Россия во сне и наяву

Про открытие Олимпиады вы уже видели все от Эрнста. Церемонию, может быть, лучше было смотреть по телевизору, потому что под него она и сработана. Несколько слов о том, чего экран не передает, – о масштабах.

Главный редактор "Фонтанки.ру" Александр Горшков о первых днях Олимпиады в эфире fontanka.fm – видео

Масштаб безопасности. Регион Сочи в эти дни – самое безопасное место в России. Это вы начинаете чувствовать еще в адлерском аэропорту, пока самолет после посадки продолжает движение к зданию вокзала. За иллюминатором вдоль летного поля через каждые 100 – 200 метров – военнослужащие в полной экипировке, пристально всматривающиеся вдаль. Вдобавок к полицейскому, настойчиво гоняющему вечных таксистов от входа в терминал («За дорогу все отошли, сколько раз говорить!»), человек в казачьей форме. Такие то и дело встречаются в разных местах. Полицейские почти на каждом шагу – в патрульных машинах и пешие, в городе и под пальмами вдоль дорог.

Пальмы, 10 градусов тепла, отдельные смельчаки, лезущие в море, и снежные горы на заднем плане – такую Олимпиаду могли придумать только в России. Пока новый немецкий электропоезд с именем «Ласточка» преодолевает три перегона между Адлером и Сочи, патруль трижды проходит вдоль состава. На стражах порядка новая форма, подогнанная по размеру, они выбриты и подстрижены. Откуда такие берутся? Досмотры – то, с чем придется смириться, если вы собрались в Сочи в эти дни. На железнодорожных станциях, в центрах активации паспортов болельщиков, на входе в Олимпийский парк и горные зоны. Рамки, сканеры для рюкзаков и верхней одежды, «поднимите руки-повернитесь». Впрочем, все предельно корректно и почти без очередей. Местные жители, терпеливо ожидающие процедуры, похоже, смирились с этой напастью.

Тем более что сплошная стройка, на которой они жили последние годы, почти закончена, а дороги, развязки, пересадочные узлы, которых до сих пор не видели в России, и прочая инфраструктура остаются. Если бы меня привезли сюда неким тайным для меня образом и спросили версии о том, где нахожусь, я бы, скорее всего, предположил что-то западноевропейско-средиземноморское. Аккуратные крыши и заборы, идеальный асфальт – это не очень вяжется с нашим представлением о своей стране. Да, это фасад, но именно таким видят сейчас Сочи многие гости. Бывавшие здесь в последние годы рассказывают, что, выезжая загодя в аэропорт, никогда нельзя было быть уверенным, что окажешься там вовремя.

Масштабы построенного. Из заходящего на посадку самолета над Олимпийским парком пассажиры разглядывают стадионы внизу и медиацентр размером с Красную площадь. Главная арена «Фишт» (по имени кавказской вершины) внутри кажется намного больше, чем со стороны. Такого современного спортивного сооружения у нас тоже еще не было. Телекартинка не может вместить того, что позволяют глаза и уши. Зрители на трибунах замирали, когда на празднике открытия Игр на высоте четвертого яруса выплывали острова-картинки России, циклопические фрагменты самого знаменитого монумента Веры Мухиной и паровоз, всегда летящий вперед. Вряд ли аллюзии понятны всем иностранцам, но у наших, даже ничего не слышавших о Татлине и Кандинском, это в подсознании.

Все окружающие, насколько я мог видеть, почти не расставались со смартфонами и планшетниками, так что Олимпиада в Сочи наверняка стала первой Олимпиадой в соцсетях. На сорокатысячном стадионе удалось обеспечить отменное качество связи. Живой голос стадиона без закадрового текста комментатора тоже очень интересен. Публика взрывается, когда выходит наша огромная сборная, и пусть тише, но тоже оживленно приветствует горстку венесуэльцев и пару спортсменов с Ямайки, которые где-то в дороге потеряли свой боб. Японская пара, сидящая передо мной, завертела головой в поисках близлежащего экрана, чтобы лучше разглядеть свою сборную. Трибуны рукоплещут знаменосцу Терешковой и не реагируют на Михалкова.

Вторая часть олимпийских объектов находится в горах над Красной Поляной, куда ведет, как говорят, самая дорогая дорога в мире. Надо побывать здесь, чтобы понять, что ни одна страна Запада не решилась бы на такую безумную авантюру – построить за несколько лет то, на что должны тратиться десятилетия, да еще построить с русским размахом и запасом. Там на высотах от 800 метров полно снега и горнолыжные трассы не уступают альпийским по крутизне и красоте.

Один вопрос: как использовать потом все это великолепие, чтобы не простаивало и хотя бы отбивало затраты на обслуживание? В порядке предложения: обязать депутатов и чиновников проводить тут половину своего отпуска. Глядишь, и народ подтянется.

Сочи сегодня удивляют еще и количеством улыбок волонтеров: «здравствуйте», «пожалуйста» и «вам понравилось?». На каждом шагу вас встречают тысячи добровольцев в цветастой униформе. Для меня загадка, как удалось научить эту интернациональную команду так работать! Как вообще удалось создать и запустить этот сложный механизм, действующий практически без сбоев? Организация безупречна. Несколько сот автобусов, прикомандированных на олимпийскую вахту преимущественно из столичного региона, и поезда через два часа после завершения церемонии открытия уже развезли из Олимпийского парка всех желающих. Мы как-то немного отвыкли от такого у себя дома.

Открытие Игр в Сочи сравнивают с Лондоном, Ванкувером или Пекином. В Лондоне было тоже интересно, но для нас точка отсчета – Москва-1980. Это была другая страна. Про нее не расскажешь в нескольких снах о России. Как и одной трансляции церемонии, которую посмотрело полмира, не хватит, чтобы, по замыслу организаторов, в мире узнали и полюбили Россию нынешнюю – новую, устремленную в будущее. Такие стройки случаются в империях, где, как сказал поэт, «сливеют губы с холода, но губы шепчут в лад: через четыре года здесь будет город-сад». По воле одного человека. Это праздник спортсменов, болельщиков и его триумф. А Россия во сне.

Все остальные вопросы мы оставим на послеолимпийское время. Сейчас болеем за тех, кто приехал побеждать.

Александр Горшков, главный редактор "Фонтанки.ру"