Таможня и ФНС закрутили гайки импортерам обуви. Цена упала, а прибыль продавцов выросла

За первые два месяца 2026 года китайцы отчитались об отправке в Россию 97,7 млн пар обуви. Эта цифра удивляет экспертов — она на треть превышает прошлогодний уровень, притом что никакого роста продаж на нашем рынке не наблюдается. «Фонтанка» искала, куда делись «лишние» 24 млн пар китайских кроссовок — и кто за них заплатил.

Китайская таможня подвела итоги первых двух месяцев 2026 года: рост поставок в долларах оказался чуть скромнее, чем в парах обуви, за счет падения средней цены за пару в декларациях: минус 11%, до 6,62 долл. Однако даже этот прирост в 98 млн долл. должен как-то объясняться, ведь кто-то заплатил китайцам за «лишнюю» обувь.

Опрошенные «Фонтанкой» эксперты склоняются к техническим причинам роста показателей на китайской таможне: она и считать стала чуть по-другому (новая форма «фапьяо», китайского счета-фактуры), а главное, российская ФТС и налоговая перекрыли множество серых схем поставок обуви и импортеры просто вынуждены теперь быть честными на таможне.

Однако даже если речь не о физическом увеличении поставок «в штуках», а об обелении рынка, российская казна за счет этого получила дополнительно приличные деньги.

Одно из объяснений роста обувной номенклатуры в отчетности китайской таможни — более строгий учет. К примеру, ранее там существовал таможенный код 98050000 «Предметы B2C трансграничной электронной торговли». За 2024 год так было оформлено 38 млн единиц товара на 223 млн долл. В феврале 2025 года этот код перестал применяться, и очевидно, что часть его перетекла в обувь.

Еще одна лазейка — возможность ранее вообще не обозначать обувь. В китайской классификации есть код 98040000 «Предметы низкой стоимости по упрощенной таможенной процедуре». По факту, это просто огромная дыра в таможне: в 2024 году по этому коду было оформлено товаров на миллиард, в прошлом — на 3,9 млрд долл., за два месяца этого года — уже больше миллиарда, то есть в пять раз больше, чем годом ранее.

«То, что задумывалось для индивидуальных покупок, по сути является каналом импорта в промышленных масштабах, — рассказывает Екатерина Железнякова, эксперт по управлению fashion retail. — Количество закупок формируется за счет стремительного роста трансграничной торговли через маркетплейсы. Китайские фабрики напрямую предлагают продукцию, а маркетплейсы суммируют заказы физических лиц».

Привычная экономическая логика «инфляция = подорожание» в этом сезоне дала сбой, по крайней мере с обувью. Обесценивание денег никуда не делось, но итоговая цена пары кроссовок для россиянина осталась почти прежней. А какие-то виды обуви даже подешевели в номинальных ценах.

Причина в удачной конъюнктуре рублевого курса. Так уж вышло, что даже не повышая рублевых цен на фоне инфляции, продавцы стали получать на 10 долл. больше с каждой проданной пары кроссовок по сравнению с прошлым годом.

Вот как это вышло: в 2025 году, когда доллар кусался, импортер покупал обувь в январе–феврале по средневзвешенному курсу 97,0995 и, безусловно, прибавлял свой процент. Теперь, когда курс упал до средневзвешенных 77,2255, на то же количество рублей можно купить заметно больше обуви. Соответственно, в прошлом году с одной пары кроссовок средней стоимостью 3680 руб. продавцы получали 37,9 долл., а в этом — 47,6 долл. За пару женских сапог (в среднем по 8600 руб.) год назад — 88,7 долл., а в этом — 110,6.

Так, из-за укрепления рубля и сохранения тех же объемов закупщики оставили ту же наценку, но купили больше пар обуви, чем в прошлом году. А переводя выручку в доллары, стали зарабатывать на 10 долл. больше за каждую проданную пару кроссовок.

Более того, средняя цена за пару обуви также снизилась с 7,44 до 6,62 долл. Получается, что рубль стал весомее, продавец стал зарабатывать больше, а покупатель ощутил радость от того, что, несмотря на инфляцию, обувь почти не подорожала.