От марша к маршу

Не стоит ждать, что кто-то наверху посыплет голову пеплом за побоища, устроенные из-за того, что несколько тысяч человек захотели открыто выразить свое мнение. Объяснительных на события прошлых выходных в Петербурге и Москве не будет. Вернее, комментарии получены, хотя они не очень стыкуются друг с другом. «Некоторые омоновцы превысили полномочия», - помощник президента Сергей Ястржембский. «Милиция действовала правильно», - спикер Госдумы Борис Грызлов. «Акции оппозиции были преувеличены иностранными СМИ», – заместитель пресс-секретаря президента РФ Дмитрий Песков.

Не надо искать и ответ на вопрос «Зачем?», который задают друг другу многие даже весьма лояльные власти сограждане, после разгона вышедших на улицу манифестантов. Митингующих, большинство из которых не может отчетливо сформулировать, в чем заключается их оппозиционность и с чем именно они не согласны, разгоняли не зачем, а потому что. Потому что они разрушают картину благолепия, которую старательно рисуют пропагандисты. Потому что никто не должен почувствовать хотя бы намека на слабость власти. Дать возможность желающим пройти несколько километров воспринимается как посягательство на сложившийся порядок. Поэтому немотивированные удары дубинкой по голове – не случайные действия отдельных превысивших полномочия сотрудников. Это часть сценария и продукт трансформации государства за последние годы. Власть эволюционирует в сторону ужесточения во всех областях от политики и экономики до культуры и науки. Силовики, на несколько часов фактически взявшие под контроль центры двух столиц, и действовавшие помимо гражданских администраций – промежуточный этап этой эволюции.

Они учатся от марша к маршу. «Будет изучен опыт противодействия ультрорадикалам», - заявил по итогам событий Песков, посетовав, что власти не повезло с оппозицией. Опыт уже изучен. Силы милиции укрепили внутренними войсками, а участники митинга говорят о провокаторах, которых видели в своих рядах. Перефразируя товарища Сталина, можно сказать, что другой оппозиции у нас для вас нет. Когда политики (по формуле того же Грызлова, Дума - не место для дискуссий) не остается в парламенте, она выходит на улицу. На улице ее ждут «космонавты» с дубинками. Если против пары тысяч митингующих на санкционированном мероприятии заранее выставляется несколько тысяч стражей порядка с полной экипировкой – быть мордобою. В расчет не принимается, что, следуя известной поговорке, побитые мужают. Надо разобраться, кто провоцирует неразрешенные акции, - говорит Грызлов. Подумать о том, что неразрешенные акции провоцируют их запреты, не досуг.

Получившие в «башню» случайные прохожие и неслучайные демонстранты испытывают злость, а не испуг. Судебные решения, согласно которым десятки задержанных массово бранились матом и учиняли прочие беспорядки, лишь добавляют несогласных. Так закаляется сталь. Так в плавильном котле появляется оппозиция, которая тоже учится от марша к маршу. Так возникает ощущение, что этой оппозиции почему-то очень боятся, а иначе все- таки ЗАЧЕМ бросать такие силы на разгон «незначительных акций».

Первый марш в Петербурге обошелся без серьезных травм. После второго несколько человек оказались в больницах. А после третьего?

Александр Горшков,
заместитель директора АЖУРа