18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
05:36 26.09.2018

«Октябрьские сюрпризы» Хиллари и Трампа

Кто будет президентом США и как на выбор американцев повлияют сенсационные выпады ФБР в адрес Клинтон - «Фонтанке» рассказала американист Виктория Журавлёва.

«Октябрьские сюрпризы» Хиллари и Трампа

За неделю до выборов в США Федеральное бюро расследований обнародовало результаты расследования проступка Билла Клинтона, когда тот ещё был президентом. Он помиловал мошенника Марка Рича, который не заплатил 48 миллионов долларов налогов и скрывался от американского правосудия в Швейцарии.

Напомним, что Билл Клинтон перестал быть президентом США почти 16 лет назад. Это помилование он подписал в последний день второго срока. Оно было особенным: Дениза Рич, супруга помилованного, когда-то вносила пожертвований в фонд Демократической партии на миллион долларов, а лично Клинтонам дарила кофейный сервиз и два стула. Правда, это было одно из 176 прошений, которые удовлетворил Клинтон в свой последний день в Белом доме. И Дениза в 2001 году уже не была женой Марка. И щедрость её относилась к лохматому 1991-му. Но республиканцы всё это раскопали и инициировали расследование против Клинтона. В итоге ФБР нарушений не нашло, но Клинтон признал, что допустил ошибку. Сам Рич умер в 2013-м. И вот теперь, за неделю, повторим, до выборов, когда у финишной ленточки Хиллари Клинтон и Дональд Трамп толкаются локтями, эти сенсационные разоблачения вдруг опубликованы на сайте ФБР. И можно было бы заподозрить главу бюро в том, что он – «марионетка Трампа», который, как мы знаем после недавних дебатов, – «марионетка Путина». Если бы не безупречная репутация Джеймса Коми.

По аналитическим данным, которыми пользуется сайт fivethirtyeight.com (название – по числу выборщиков в США), накануне первых президентских дебатов рейтинг Хиллари Клинтон находился на историческом минимуме в 54,8 процента, Трампа – на максимуме, 45,2 процента. Потом первый устремился вверх, второй – вниз. После третьих дебатов, согласно опросам, за Хиллари готовы были голосовать 87,4 процента американцев, за Трампа – 12,6 процента. Казалось, что исход выборов в целом понятен. Казалось, добавим, неопытным наблюдателям.

Опытные наблюдатели ждали «октябрьских сюрпризов». Чего именно – не предскажешь, в разные годы это были и стихийные бедствия, и итоги каких-нибудь переговоров, и выходки политиков в третьих странах, и тёмное прошлое самих кандидатов. Например, в 2000 году всплыла информация о том, что Джорджа Буша-младшего 24 года назад, в 1976-м, ловили за рулём пьяным. Буш тогда выиграл еле-еле.

На Хиллари Клинтон «сюрприз» обрушился, откуда уже не ждали. После её великолепного ответа Трампу на вопрос об электронных письмах казалось, что с этим покончено. И вот 29 октября ФБР объявило, что возобновляет расследование истории с перепиской. Потому что в компьютере бывшего друга помощницы Клинтон обнаружились новые письма. Ещё 5 дней – и новый компромат: про помилованного 15 лет назад мужа дарительницы стульев.

Сейчас, по версии fivethirtyeight.сом, рейтинг кандидатов такой: 68,9 процента – у Хиллари, 31 – у Трампа. Исследование The Washington Post и телеканала ABC от 2 ноября показало совсем радикальные перемены: Трамп набирает 46 процентов, опережая Клинтон на 1 пункт.

Как события 15-летней давности влияют на итоги выборов – «Фонтанке» объяснила старший научный сотрудник сектора внешней и внутренней политики США Института мировой экономики и международных отношений РАН Виктория Журавлёва.

- Виктория, скажите, наконец, кто победит у них на выборах? Это полное безобразие – так мучить россиян, которым ужасно важно, кто будет президентом Америки.

