Валерий Комиссаров: журналисты - тоже государство

Нужно ли регистрировать все сайты в Интернете в качестве СМИ — этот вопрос напряженно обсуждается сторонниками наведения порядка в медиапространстве и сетевыми либералами. О перспективах интернет-изданий «Фонтанке» рассказал руководитель Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи, в прошлом – известный телеведущий, Валерий Комиссаров.

   - Если от Вас будет зависеть, в чью пользу принять закон: в пользу бывших коллег-журналистов или в пользу коллег нынешних, "государевых слуг", какое решение примете?

   - Не бывает законов в пользу государства, если они направлены против его части, коей являются журналисты.

   - Что вы у себя в Комитете сделали для СМИ? Конкретные вещи?

   - Недавно наш коллега предложил поправку, в которой он выдвинул идею регистрировать все сайты как СМИ! Вы представляете, что это такое?! Естественно, у любого чиновника возникло бы желание Интернет запрещать, "шлюзовать"... Мы категорически против этого. Что значит признать сайт СМИ? У нас в России несколько миллионов сайтов, значит, все сразу побегут их регистрировать! Забавно... Ну, а как можно отследить миллион сайтов?! Как вы это себе представляете?! В России две с половиной тысячи телекомпаний - так под них создана целая госструктура... А миллион сайтов?! Но дело даже не в этом. Интернет - будущее средств массовой информации. Рано или поздно все перейдет в Интернет. Мы жестко стоим против попыток ограничить свободу в Интернете. Вот вам классический пример нашего заступничества за СМИ. За вами, как за интернет-изданием, - будущее, и мы это понимаем. Во всем мире тиражи бумажных изданий падают. Руперт Мэрдок сейчас пребывает в очень кислом состоянии... Почему падает тираж "Нью-Йорк Таймс"? А зачем тратить три доллара, когда можно бесплатно посмотреть то же самое в Интернете. А Интернет есть уже практически в каждом телефоне. Помяните мое слово - мы с вами обязательно об этом поговорим через разумный промежуток времени - скоро телеканал станет сайтом. Да, мы сейчас говорим о цифровизации - да, это круто, но... Просто широкополосный Интернет еще не так распространен, не такой быстрый и еще дорогой, но мощность компьютеров ведь каждый год удваивается, Интернетом в России пользуется уже каждый третий. А когда-то будут пользоваться все, даже в деревнях, как это уже происходит в соседней с вами Финляндии. Вы будете выкладывать свои телепередачи на сайте, и их тут же будут смотреть! Без проблем! Но за это надо будет, конечно, платить: ведь есть авторское право. Или бесплатно, но за счет рекламы.

   - Понятно. А как возникла поправка в закон о СМИ о том, что можно без суда закрывать издания по обвинению в клевете? Разве это на руку журналистам?  

   - Эта поправка была отклонена. Мы проголосовали «против». У голосования "за", которое было в первом чтении и потом было отклонено, история очень простая. У нас, у единственных, существует уголовное наказание за клевету. И разрабатывая новую модель закона "О СМИ", мы как бы хотели уравновесить... то есть, убрать из статьи Уголовного кодекса наказание за клевету, а уже потом добавить его в закон "О СМИ", но и то - с оговорками... Моя личная позиция всегда была - прессу ни в коем случае нельзя ограничивать. Это, может, единственный, самый эффективный способ борьбы с коррупцией. Другого у нас, увы, не существует. Сильная коррупция в России только потому, что мы, к сожалению, не уделяем в достаточной мере внимания развитию прессы. Прессу не зажимают, но свобода сейчас, как вы понимаете, во многом определяется экономикой. Если журналисту нечего есть - зачем его обвинять в том, что его можно купить! Помните, повару дают сто рублей: "Вот тебе зарплата, только не воруй!" Ну, это же лицемерие! В предложении депутата Шлегеля, о котором мы говорим, было рациональное зерно, но речь не шла о том, чтобы дать возможность просто так закрывать СМИ. 

 За время, которое я возглавляю Комитет Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи, не было ни одного случая, чтобы представители СМИ выразили недовольство нашей работой. Потому что мы как раз стоим на страже интересов журналистского сообщества, его свободы, в том числе и экономической...

