Прощай, дедушка Оззи

На 77-м году жизни в окружении любящей семьи очень ожидаемо скончался один из главных мистификаторов и легенд рока Джон Озборн, он же Князь Тьмы, он же Крестный отец хэви-металла, он же Великий и Ужасный. Он же Оззи Осборн, каким его любили и ненавидели, восхищались и презирали, проклинали и подражали.

На концерте в Петербурге в 2018 году он был уже старенький. Очень трогательно после заключительного сета своих главных хитов, включая Crazy train, он вдруг из отвязного Князя Тьмы превратился в доброго дедушку и напутствовал расходящуюся публику: God bless you! Drive home safely (Благослави вас бог! Едьте домой осторожно).

Всю свою жизнь алкоголик Оззи Озборн притворялся бог знает кем. Например, сатанистом. Это было потешно, потому что позже он признавался, что перед каждым концертом молился богу, а в дни «просушки» исправно посещал церковь по воскресеньям.

Главная фишка «тех лет» — откусывание головы летучей мыши во время концерта. Все сатанисты так делают же. Ему потом поминали ту мышку везде, где только можно, и по любому поводу. Ну да, откусил. Но вырванная из контекста она представляла его сумасшедшим отморозком. А так вообще на его концертах в 1980-е постоянно творилась какая-то дичь с выливанием на зрителей из ведра бутафорской крови, раскидыванием кусков свинины. В ответ фанаты кидались в него дохлыми кроликами, змеями и теми самыми летучими мышами. Нормальный такой перформанс для 80-х.

Да, откусывать головы даже дохлым летучим мышам — плохо. И Оззи это, конечно, знал и нарочно поступил именно плохо. Потому что все думали, что он плохой, любили его за то, что он плохой, и ему надо было вести себя плохо. С тех пор все списки экстравагантных выходок звезд неизменно венчает эта история. Чтобы ответить на вопрос, стоило ему это делать или нет, просто отметим — это случилось 43 года назад.

Горящая гитара Джимми Хендрикса, Сид Вишез, режущий себе ножом грудь на концерте, носки Red Hot Chili Peppers, — вот, собственно, что можно было бы противопоставить той летучей мыши. Если бы это было соревнование. Но никакого соревнования нет. Все просто признают: круче Оззи Озборна в эпатаже никого не было.

Здесь можно было бы написать главку о том, как Оззи Озборн повлиял на рок-музыку всей планеты. Да, на придуманных им риффах училась играть половина гитаристов (вторая половина на Smoke on the Water). Да, его стиль, его поведение, его музыку и тексты копировали тысячи молодых ребят — как в гаражах, так и в каморках за актовыми залами — и уже потом через них третье поколение (как я) узнавали о том, что вот, был такой дедушка Оззи Озборн. Курт Кобейн и Джеймс Хэтфилд передавали его страсть, бескомпромиссность, да саму идею рока — дальше и дальше.

Ну конечно, Оззи не был ни выдающимся музыкантом, ни великолепным вокалистом. В том состоянии, в котором он перманентно пребывал «в те годы», невозможно было ни следить за голосом, ни оттачивать рулады. Выдающиеся музыканты всегда его окружали — это правда. Его же роль была — носить ген. Он был такой банк — нет, не того, что можно было бы подумать, — а идей, своеобразный камертон. Дзииинь! — подтяни струну чуть выше.

Ну хорошо, писать отдельную главу про влияние положительное — нелепо. А про влияние негативное — это да, забавнее.

Однажды Оззи реально предъявили обвинение в склонении подростка к суициду. Из-за одноименной песни. Его задержали, шло следствие и был суд. Оправдали вчистую! Оззи доказал, что в той песне вообще шла речь о критике алкоголизма, и склонность к выпивке он и называл натуральным суицидом. Вот так-то, ребята! Водка — это зло, понятненько? А осуждать нашего поэта за то, что его неправильно поняли, нельзя, потому что первая поправка о свободе слова.

А еще однажды один больной переслушал «Black Sabbath», пошел на улицу и зарезал женщину с двумя детьми. На следствии прямо сказал: я, когда слушаю «Black Sabbath», всегда представляю себе, как я кого-то режу. Что случилось бы, слушай он Инстасамку — подумать даже страшно. Но Оззи тогда не стали ничего предъявлять.

Лично я первый раз Оззи Озборна услышал в 1996 году. Мой очень хороший друг записал мне кассету (привет, зумеры) с только что вышедшим «Коллекционером оружия» «Сплина» поверх альбома — великого! — Blizzard of Ozz. И запись «Коллекционера» начиналась с пятисекундной задержкой, так что перед «В эту ночь дивным цветом распустится папоротник» звучали первые такты «I don't know». Оззи успевал прокричать: «People look to me and say Is the end near…», а дальше уже «Сплин».

Это самая первая песня с самого первого альбома. Обычно «I don't know» приводят в качестве очевидного примера тотального влияния Black Sabbath на траекторию развития рок-музыки, когда она с психоделических изысков свернула в русло того старого доброго хэви-металла 1980-х, который мы все знаем и любим. Пусть говорят, тем более это правда, для меня же важнее то, что она стала невольным эпиграфом к самому главному, лично для меня, альбому русского рока с его «Мама, твой сын пацифист, это неизлечимо».

Ну и обязательно про комсомол и Оззи надо рассказать. Пройти мимо него, не плюнув, не могли не только американские телепроповедники, но и советские, ответственные за молодежь.

С точки зрения комсомола Оззи Озборн был настолько плох, что просто дыхание перехватывало и слов не хватало. Требовалось сделать паузу, чтобы отдышаться перед тем, как говорить о нем. Образ Великого и Могучего Князя Тьмы был настолько ярок, что представить себе в унылых советских 80-х, что это настоящий человек было практически нереально. Легко бороться с «Битлз» и Тиной Тернер — они хоть на людей похожи. А тут у комсомольцев тезауруса не хватало, чтобы выносить какие-то суждения.

Так что с легкой руки какого-то там завотделом за Black Sabbath закрепилась довольно уникальная характеристика «Насилие, религиозное мракобесие». Это невероятно смешно, потому что это настолько нелепый ярлык, что он даже правдивый.

Ну и завершить, наверное, стоит еще одним критическим отзывом о творчестве Оззи от советских телепродюсеров под рубрикой «Новости культуры из Соединенных Штатов Америки». Одно можно сказать: советские ПТУшники, увидев это по телевизору, НЕМЕДЛЕННО хотели стать, как они, а ПТУшницы — целоваться с ПТУшниками, похожими хотя бы отдаленно на Оззи.