– А вот и не узнаем до 9 ноября. Если серьёзно, то действительно измениться всё может в последний момент. Пока математически победу предсказывают Хиллари Клинтон, она набирает большее число голосов выборщиков. Но есть несколько факторов, которые могут разрушить картинку. И один из них – реакция на новые вскрытые данные.

- А есть реакция? Данные-то, мягко говоря, неновые.

– Реакция есть. Изменилась ситуация в так называемых колеблющихся штатах. Неделю назад Хиллари шла впереди во всех таких штатах, кроме Огайо – единственного, который продолжал поддерживать Трампа. Сейчас ситуация изменилась: Флорида и Невада сместились к середине, предпочтения практически поделены между кандидатами. На так называемых solid democratic, убеждённых демократов, это, я думаю, мало повлияет. Но все эти «октябрьские сюрпризы» имеют серьёзный долгосрочный эффект.

- Долгосрочный? До выборов – меньше недели.

– Я говорю о том, что будет после выборов. Если Хиллари победит, она придёт в Белый дом с низким процентом поддержки. Это очень плохо в сегодняшней ситуации в США, когда Конгресс контролируется другой партией и фактически блокирует повестку президента. В этой борьбе с Конгрессом общество – один из игроков, оно даёт президенту легитимность его повестки. Если поддерживает. Так, например, было с Обамой. Если у Хиллари Клинтон такой поддержки не будет, она окажется достаточно слабым президентом. Думаю, именно в этом ключе надо рассматривать «октябрьские сюрпризы»: как работу республиканского истеблишмента на время прихода Хиллари в Белый дом.

- Вы хотите сказать, что республиканский истеблишмент верит в победу Клинтон?

– По крайней мере, он очень сильно на это рассчитывает. Потому что очень не хочет, чтобы победил Трамп.

- Ещё раз: республиканский истеблишмент желает победы Хиллари?

– Они не считают, что Трамп выражает республиканские ценности. Они боятся, что он может стать президентом, позорящим республиканскую партию. Плюс они опасаются, что его, в отличие от Хиллари, будет сложно контролировать. Потому что она, со всем её шлейфом скандалов, фактически оказывается на крючке у истеблишмента. Дальше на неё будут давить возможностью раскрытия каких-то новых скандальных дел, связанных, например, с Фондом Клинтонов. Фактически они делают её зависимой от её прошлого и от прошлого её мужа.

- А что, с Фондом Клинтонов действительно что-то не так?

– Пока все расследования ФБР никаких серьёзных нарушений не нашли. Но это – работа на ухудшение имиджа Хиллари. Она всё больше и больше выглядит как коррупционный политик. Как политик, работающий на интересы Уолл-стрит, капитала. Не защищающий интересы того самого «маленького человека», о котором якобы так печётся.

- Что ей могут сделать? Импичмент объявить?

– Для импичмента нужны конкретные, серьёзные доказательства и факты, которых пока у республиканцев нет. И, как показывает дело её мужа, даже когда факты есть, президент может выйти из этого процесса ещё и с повысившимся рейтингом. Он же тогда не просто выиграл импичмент, он, в конце концов, ушёл с поста одним из самых популярных президентов.

- Ну, это надо быть таким милахой, как Билл Клинтон, у Хиллари такой харизмы нет.

– Да, у неё нет харизмы. Но они, скорее, будут действовать по-другому: работать на то, чтобы ослабить её президентство, сделать нереализуемой её повестку. В итоге она после первых четырёх лет уже баллотироваться не будет.

- Её и так называют президентом одного срока. Ей 69 лет.

– Ну и что? Ей будет всего 73 года. Посмотрите на Байдена. Посмотрите на Сандерса. Все прекрасно себя чувствуют и работают. Нет, возраст – этого республиканцам недостаточно, чтобы надеяться, что она не проработает больше одного срока. Им надо активно работать над этим. На это все скандалы и направлены.