   - То есть, если что, к Вам можно обратиться за помощью?

   - Не просто можно, а нужно. А чиновник, который зажимает прессу в любой форме, является потенциальным нарушителем закона! А, может даже, и не потенциальным, а реальным. И к таким чиновникам мы будем подходить по всей строгости закона! Только в балансе с гражданским обществом, запросы которого формулирует как раз пресса, можно модернизировать и реально развивать страну. Другого варианта никто не придумал. Спросите у любого, даже оппозиционного издания, как они относятся к нашей деятельности в Госдуме.

   - Вы упомянули власть денег... Почему бы государству на безвозмездных, конкурсных началах не дотировать некоторые качественные независимые издания? Страна-то уже не такая бедная.

   - Это частично происходит через систему грантов. Это - общественно значимые проекты. А потом, как вы это себе представляете?.. Вы находите идеального чиновника, который будет распределять эти деньги, который краснеет при слове "взятка", который вегетарианец...
В России система любого дотирования, льготирования всегда заканчивалась злоупотреблениями... У нас льготы дают не тем, кто лучший, а кого знают. В отличие от мировой системы, где правит закон, у нас правит человек. Как мы собираемся помогать прессе? Безусловно, прессе, в том числе и на ее распространение, надо уменьшать налогообложение. Так - во всем мире! Естественно, мы будем это делать в Госдуме, но сейчас, к сожалению, кризис, и ни о каком уменьшении налогообложения СМИ пока речь не идет. Хотя до кризиса мы уже начали за это бороться... Я готов вам под микрофон сказать: я за то, чтобы ставка налога на добавленную стоимость на производство изданий и на распространение прессы была - ноль! Это мое глубокое убеждение!
Надо также совершенствовать механизмы развития прессы. В том числе и те, о которых вы говорите. В бюджете каждого города заложена программа поддержки прессы. И в Москве, и в Питере! Надо увеличивать систему грантов... Надо сделать так, чтобы пресса зависела только от Господа Бога и от своего читателя! Любая другая зависимость приводит, безусловно, к необъективности, коррупционности, а, как следствие, к неправде...

   - Как вы относитесь к желанию запретить насилие на экране... Планируется ведь такая поправка?

   - Хорошая поправка! Вы против? Я – не против! Только давайте сначала копнем глубже, к чему она может привести. Все фильмы о войне - это насилие! Как можно бороться с насилием, не применяя праведную силу, скажите? Если наши войска в "Освобождении" наступают и убивают фашистов - это тоже насилие?! "А зори здесь тихие"! В кадре убивают несколько красивых девушек!!! Убивают зверски... Это что - насилие?! Или возьмем фильм с прекрасным названием "Бандитский Петербург". Я-то убежден, что Петербург не бандитский город в прямом понимании этого выражения... Очевидно, что в названии имеется в виду пусть маргинальный, но только узко определенный срез общества Петербурга, срез, который есть в абсолютно любом другом городе. Бандитская Тула, бандитский Владивосток... И, напротив, есть Петербург журналистский, Петербург чиновничий и так далее. Но почему фильм "Бандитский Петербург" так активно смотрят? По одной простой причине. Вовсе не ради "чернухи", а ради того, чтобы увидеть образ человека, который борется за справедливость, который сможет защитить... Вот и все! В этом весь секрет полицейских сериалов или такого рода фильмов. "Бандитский Петербург" хороший фильм, я его с удовольствием смотрел.
Да, безусловно, некий перебор насилия на телевидении есть. И будет! И он есть в любой другой стране. Да, но в ресторане тоже есть перебор еды, вы можете там наесться или напиться так, что вас скорая помощь заберет. Умейте вовремя останавливаться и делать выбор. К тому же, все постепенно сегментируется. Если вы посмотрите государственный канал, там в этом отношении выверенная, выстроенная политика и вопросов нет. Но есть так называемые "мужские каналы"... Если фильмы сняты ради того, чтобы исключительно показать горы трупов - их надо ставить в позднее время. Что - мы будем создавать 16 каналов "Культура"?! Кого сегодня не спросишь: "Что ты смотришь?" "Канал "Культура"! Ну, это же вранье! Притом, что "Культуру" сейчас возглавил прекрасный профессионал Сергей Шумаков. Просто все хотят прослыть интеллектуалами, которых интересуют только Шнитке и Бах. Мы все любим и Баха, и Шнитке, но когда мы их в последний раз слушали-то? Кстати, помните обилие желтой прессы в 1990-е годы? Где она? Нету... растворилась. Потому что читатель сам отверг ее. То же самое происходит и с фильмами, в которых преобладает насилие. Да их уже стало намного меньше. А останется ровно столько, сколько их будет готов воспринимать зритель. А если принимать какие-то запреты на насилие на телеэкране, то любой житель вашего Васильевского острова выиграет суд у любой телекомпании в отношении любого телефильма. В том числе против моего любимого - "В бой идут одни старики".

