Российская оппозиция показала финнам свое лицо

В Финляндии 20-22 июля состоялись два российско-финляндских политических  действа: в летней резиденции Култаранта президент Халонен встречала президента Медведева, а в Хельсинки, в культурном центре финской православной церкви,  проходил очередной гражданский форум двух стран.

И если встреча президентов была обласкана вниманием прессы, то форум, на котором встретились финские правозащитники и представители российской оппозиции, для медиапространства прошел  не столь заметно. Вместе с тем он был интересен хотя бы тем, что хозяева форума в очередной раз осознали: их гости сами не могут понять, что делать.

Они сошлись, вода и пламень...

Весь форум был определен выступлениями двух видных оппозиционеров — Бориса Немцова и Ильи Пономарева. Если Немцов один из главных действующих неолибералов, то есть «правый», то Пономарев — ярко выраженный «левый» социал-демократ.

Тема форума была заявлена «промедведевская» - «Возможна ли модернизация в России». Первым, после сладчайшего приветствия митрополита Амброзия (хозяина культурного комплекса), со своими известными тезисами выступил Немцов, доказывая, что без демократизации невозможна модернизация. Его профессиональная речь (без сомнения, это был лучший докладчик на форуме, в плане умения говорить для синхронного перевода) была понята всеми, он описал тупик, в котором, по его мнению и мнению его единомышленников,  оказалась Россия — авторитарный олигархическо-бюрократический режим. Никакой свободы и защиты «нормальному» частному капиталу.

Пономарев же с ходу ошеломил собравшихся, в первую очередь, заключением, что в экономическом плане в конце 80-х годов Финляндия была 16-ой республикой СССР. Кроме того он обнаружил в диктатуре южнокорейского генерала Пака положительный пример экономической модернизации по критерию слабого социального расслоения («как в СССР»), а под конец вывел главную причину всех проблем — дикий капитализм.

После этого дискуссия начала принимать несколько неуправляемый характер, поскольку российские оппозиционеры начали подавать реплики с мест, и финским модераторам никак не удавалось ввести бурное течение российской политической мысли в цивилизованные рамки. В какой-то момент  глава форума Хейди Хаутала призвала к порядку, на что сидевший рядом с ней в президиуме Борис Немцов заметил, что это русская манера дискуссии. Госпожа Хаутала, несмотря на чувство гостеприимства, заметила (это было слышно на первых рядах), что форум проходит в Финляндии и неплохо бы уважать традиции хозяев...

Вскоре сложилось впечатление, что российским оппозиционерам нравится сам процесс дискуссии в яркой шумной форме. Россияне явно забыли про финнов и про синхронный перевод. Да и к собственным миротворцам отношение было не слишком-то позитивное — когда Алла Глинчикова заметила, что Немцов и Пономарев - родственные души, хотя один неолиберал, а другой социал-демократ, по залу прошел недовольный гул. А уж когда она предположила, что авторитаризм в России может быть на любом социальном базисе — в том числе и на частной собственности, за спиной послышались едкие замечания о «красной пропаганде». В общем было ясно, что большинство российских оппозиционеров готовы выписать индульгенцию капитализму,  не задумываясь над тем, что жажда денег не гарантирует законности.

Кстати, данная тема получила продолжение на экономическом пленарном заседании, на котором присутствовал и Билл Браудер, гендиректор инвестиционного фонда Hermitage Capital Management. Он показал аудитории фильмы, посвященные делу адвоката фонда Сергея Магнитского из серии «Каста неприкасаемых» (уже широко распространенные в Интернете). Билл в беседе с автором этих строк высказал надежды на юридический успех в защите тех, кто пострадал в результате преследования его фонда, но был достаточно скептичен в отношении перспектив для западных инвесторов...

Кулуарная мудрость

Самое интересное  на подобных мероприятиях — это общение в кулуарах. Из общения  по меньшей мере с полутора десятками российских оппозиционеров стало ясно, что ни о какой солидарности оппозиции не может быть и речи. Путин и Медведев могут спать спокойно — настоящей угрозы существующему порядку вещей нет.

Прав, тысячекратно прав был финский шведскоязычный журналист Нилс Торвалдс (много лет работавший в России), когда заявил, что главная причина бесплодных споров в том, что россияне традиционно пытаются сосредоточиться каждый на своей теме, и никто не хочет принимать в расчет общие интересы.

Нельзя сказать, что у российских оппозиционеров нет некоторых общих идей. Они есть. Например,  тотальная ориентация на англо-саксонскую политическую, но еще более — на экономическую модель. Все наработки, которые были сделаны добившимися успеха странами Азии, или, например, скандинавский опыт отметаются, что называется, «по определению». Но и не признается право России на свой собственный путь.

Даже «левый» Илья Пономарев на вопрос «Фонтанки.ру» о предпочтительной схеме экономического устройства России не счел возможным использование социал-демократического механизма скандинавского типа, видя больше сходства в характере русского народа с американским. В том числе в крайнем индивидуализме, который «может быть даже гораздо сильнее, чем у американцев».

