регулирования либо появления нормальных агрегаторов. А за счет низкого порога входа конкуренция продолжит рост.

— Но не всем игрокам дано закрепиться на рынке — они покидают его также в больших количествах, — рассказала Анастасия Гайдар. — Не все выдерживают работу в белом поле с трудовой и налоговыми инспекциями. Кто-то изначально ставит себе задачей заработать денег и уйти, бросив все. Часто новички рассчитывают заработать и с легкостью найти людей, но сталкиваются с реальностью. Рынок «пульсирующий», он словно растет и сужается одновременно. Надеюсь, со временем стабилизируется.

Светлана Абрамова видит основными системами адаптации компаний к растущему спросу расширение штата за счёт визового персонала, автоматизацию — роботы-пылесосы, мойщики, поломоечные машины, цифровизацию — мобильные приложения, чат-боты в мессенджерах, умное расписание, CRM с интеграцией платежей. По ее мнению, выигрывают те, кто совмещает современные технологии с грамотным управлением персоналом.

— Будущее отрасли для частных клиентов — персонализированные подписки и роботы-уборщики, — продолжила эксперт. — Для корпоративных — полная автоматизация рутинной уборки в офисах и торговых центрах. Для промышленного сегмента — дроны, датчики чистоты и экосертификация. Если говорить про цифры, то в 2026–2027 годах доля заказов в частном секторе вырастет на 25%. Корпоративный рынок в части промышленного и торгового клининга также будет расти. Только в бизнес-центрах возможно снижение объемов, так как многие переходят на удаленную работу.

Требования к клинингу значительно изменились, особенно у корпоративных клиентов. Светлана Абрамова подчеркнула, что теперь уборку рассматривают как часть стратегии поддержания имиджа, безопасности и устойчивого развития. Тренды сохранятся, и к 2026 году ожидается ужесточение норм по дезинфекции, расширение применения «умных» технологий и рост спроса на специализированные услуги, например для медучреждений. Компании, игнорирующие эти требования, теряют конкурентоспособность, подытожила она.