- Почему бы республиканцам просто не найти кандидата, с которым не будут сравнивать Клинтон по принципу «между плохим и очень плохим»?

– Это требует такой работы, на которую республиканская партия пока явно не готова. Она переживает серьёзный идеологический кризис. Он связан с наплывом с 2010 года правоконсерваторов и смещением повестки в правоконсервативную сторону. Это оказалось востребованным только в ограниченный период, пока был кризис. А сейчас партия выглядит несколько закостеневшей. Помните безумное множество совершенно консервативных претендентов на праймериз с лозунгами из Средневековья? Плюс: основной запрос у электората – работа, создание рабочих мест. Что предлагает республиканская партия на протяжении десятилетий? Создавайте себе работу сами, мы сейчас снизим налоги на бизнес – он вам создаст рабочие места.

- Ну и правильно: мы вам дадим удочку, а не рыбу.

– Только бизнес не создаёт рабочие места. Проблема никуда не девается. И что? Поэтому легче уничтожать будущего президента, чем меняться самим.

- Вы говорите, что компромат на Клинтон – работа республиканцев. Вы считаете, они как-то повлияли на главу ФБР?

– Думаю, что да. Это давление на уровне истеблишмента.

- Я читала про Джеймса Коми. Да – он когда-то был зарегистрированным республиканцем, но потом поменял взгляды. При этом его считают абсолютно порядочным человеком, а Обама, назначая его на пост, называл совершенно независимой персоной.

– А потом через десятилетия в каких-нибудь мемуарах вскрывается такое – читаешь и удивляешься. Там может быть всё что угодно.

- «Рука Кремля», например?

– Нет. Вот это – точно нет. «Рука Кремля» – это, такой, скорее, щит, который использует Клинтон, чтобы отвести от себя обвинения. Не может она ответить на обвинения по поводу почты. Это ведь компрометирует её не просто как политика, а как представителя женщин-политиков. Что первое у вас всплывает, когда она говорит – «ой, я не знала»?

- Баба-дура?

– Вот. И все шуточки по поводу женской логики.

- Это сексизм.

– И что? Белый мужчина пойдёт голосовать за такую женщину? Она могла бы открыть дальше дорогу женщинам-политикам, а как она её открывает?

- Ну, знаете, Хиллари, на самом деле, совсем не ассоциируется с образом «безмозглой блондинки». И потом, вы же сами как-то говорили, что в то время, когда она была госсекретарём, обязательное использование рабочего сервера ещё не было законом.

– Да, законом не было. Но это же должно быть на уровне профессиональной логики разумного политика.

- Почему-то все разоблачения направлены против Клинтон, а против Трампа…

– Ничего не нашли.

- Только жалкая история с харрасментом, которую даже странно использовать как аргумент на президентских выборах. Что это означает?

– Это означает, что демократы явно очень старались найти на него компромат, но не нашли, кроме скандала с женщинами, который оказался совсем не таким значительным, как им думалось. Именно поэтому Клинтон активно использует «российскую карту», Трампа пытаются представить российским агентом. Но вот только сегодня я услышала, как глава ФБР сказал, что связей Трампа с Россией не обнаружено. То есть пока даже этим его зацепить не могут. Хотя, на самом деле, у него есть серьёзная слабость.

- Налоги?

– Конечно, вопрос с налогами. В глазах среднего американца Трамп предстаёт богачом, который использует всевозможные лазейки, чтобы не платить свою часть в бюджет. Для меня удивительно, почему демократы перестали давить на это.

- Это заслуга Трампа или недоработка штаба Клинтон?

– Видимо, он просто формально снял вопрос, предоставив документы, и на вопрос о своём банкротстве вроде бы ответил. Думаю, его реально сложно за что-то схватить.