Еще одной платформой, на которой как-то подсознательно сходились российские оппозиционеры, была моральная деградация российского народа, который готов терпеть режим Путина, и терпимость к коррупции в обмен на возможность личного обогащения. Народ был однозначно плох. Но никакой программы работы с ним оппозицией высказано не было.

Отрицательный консенсус совершенно не компенсировался положительным: каких-либо общих идей на тему «что делать» высказано не было -  ни в кулуарах, ни на собраниях. Было такое ощущение, что, желая революции, современные оппозиционеры ее боятся. Слова Льва Пономарева о том, что власть может довести народ до бунта, а бунт в ядерной стране - это кошмар для всего мира, и именно поэтому надо проводить политическую модернизацию режима, можно было бы назвать квинтэссенцией оппозиционных идей «правого толка».

Скромные предположения (высказанные уже под занавес первого дня форума) о необходимости подумать над тем, какие идеалы формируются в обществе, были подняты на смех. Что, кстати, неприятно удивило хозяев. Они-то как раз были не готовы петь осанну свободе частного капитала и винить широкие народные массы в поощрении коррупции.

А финны что?

Разумный вопрос — а зачем финнам нянчиться с российской оппозицией? Такое впечатление, что здесь сливаются финские традиции активного участия в судьбах мира и определенный прагматизм. Что касается морали, то в Финляндии существует общественная прослойка, достаточно заметная, которой интересен мир вообще — они солидаризуются с жителями Тибета, Никарагуа, Сомали и американских индейцев. Чеченцы и россияне входят в этот список на общих правах.

Но есть и прагматичный интерес. Финны заинтересованы в развитии трансграничных связей с Россией, для Финляндии была бы выгодна отмена визового режима, они хотели бы интенсивнее торговать. Но истории, подобные делу Hermitage”,  их откровенно пугают. Они хотели бы иметь дело (кстати — не только они) со страной, в которой закон — это высшая инстанция. И тут подобные форумы гражданского общества имеют большое значение — они позволяют финским официальным лицам, представителям крупного бизнеса услышать жесткую критику российской власти. При сравнении  официальной информации, собственных наблюдений и информации оппозиции у них появляется возможность строить более взвешенные взаимоотношения.

Забавно то, что сейчас Финляндия по сути гораздо более социально-ориентированная страна, нежели Россия. И капитализм скандинавского образца имеет мало общего с тем, что родилось на развалинах СССР. С точки зрения финнов, строить в России свободный рыночный капитализм образца XIX века невозможно. Как заметила финский политолог Саари Синикукка, пытаться искать примеры для модернизации страны в прошлом и за границей — дело пустое, так как то, что было эффективно в отношении одной страны, не будет эффективно в другой стране. Каждая страна должна найти свой путь, отвечающий ожиданиям своего народа и соседей.

Мораль, с точки зрения финских товарищей, имеет важное значение. Как воспитаешь людей, так они и будут жить. Речь идет не только о школе. Важно, чтобы в обществе были популярны те или иные ценности, но они не будут жизнеспособны, если не будет экономической основы для их существования. Нужно менять политическую и экономическую структуру общества, и без этого простому человеку будет всегда проще дать взятку, нежели добиваться своих прав. Но если общество все построено на личных финансовых интересах, то коррупция была и будет оставаться ее пороком. Но вот кто из видных россиян на собственном примере покажет, «что не в деньгах правда»?

Форум в итоге принял обращение к президентам Халонен и Медведеву с пожеланием, чтобы проекты российской модернизации (такие как построение независимой судебной системы, обеспечение верховенства права и развитие сильных демократических институтов) составили важную часть их диалога и будущего российско-финского сотрудничества.А ваш корреспондент поймал себя на мысли, что стал понимать, почему в свое время в России власть взяли большевики.

Прямая речь
Борис Немцов о смысле форумов, проводимых в Финляндии для российской оппозиции:

- Понимаете, вот мы хоть и единомышленники со многими, кто был сегодня (на форуме — ред.), но мы довольно мало друг с другом общаемся. И вот, когда тебя завозят в живописный уголок на окраине Хельсинки и ни на шопинг не пойти и не смыться с заседаний, это приводит к тому, что у нас больше взаимопонимания возникает, мы слышим больше друг друга — это раз.

Второе — есть засилье официальной точки зрения на проблемы, которые в России происходят. Может, для Финляндии это не так актуально, так как здесь много людей самостоятельных и независимых, а вот в Европе общий тренд такой — ну и черт с ними с этим Путиным и Медведевым, мы знаем, что они черт те что исполняют, но мы вмешиваться в это не будем, уж какие есть, такие есть...

Мне представляется, что правдивая информация, в данном случае для финской аудитории, - это важная вещь, поскольку не понимая, что происходит в России, они начинают совершать ошибки, в том числе и во взаимоотношениях. <...> Финляндия - часть объединенной Европы, а это значит, что точка зрения финнов может стать и общеевропейской — а это неплохо...

Константин Ранкс, Хельсинки
для «Фонтанки.ру»