Из нефти делают не только бензин, пластик и моторные масла. Она может стать основой для искусственных органов, компонентов вакцин и материалов, способных работать в космосе. Причем далеко не все ее возможности ученым уже известны.

Что еще можно обнаружить в сырье, которое человечество перерабатывает больше ста лет, зачем изучать его химический состав на молекулярном уровне и как новые разработки помогают обходиться без импортного оборудования, «Фонтанке» рассказал петербургский химик Андрей Ботин, заведующий лабораторией хроматографии. Его портрет (как и других молодых ученых, участников проекта «Десятилетие науки и технологий») появится на билбордах российских городов в этом году.
— Чем занимается лаборатория и как ваши исследования заметили на национальном уровне?
— Моя команда разрабатывает новые методы химического анализа нефти. Традиционно нефтяники смотрят на то, как продукция с заводов ведет себя в двигателях, или, например, анализируют ее экологические свойства. Мы же идем глубже — изучаем детальный химический состав углеводородных соединений. Нефть — это ведь конструктор для создания самых разных продуктов и полезных веществ. Например, из нефти синтезируют компоненты вакцин, способствующие их правильному всасыванию, и пищевые масла для сохранности овощей и фруктов. Результаты этой работы вокруг нас каждый день.
Последние годы наша лаборатория получила несколько патентов на свои разработки, а я защитил диссертацию кандидата химических наук в области нефтехимии, и эта работа была замечена.
— Нефтяная индустрия существует больше века, в ней еще осталось что-то неизученное?
— Нефтепереработка постоянно меняется. Если раньше нефть ассоциировалась в первую очередь с топливом — бензином, авиакеросином, дизелем, то сегодня это ценное сырье для создания материалов и компонентов, востребованных в самых разных отраслях: космонавтике, медицине, фарминдустрии, сельском хозяйстве и строительстве. Из нефти возможно получить материалы для работы в космосе, создать синтетические ткани для искусственных органов, компоненты для вакцин и лекарственных препаратов. Здесь до сих пор можно сделать то, чего до тебя не делал никто в мире. Наша задача как ученых — находить в этом сырье новые возможности и превращать их в технологии.
— Как к вам пришло решение заниматься наукой и почему выбрали именно область, связанную с инновационной химией?
— Еще в школе, когда я увлекся химией и был призером на всероссийских олимпиадах, я решил, что не хочу уходить в чистую науку, потому что мне важно видеть, как мои результаты работают в реальной жизни. В Ярославле, где я родился, есть современный нефтеперерабатывающий завод, работа которого меня заинтересовала и привлекла в эту отрасль. Сейчас у меня есть возможность заниматься наукой и участвовать в реализации проектов, важных для страны.
— Кто заказчик ваших проектов и где применяются результаты вашей работы?
— Наши исследования и разработки ведутся в интересах компании «Газпром нефть», но их результаты выходят за рамки одной компании и находят свое применение в различных отраслях промышленности.
Один из последних проектов — разработка новой методики анализа топливных присадок. Раньше такие исследования требовали наличия импортного оборудования. Теперь их можно проводить на более доступных приборах. Это расширяет возможности для исследований, ускоряет контроль качества нефтепродуктов и укрепляет импортонезависимость отрасли.
— Если смотреть глобально, какие направления разработок в вашей сфере «выстрелят» через 10-20 лет?
— Я уверен, что будущее за нефтехимией и созданием функциональных материалов. Любые фундаментальные прорывы — в биоинженерии, космонавтике или атомной энергетике — невозможны без новых полимеров или композиционных материалов с особыми свойствами. А все они делаются на основе производных из нефти.
Исследуя неочевидные свойства углеводородных материалов сейчас, мы создаем базу на следующие десятилетия. Это игра вдолгую, которая потребует много ресурсов, но именно она открывает новые возможности для технологий будущего.
















