«Завхоз при дворе». В храме «Кулич и Пасха» рассказали, каким был подозреваемый в убийстве жены настоятеля и почему никто не может поверить в случившееся

И прихожане, и клир храма Святой Живоначальной Троицы «Кулич и Пасха» в смятении. Поверить в то, что с матушкой Ниной расправился человек, ставший фактически правой рукой настоятеля, здесь не могут.

Ранняя литургия в «Куличе и Пасхе» началась сегодня, 4 февраля, по расписанию. В храме собралось десятка три человек, что для субботнего утра немало. Пока протоиерей Василий Морозов исповедовал прихожан, накрывая их головы епитрахилью, службу вел иерей Пётр Борисов. В храме, кроме настоятеля, постоянно служат, сменяя друг друга, четверо батюшек, и расписание в «Куличе и Пасхе» насыщенное. Настоятель — иерей Георгий Голубев сегодня в храм не пришел. В причте уже знают почему. Телефонный звонок матери жены настоятеля Нины Голубевой раздался вчера. Женщина в слезах рассказала, что ее дочери больше нет.

Матушку Нину характеризуют в храме как женщину добрую, красивую, отзывчивую, строгую, но по делу. В то, что убить ее мог человек, служивший в этом же храме, верить отказываются.

«Я только сейчас узнал, — говорит Евгений Александрович, по роду занятий — временно бездомный. Он буквально выбежал из храма в слезах. — Это просто невозможно. Я работал здесь, помогал, задания некоторые ее выполнял. Такая женщина, ничего плохого никому не сделала».

«Мы все очень любим и отца-настоятеля, и матушку Нину, — говорит прихожанка храма Ольга. — Приветливая очень, хорошая матушка. Верная помощница настоятеля, красивая, аккуратная, с детками занималась. Это потрясение для нас. Станислав был молодой, веселый. Никаких признаков, что что-то не так, не было. Очень жалко отца Георгия. Трое деток маленьких у них».

— Я не слышала ни о каких конфликтах в храме. Они же начальство, а мы-то что, — говорит пожилая свечница в ответ на вопрос, был ли у матушки какой-либо конфликт с подозреваемым в убийстве.

— Так а Станислав разве был начальством?

— Так он — с начальством, — туманно поясняет свечница и на дальнейшие расспросы уже не соглашается. — Я ничего не буду вам говорить, а то вы сейчас такое напишете!..

В причастность Станислава в храме не верят. «Он не мог это сделать, его даже не было там, на Коломенской, — говорит работница церковной лавки. — Как это — он пошел в подъезд убивать матушку? Он вчера в храме был, на вечерней службе».

«Утром в храме отец Пётр был, около 14 часов видел Стаса в храме, а вечером моя супруга с ним общалась на службе, — говорит отец Василий. — И что же, получается, он играл неведение? У меня это пока не укладывается в голове». Священник отмечает, что Станислав был первым, кому отец Георгий позвонил, узнав о трагедии. Он попросил заказать панихиду по жене.

Теперь — три факта о храме «Кулич и Пасха». Во-первых, с точки зрения архитектуры это здание, действительно похожее внешне на пасхальную трапезу, для XVIII века весьма необычное, если не сказать — уникальное. Во-вторых, здесь крестили адмирала Колчака. А в-третьих, сейчас в храме находится особо почитаемая икона — образ Божией Матери «Всех скорбящих Радость» с грошиками, одиннадцатью медными монетками, которые чудесным образом пристали к иконе после того, как в часовню, где она находилась, в 1888 году ударила молния. В 2017 году в восьми километрах от «Кулича и Пасхи» начали восстанавливать Скорбященскую церковь, и есть планы после окончательного завершения работ перевезти икону с грошиками туда.

В «Кулич и Пасху» приходят с очень разными проблемами. Иногда с такими, что больше и обратиться некуда. В храме на глазах корреспондента развернулся такой разговор.

— Вот, батюшка, женщина просит сорокоуст заказать, а имени человека не знает. Как я могу записку принять, без имени-то? — с таким вопросом сотрудница лавки подвела к священнику взволнованную пожилую даму.

— За кого хотели сорокоуст заказать? — спросил батюшка.

— Я не знаю, за кого, — ответила дама. — Два года ко мне на дачу мужчина ходит. Не улыбайтесь, это не смешно. Он ходит настойчиво, даже приставал ко мне. — И, помедлив, добавила: — Но его никто, кроме меня, не видит.