   - Какие-нибудь питерские издания читаете в силу служебного положения?

   - "Фонтанку" читаю уже только потому, что вы - ведущее региональное интернет-издание России, соответственно, номер один в питерском Интернете.И я еще раз повторяю: за Интернетом будущее. Бумажные издания будут сокращаться - это неминуемый процесс. Человечество готово платить за "быструю правду". Любое интернет-издание - само по себе инновация, но, важно понимать, что в Интернете победит тот, кто сделает контент. Хорошее содержание. Мы в Госдуме проголосовали за прямые трансляции пленарных заседаний в Интернете. Теперь всем ведущим московским информагентствам придется приспосабливаться к этой ситуации. Может быть, брать какие-то эксклюзивные комментарии у депутатов... А это уже не просто: отловить ньюсмейкера, чтобы он сказал что-то интересное, живое, а особенно - правдивое.

   - Нет ли опасности в том, что компьютер, виртуальный мир и иные инновации заменят человеку душу?

   - Билл Гейтс говорит, что еще пару-тройку лет, и каждый компьютер будет иметь личность. Но, конечно, будут какие-то программы, ограничивающие волевые способности компьютера, иначе он рано или поздно превратиться в компьютер из фильма "Терминатор". Личность компьютера - это умение влиять на окружающую среду, выполнять те или иные команды. Следующий этап - умение сопереживать... Компьютер уже победил человека в шахматы. Побеждать он стал, когда научился жертвовать фигуры! Значит - думать. Я приобрел жене электронную книгу. Это - тоненькая планшетка, в которую можно закачать Большую советскую энциклопедию. Электронная книга не излучает, а - напротив - сама читается в отраженном свете, под лампой. К сожалению, она пока только в черно-белом варианте, но уже через год будет цветной. Через пять – с трехмерными изображениями и музыкой. А через десять лет - с запахами! Надеюсь, с хорошими запахами. Но, конечно, в какую бы форму цивилизация ни облачала интеллект, ничто не сможет заменить духовность человека. Виртуальность прекрасна, но не надо бояться, что она сможет подменить природу человека.

- Валерий Яковлевич, Вы начинали, насколько я знаю, еще во "Взгляде"...

   - Даже раньше, еще до ВИДа. Я начинал свою журналистскую трудовую деятельность в молодежной редакции центрального телевидения. Тогда ее возглавлял Эдуард Сагалаев. Был еще Советский Союз, Гостелерадио... шел 1987 год. Там была кузница молодых и, будем так говорить, дикорастущих и, в то же время, перспективных в профессиональном и глубоких в человеческом и духовном плане людей. Я работал администратором у Владимира Яковлевича Ворошилова, который тогда вел "Что? Где? Когда?" Также администратором я работал у Александра Васильевича Маслякова, который продолжает, слава Богу, и сейчас делать КВН. Я работал корреспондентом в программах "Взгляд", "Пресс-клуб", на "Авторском телевидении"...

   - Как Вы из нашей сугубо нечиновничьей профессии пришли в политику?

