Военный эксперт Валерий Ширяев: «Это политический налет»

Удар беспилотниками по Петербургу и Ленобласти нанесен в день открытия ПМЭФ. Это был сигнал не столько военным объектам, сколько городу, форуму и его гостям. В интервью «Фонтанке» военный эксперт Валерий Ширяев объясняет, почему атака оказалась возможной и зачем ее предприняла Украина.

— Валерий Геннадьевич, очень серьезная дроновая атака на Петербург — такого у нас еще не было. Почему, на ваш взгляд, это стало возможным?

— Оговорюсь — оценивая атаку, мы исходим из приблизительного числа БПЛА, прорвавшихся через ПВО. И получается, что процент прорвавшихся похож на тот, что прорывается при атаках в других регионах: не в Москве и Московской области, а в целом по России. Это примерно 10%. То есть никакой сенсации нет. Другой вопрос: почему это получается у Украины в Петербурге и Ленинградской области? Потому что она решила использовать наиболее безопасный маршрут пролёта к Финскому заливу, где располагаются самые важные нефтеперевалочные порты России, — на Балтике.

Моя точка зрения — это пролёт через прибалтийские страны без уведомления правительств и военных этих стран. Просто вот летят внаглую и никому ничего не рассказывают, не предупреждают. А если БПЛА падают там, то как бы говорят: «Ну, терпите».

— Риск поссориться с этими странами оправдан?

— Это очень умное военное решение. Потому что, когда ты летишь через Белоруссию, Псковскую или Новгородскую области на север, в пути сбивают из 100 дронов 90. А когда ты летишь через европейские территории, над которыми включён Starlink и оператор может ими управлять через спутниковую связь, то в Финский залив вылетают, условно, все 100 дронов. То есть это абсолютно безопасный маршрут следования, который выводит в район конечного удара максимум БПЛА (практически сколько вылетело — столько и долетело) — по целям как Петербурга, так и вокруг Петербурга.

Чтобы преодолеть расстояние в 800 км до Ленинградской области, надо пролететь через очень большое количество рубежей противовоздушной обороны — на всём протяжении российско-украинской границы их сбивают, сбивают и сбивают. А через Прибалтику гарантирован пролёт без единой потери. Ну и чему удивляться, что они вышли через Финский залив на бреющем полёте, когда нет ни сильного ветра, ни морского волнения?

— То есть там они летят очень низко, и их сложно обнаружить?

— Да. Если они в среднем летят на высоте 50–100 м над землёй, то здесь можно снижаться, как крылатым противокорабельным ракетам — до 10–15 м над водой. Причём они могут ещё и управляться через спутниковый интернет. Соответственно, очень резко снижаются дальность и эффективность их обнаружения радиолокаторами. Более того, РЭБ сложно обнаруживать БПЛА, когда они летят низко, а когда они низко летят над морем — еще сложнее. В результате они выходят в район цели по большей части незамеченными.

— Почему эта атака случилась именно 3 июня, в день открытия ПМЭФ?

— Это не стратегический замысел, а политический налёт. Он напрямую связан с открытием Санкт-Петербургского экономического форума.

Тут читается напоминание о себе Владимира Зеленского — Владимиру Путину. Это попытка медийного воздействия на всех гостей в том смысле, что всё не так просто, что никто не в безопасности — вот, пожалуйста, вам пример.

То есть в атаке 3 июня на Петербург можно выделить, строго говоря, две вещи. Первая — ее замысел не имеет большого отношения к военным целям, к стратегическим расчётам. Это желание дать знать гостям ПМЭФ и Путину, что «мы здесь».

Вторая — яркость картинки. Это сделано так, чтобы удар заметили. Проще всего поджечь какой-нибудь бак с топливом — организовать большой-большой столб дыма, который видно со всех сторон. Петербург — город плоский, в отличие, например, от Москвы, ничто не перекрывает этот столб дыма, его видно издалека. Если бы это произошло, допустим, в Пятигорске, то половина города его бы не увидела.

— Петербуржцы любят рефлексировать по поводу того, что в Москве больше ПВО, там таких прилетов нет.

— Сравнивать Москву и Петербург не получится из-за столичного статуса Москвы. Хотя согласен, ваш город — номер два, несомненно. Если мы говорим о политической бомбардировке, а не военной, то для Москвы она будет иметь гораздо большее значение, чем для Петербурга. И однозначно налет дронов во время ПМЭФ — это желание нанести имиджевый удар «московского» масштаба.

— Летело с разных сторон. Получается, что наша система ПВО, вынуждена была выбирать, с какой стороны отражать атаку?

— ПВО, по идее, должно быть многоракурсным, способным отражать налет с любой стороны. Чтобы защитить Петербург, в том числе с моря, нужно организовать работу воздушной ПВО. Я имею в виду авиацию, ей все равно, откуда и что летит, — она все собьет, любое средство воздушного нападения. Насколько я знаю, она была задействована, Ми-28 летал и сбивал дроны над городом.