- Вы сказали, что этот «компромат» меняет расклад в колеблющихся штатах. Но в колеблющейся Неваде, например, всего-то 6 мест выборщиков. Такие штаты серьёзно помогут Трампу, если определятся в его пользу?

– Да, это не даёт Трампу большого числа голосов в коллегии выборщиков. И чисто арифметически ситуация у него не улучшилась настолько, чтобы говорить, что он станет президентом. Но сами колебания рейтингов означают важную вещь: положение Клинтон шаткое, оно может измениться в любой момент. Даже в день выборов. Победа Клинтон очень зависит от явки избирателей. А фокусный избиратель демократов – афроамериканцы. Это политически и социально наиболее пассивная группа в США. В 2008 году – да, они все пришли и проголосовали за Обаму.

- По понятной причине.

– Да: для них было принципиально важно поддержать своего человека. Клинтон они поддерживают, но она для них – не своя. Насколько они готовы бросить все дела, мобилизоваться и прийти, насколько она способна заставить их это сделать – большой вопрос. День голосования в США – это не так, как у нас, когда в соседнюю школу пришёл, две минуты у тебя всё заняло, вернулся домой. На выборах 2012 года было несколько скандалов из-за того, что люди проводили на участках по 3-4 часа. И это, не забывайте, будний день. То есть фактически ты должен или перед работой пойти, или после, или как-то выделить время. Это особенно тяжело для малоимущих семей, а к таким чаще принадлежат афроамериканцы. Именно у них такая работа, где день не сократить.

- Поэтому Хиллари в поездках по стране призывает голосовать досрочно?

– Для демократов очень важно, чтобы в максимальном количестве штатов, особенно там, где количество афроамериканцев максимальное, было досрочное голосование. Поэтому и в штатах, которые до сих пор контролируются республиканцами, до сих пор не приняты законы о досрочном голосовании. Есть ещё один момент: ужесточение правил голосования, связанное с предоставлением документа с фотографией. Это тоже – удар по избирателям демократов. Фактически, речь идёт о паспорте, а он есть далеко не у каждого афроамериканца. Бедное население живут по социальным картам, которые в США вполне могут сойти за документ. Понятно, что вводят эти ограничения республиканцы, чтобы избежать нарушений. Но фактически это – удар по электоральной базе демократов. В том, что афро- и латиноамериканцы остаются и будут оставаться за демократами, – одна из слабостей республиканской партии. Это самая растущая демографически группа. По различным оценкам, к 2043 году ожидается, что нынешнее этническое меньшинство в США станет большинством. То есть электоральная база демократической партии растёт, а республиканской – сокращается.

- Но параллельно ведь в США идёт другой процесс: всё больше афроамериканцев – образованные, продвинутые, обеспеченные. Я лично знакома с писательницей-афроамериканкой, её зовут Карен Уотсон, она и сама голосует за республиканцев, и окружающих агитирует. Правда, живёт она в республиканском Далласе.

– Это всё равно по-прежнему незначительный процент. И сейчас демократическая и республиканская партии начинают меняться местами – с точки зрения представления интересов людей разного социального и экономического положения.

- Мы это видим по электорату Трампа, за которого голосуют, судя по опросам, rednecks, рабочий класс.

– Да-да, это показатель. Республиканская партия всегда считалась партией высокообразованного белого населения, демократическая – партией малоимущих белых рабочих и этнических меньшинств. Сейчас малоимущее белое население становится составной частью базы республиканцев. Но этот сдвиг – тоже не в пользу республиканской партии: если в 1980-х белый рабочий класс составлял 50 процентов населения, то сегодня – 28-30 процентов. И дальше эта группа будет сокращаться. Так развивается экономика в США, эта группа всё меньше востребована. То есть и тут республиканцы получают сокращение электоральной базы.

- А высокообразованные белые, наоборот, «левеют»?

– И переходят к демократам. И афроамериканцы, получающие высшее образование и переходящие в более высокую социальную группу, остаются за демократической партией.