На этих словах к разговору подключилась свечница.

— Мертвый ходит? — уточнила она.

— Конечно! Я уже и молилась, и свечки ставила, ходит всё равно.

— Так это к вам не человек ходит.

— А кто же?

— Как кто? Враг рода человеческого.

Порешили, что сорокоуст в такой ситуации заказывать не надо. Надо молиться, причем усердно.

После пандемии коронавируса штат служителей «Кулича и Пасхи» сократился более чем вдвое. Когда храм был закрыт для богослужений из-за карантина, всех отправили по домам. Да и сейчас штатные позиции закрыты по минимуму. Прихожан в последние годы тоже стало меньше, но это началось еще до ковида. В былые годы в «Кулич и Пасху» ездили с правого берега Невы, из Рыбацкого, Металлостроя и даже из Колпино. А потом в спальных районах построили новые церкви, и люди разошлись по ним. Сейчас в «Куличе и Пасхе» несколько сотен постоянных прихожан, по воскресеньям причащается человек по 60 на ранней литургии и еще столько же — на поздней. В период Великого поста прихожан становится больше.

Иерей Георгий Голубев — потомственный настоятель. Его отец, Виктор Голубев, пережил блокаду Ленинграда и недавно отметил 92-летие. Когда по немощи он больше не смог служить, назначение получил его сын, который уже был на тот момент исполняющим обязанности.

«Это назначение не все восприняли, — рассказали «Фонтанке» в клире. — Некоторые чаяли назначение другого преемника, отца Владимира. Он в итоге перешел на Карповку, в храм Иоанна Кронштадтского. С тех пор прошло больше десяти лет».

О матушке Нине говорят тепло, что не идеальная она была, как и все мы. Например, в ее прямые обязанности не входило вникать в приходские нужды, матушки же обычно только домом и семьей занимаются. Активность Нины Голубевой не всем в клире нравилась, потому что священники не всегда понимают, когда распоряжаются женщины. Нет, она не командовала, но, решая какие-то организационные вопросы, могла вовлечь в орбиту своей активности всех, кого считала нужным.

Подозреваемый в убийстве служил в храме лет пять. Он был прорабом, имел большой опыт в ремонтных работах. Занимался теплосетями, электричеством, фактически был завхозом. Организовывал работы во дворе, приглашал рабочих что-то вскопать, плитку уложить. «Расплачивался иногда из своих средств, — говорит отец Василий. — Он же организовывал работы по мытью и покраске купола храма. Я не видел в нем склонности к стяжательству. В праздники, когда людей много, он мог исполнять функции свечника, был звонарем. Конфликтов я не помню, разве что пикировки словесные могли быть. Станислав человек остроумный очень. Мог и поиронизировать над матушкой, но всегда в корректной форме. Матушка понимала, что он очень полезен, на нем многие работы завязаны. Знаете, как раньше при европейских дворах был шут, который мог какую-то обличительную правду сказать. Вот что-то такое было в их отношениях».

Могли ли у матушки быть причины желать увольнения завхоза и фактически правой руки настоятеля, в причте не знают. Все признают, что он был ценным кадром. Мог сам, например, заменить проводку, что-то покрасить, утеплить окна к зиме. А до его прихода каждый раз приходилось нанимать бригады рабочих.

«Раньше с этим было проще, потому что часть работ могли оплачивать спонсоры, — говорят в клире. — Сейчас экономическая ситуация в стране стала сложнее и храмов стало больше. Предприятие соседнее (через дорогу от храма находится Обуховский завод. — Прим. ред.) нам помогает с клумбами, оградками, по сварке, в цехах своих какие-то элементы делают».

Зарплата в тридцать тысяч считается среди штатных сотрудников храма высокой. «В пандемию и вовсе сидели на пяти тысячах в месяц, выживали за счет накоплений, у кого какие были, — буквально на этих словах у священнослужителя звонит телефон. Механический голос предлагает взять кредит на выгодных условиях. — Но в храм идут не для того, чтобы зарабатывать. Никто не держит здесь насильно, хочешь зарабатывать — иди курьером или кассиром».

Когда будут отпевать матушку Нину, пока неизвестно.

«Мы в подавленном состоянии, — говорит отец Василий. — Сейчас же не девяностые годы. И к тому же подозреваемый — наш работник. Такое церковный человек мог совершить только в большом помрачении ума. Получается, у нас сразу две смерти. Убийца же и собственную душу своим преступлением губит».

Венера Галеева, «Фонтанка.ру»