   - Все предельно просто. И тогда, и сейчас я придерживаюсь точки зрения, что если ты хочешь, пусть даже творчески, кому-то что-то доказать, изменить жизнь к лучшему, ты должен иметь для этого соответствующие рычаги и возможности. Как на самом деле трактуется обломовщина? Человек ничего не предпринимает, отговариваясь тем, что не хочет никому навредить. Многие люди говорят: "Мы занимаемся чистым творчеством и этим улучшаем жизнь". Может быть, они в чем-то и правы, я не хочу их осуждать. Но я воспитан при советской власти и это означает, что меня волнует все: начиная от голодающих в Африке, проблем Кубы и так далее.

   - Телевидение, на котором Вы вели авторскую программу в 1990-е годы, и есть "четвертая власть". Улучшали бы жизнь к лучшему, используя ее возможности.

   - Да, я с 1996 года вел программу "Моя семья". Ко мне приходили простые люди: матери, жены, отцы, братья и сестры - приходили с конкретными просьбами. Женщину, родившую ребенка, к примеру, увольняли с работы. Я тут же бросался звонить соответствующему чиновнику, а мне в ответ говорят: "Ах, Комиссаров!.. Конечно, знаем - хороший ведущий! Ну, вот и веди себе дальше..." Я: "Ну, как же так?! Вы же нарушили закон, уволив мать двоих младенцев! Им теперь есть нечего..." Мне снова в ответ: "Ты - ведущий? Ну, вот и веди..." Помните, как у Высоцкого? Ему один полковник говорит: "Спой, Володя!" А Высоцкий ему: "Постреляй, полковник!". Это был самый разгар наших лихих девяностых, когда шло некое броуновское движение: гвозди меняли на насосы, насосы на апельсины, все занимались брокерством, не зная, что это такое, и грезили, что впереди все хорошо. Вот тогда я и понял, что что-то можно попытаться изменить, лишь имея для этого рычаги. А рычаги появляются у тебя, когда у тебя есть определенные полномочия. Я сознательно пошел во власть…

   -...но все-таки не для того, чтобы выбивать пособия отдельным людям или чинить им краны, а, наверное, чтобы принимать законы, которые помогали бы решать глобально проблемы.

   - Тот, кто заботится только обо всем человечестве, никогда не думает об одном человеке! Расскажу случай, который будет интересен вам как творческой личности. Приходит ко мне человек из моего депутатского округа и говорит: "Спасите, помогите, тонем!"- Я: "В каком смысле тонете?!"- "Наша маленькая деревушка превратилась в Венецию! У большой водонапорной колонки сорвало кран и две недели бьет огромный фонтан - затопило всю деревню!" - Я изумился: "Послушайте! Неужели у вас нет местного самоуправления? Зачем идти к депутату Государственной думы?! Пусть местный чиновник купит этот кран за свои деньги и поставит его" - "Никто этого делать не хочет..." Естественно, я это наводнение ликвидировал, попутно предупредив нерадивого главу местного самоуправления, что если он так будет поступать впредь, я это не оставлю без внимания на всех уровнях. Это была моя маленькая победа!

   - Но это - капля в море, Валерий Яковлевич, согласитесь. А вот одной из Ваших ранних законотворческих инициатив был законопроект о запрете отключать в летний период в России горячую воду. Спасли бы сразу не одну деревню от наводнения, а всю Россию от обезвоживания!

   - Относительно глобальных и частных проблем - одно другого не исключает, поймите! Да, мой законопроект не прошел, но многое благодаря ему уже изменилось. Во-первых. Если вы обратите внимание, нигде уже не отключают горячую воду на месяц, как было раньше. Только на три недели, а кое-где уже только на две. Это тоже маленькая победа: уже в два раза меньше издеваются над людьми. Во-вторых. Москва не сразу строилась... Прошу прощения перед петербуржцами за московскую пословицу в данном случае. Я возвращаюсь к своей мысли о том, что тот, кто думает только обо всем человечестве, а не думает о конкретном подъезде, где погасла лампочка - тот карьерист и только. Я никогда не был карьеристом. Я человек верующий, и если Господь наделил меня какими-то возможностями, я должен что-то отдавать взамен, потому что если ты отказываешь просящему - ты отказываешь Господу Богу.

Лев Сирин, «Фонтанка.ру»