- Объясните, пожалуйста, как работает схема, при которой исход президентских выборов, в конечном счёте, определяют не избиратели непосредственно, а выборщики. Зачем они придумали себе такую сложную систему?

– Нельзя сказать, что исход решают выборщики. Это крайне редкая ситуация, которая складывается, когда кандидаты идут очень близко друг к другу и могут набрать почти равное число голосов. Как, например, сейчас. Вот тогда исход будет определяться тем, как проголосуют штаты, приносящие в Коллегию выборщиков больше голосов.

- Как Калифорния, где 55 мест выборщиков?

– Совершенно верно. Это самое большое число выборщиков, и именно это позволяет многим экспертам говорить, что Клинтон победит. Но важно, что на стандартных выборах есть явный фаворит, который получает большинство голосов электората, и тогда коллегия выборщиков дальше просто фиксирует его победу. Всё.

- Зачем такие сложности?

– Этот процесс сохранился исторически. Схема была принята совсем в другой Америке: низкообразованное население, которое отцы-основатели считали не способным брать на себя ответственность за выбор главы государства. Они же только-только согласились, что исполнительная власть должна быть независимой. До этого считалось, что она должна зависеть от Конгресса. И вообще, долго существовало мнение, что президента должен избирать Конгресс. Передать выборы президента народу – это для них было огромным шагом вперёд. Это же какие времена были, помните?

- 1789 год.

– XVIII век! В России – крепостное право. А Америка уже совершила такой прыжок. И им нужен был «страховочный пояс» при передаче народу такой власти. Для этого была создана такая двухступенчатая система: народ избирает определённое количество выборщиков от каждого штата в Коллегию, а потом Коллегия подытоживает. Сейчас это выглядит архаикой.

- Голосование за выборщиков – это как работает?

– Если формально по Конституции, то в первый вторник после первого понедельника високосного года американец приходит голосовать не за президента. А за выборщиков. Изначально именно так и было. Каждый выборщик, когда его назначали, давал клятву: голосовать в соответствии с решением своей партии. Если он выборщик от республиканского кандидата, то именно за него голосовать и будет. Были в истории случаи, правда – всего несколько, когда выборщик голосовал за другого кандидата. Был даже случай, когда выборщик проголосовал за самого себя.

- А был случай, когда проголосовал за умершего кандидата.

– Да, был. Но это означает политическое самоубийство для выборщика: его больше не позовут ни в органы власти любого уровня, ни тем более в выборщики. И вот раньше американцы выбирали определённое число выборщиков в каждом штате, а потом выборщики голосовали за того кандидата, к которому «прикреплены». Сейчас даже бюллетени выглядят по-другому. Во многих штатах вообще нет фамилий выборщиков – они идут списком. А голосует население за кандидатов в президенты. Под этим подразумевается, что, голосуя за Трампа или за Клинтон, американец голосует за список выборщиков, которые поддерживают Трампа или Клинтон. Дальше выборщики соберутся – и это будет второй этап: они проголосуют, это зафиксируют на бумаге, передадут вице-президенту – главе Сената. И только в январе конверт будет распечатан – и глава Сената объявит имя нового президента США.

- Какой ужас. Вы хотите сказать, что нам мучиться до января? И 8 ноября мы не узнаем, кто новый президент США?

– Поскольку система уже стала в большой степени данью традиции, уже давно решение, принятое в ноябре, и становится выбором президента. Кто получит большинство голосов электората 8 ноября – тот уже 9-го будет объявлен президентом.

- Вдруг до декабря случится какой-нибудь «ноябрьский сюрприз»?

– Если даже будут какие-то спорные моменты, то об этом объявят сразу. Тогда решение будет «подвешено». Начнётся пересчёт. Но результат всё равно объявят в считаные дни.

Беседовала Ирина Тумакова, «Фонтанка.ру»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор

MarketGid

Загрузка...