21 комментарий к публикации

«Я искренне извиняюсь, больше так не буду». Задержанный за «интимные» фото у храма Василия Блаженного блогер попросил прощения (видео)

30 сентября 2021, 19:24

1 октября 2021, 04:23

Пожизненная депортация. Кишлак его Родной дом. За счёт России и русского народа живёт у нас дома и тут же обсерает наши традиции,нашу правохранительную систему и миграционку. Вот из-за таких русских низких женщин все начали об нас ноги вытирать у нас же дома. А потом парни идут и кровью честь защищать. Убил КПСС в народе достоинство.

266191188

1 октября 2021, 01:19

nuga

1 октября 2021, 00:18

Силуанов готовит подарок иностранным гражданам ,их налогообложение приравняют к россиянам.Сейчас они платят 30%,будут платить 13%.Все делается,чтобы Россия превратилась в проходной двор.Россиянам вечное повышение тарифов,пенсионного возраста,изъятие через НДС 600 млрд в год ,заморозка накопительной пенсии,а об иностранцах власть заботится так,что не спит,выдумывая очередную поблажку для заманивая на территорию страны,создавая безработицу ,конкуренцию за рабочее место в малых городах,выплачивая роженицам иностранкам по 20 тыс в московских роддомах.И будущие пенсии мигранты будут получать из бездонной кубышки российского пенсионного фонда.

пазузу

30 сентября 2021, 22:51

"- Вон из квартиры - сегодня, - монотонно повторил Филипп Филиппович, щурясь на свои ногти. Какой-то нечистый дух вселился в Полиграфа Полиграфовича; очевидно, гибель уже караулила его и срок стоял у него за плечами. Он сам бросился в объятия неизбежного и гавкнул злобно и отрывисто: - Да что такое в самом деле! Что, я управы, что ли, не найду на вас? Я на 16 аршинах здесь сижу и буду сидеть. - Убирайтесь из квартиры, - задушенно шепнул Филипп Филиппович. Шариков сам пригласил свою смерть. Он поднял левую руку и показал Филиппу Филипповичу обкусанный с нестерпимым кошачьим запахом - шиш. А затем правой рукой по адресу опасного Борменталя из кармана вынул револьвер." "Кошмарного вида пес с багровым шрамом на лбу вновь поднялся на задние лапы и, улыбнувшись, сел в кресло. Второй милиционер вдруг перекрестился размашистым крестом и, отступив, сразу отдавил Зине обе ноги. Человек в черном, не закрывая рта, выговорил такое: - Как же, позвольте?.. Он служил в очистке.."