Разговоры на кухне. Сергей Рукшин вспоминает о Викторе Мережко

Мой добрый знакомый и собутыльник, последний, кто поддерживал дух интеллигентских посиделок на кухне, замечательный сценарист и режиссёр Виктор Мережко умер 30 января от постковидной закупорки сосудов.

Он был удивительно щедр и талантлив. Первый фильм по его сценарию был снят, когда он был ещё студентом-второкурсником. С нами остались «Здравствуй и прощай!», «Родня», «Полёты во сне и наяву», которые наряду с «Осенним марафоном» и «Отпуском в сентябре» ворвались в наше сознание неизбывной болью. Он оставил нам замечательную, по-шукшински исповедальную прозу о наших без вины виноватых современниках, о бескорыстной человеческой доброте, жалости, сострадании ближнему — обо всём, чего так недостаёт нам в жизни.

Он очень переживал за современное российское кино и воспитание молодёжи. Вот несколько цитат из его интервью и разговоров на кухне: «Если снимают картины, так Россия у них — дерьмо, люди — свиньи, пьяницы, алкоголики, воры и ничтожества. Как говорит Кончаловский, создаётся представление, что это вокзальный сортир в каком-то провинциальном городке. Нельзя снимать кино о моей стране, о моём народе в таком унизительном, уничижительном виде! <> Цензура должна быть идеологической, и, конечно, кроме свободы творчества должны быть заказные работы, которые курируются государством. И государственные телеканалы должны приоритетно показывать эти заказанные страной и для страны работы. Людей нужно воспитывать. Мы уже потеряли не одно поколение молодых людей. Они воспитаны на попкорне и на компьютерном кино». Поэтому он очень переживал за российское кино. И фестивали, особенно за выборгский — «Окно в Европу». Он обладал замечательной щедростью души и умением умно и глубоко говорить о, казалось бы, простых вещах. И очень сильно, по-детски переживал, когда режиссеры искажали или ругали его сценарии. Одна история с Балаяном, которого прославил фильм по сценарию Мережко, оставила долго не заживавшие рубцы на его душе...

Он был категорическим противником улучшения экономической ситуации за счет привлечения трудовых мигрантов, опасался, что Россия превратится фактически в колонию — особенно на фоне параллельного процесса деградации нравственности, развития неуважения к собственной нации и Родине. Когда в угоду сиюминутной политической выгоде мы заливаем чёрной тушью (он говорил грубее) целые пласты нашей истории, хранящие страницы нашей славы и национальной гордости. И возводим скорбные монументы преувеличенным конъюнктурой негативным эпизодам, рассматривая их в микроскоп.

Последние полтора десятка лет он жил в Петербурге на соседней улице и захаживал на рюмочку водки в кухне или зазывал на рюмку чачи и душевные разговоры. Он был удивительным застольным собеседником, умным, чутким, умеющим слушать. Пожалуй, последние четыре года он больше многих других способствовал желанию продолжить жить и работать. Свой последний, 84-й день рождения он праздновал минувшим летом в грузинском ресторане (в который я когда-то затащил его, встретив на Литейном в проливной дождь) и строил планы на широкое 85-летие... Не случилось. Прощай, Виктор Иванович! Пока я жив — моя Светлая память. И надеюсь, что я не единственный.

Сергей Рукшин — основатель и руководитель Санкт-Петербургского центра математического образования для одаренных школьников, народный учитель России, профессор Государственного педагогического университета им. А. И. Герцена.