В Петербурге строят мебельный завод. Первоначальная смета в 438 млн рублей уже устарела

В Приморском районе Петербурга строят деревообрабатывающую фабрику. На площадке уже забивают сваи под фундамент — в этом убедился журналист «Фонтанки». За два года с момента анонса проекта подорожали оборудование и подключение к инженерным сетям. Первоначальную смету в 438 млн рублей предстоит пересмотреть, но новую сумму инвестор пока не называет.

О том, что Смольный выделил 4,34 га земли под новое производство, стало известно еще в 2024 году. Тогда же инвестиции оценивали в 438 млн рублей. Производственные площадки займут 23,9 тыс. кв. м. Проект развивает ООО «СитиСтройальянс». Компанию связывают с Александром Шестаковым — генеральным директором ЗАО «Первая мебельная фабрика». Предприятие работает в Петербурге с 1945 года, а его оборот в 2025-м составил 3,2 млрд рублей.

За два года экономические условия проекта изменились. Среди причин Шестаков назвал «Фонтанке» удорожание оборудования и технологического присоединения к инженерным сетям.

«За прошедшие два года экономические условия реализации инвестиционных проектов существенно изменились. В частности, выросла стоимость технологического оборудования и технологического присоединения к инженерным сетям», — объяснил он.

Первоначальную оценку в 438 млн рублей теперь необходимо пересмотреть. Окончательный объём вложений инвестор обещает определить после подсчёта всех затрат на строительство, оснащение предприятия и подключение инфраструктуры. Новую смету Шестаков пока не раскрыл.

Проект профинансируют из собственных средств инвестора, стороннего соинвестора не будет.

Оформлять новую фабрику как ещё один цех «Первой мебельной» не будут. Для проекта создали отдельное юридическое лицо — ООО «СитиСтройальянс», со своей собственной экономикой, стратегиями и задачами.

Шестаков объяснил «Фонтанке» решение необходимостью разделить управление и инвестиционные решения.

На новой площадке собираются выпускать продукцию для профессиональных заказчиков. Речь идёт об изделиях, рассчитанных на интенсивную эксплуатацию, с повышенными требованиями к износостойкости, влагостойкости и экологической безопасности.

«Наша задача — предложить рынку технологичный продукт с оптимальным соотношением качества, функциональности и стоимости», — говорит Шестаков.

Кто станет основными заказчиками, пока не уточняется. Не определились пока и с брендом.

Ранее для фабрики заявляли проектную мощность в 62 тыс. дверей и 38 тыс. панелей в год. Сохраняются ли эти показатели после пересмотра сметы и изменились ли планы по ассортименту, Шестаков не уточнил.

Землю под фабрику Смольный предоставил в рамках механизма масштабного инвестиционного проекта (МИП). Этот механизм позволяет городу предоставлять участки под определённые инвестиционные проекты на специальных условиях.

По словам Шестакова, часть мер поддержки может стать доступна после завершения строительства и ввода предприятия в эксплуатацию. Какие именно меры применимы к проекту, он не уточнил.

Действующее производство «Первой мебельной» оснащено европейским оборудованием, которое продолжает работать. Для нового предприятия рассматривают другие варианты поставок.

По словам Шестакова, европейское оборудование стало менее доступным, тогда как азиатские производители за последние годы заметно продвинулись в технологиях.

«Сегодня мы рассматриваем оборудование азиатских производителей как перспективное решение, способное обеспечить необходимый уровень качества, производительности и экономической эффективности», — говорит он.

Новый завод получит собственный комплект оборудования: линии действующей фабрики заточены под выпуск корпусной мебели, поэтому переносить их в Ольгино не планируют.

Завершить строительство рассчитывают в 2028 году. Шестаков утверждает, что пока пересматривать сроки не собираются.

«Мы ориентируемся на завершение реализации проекта в сроки, предусмотренные инвестиционными обязательствами. На сегодняшний день оснований для пересмотра этих сроков мы не видим», — говорит он.

При этом одним из наиболее значимых факторов для графика остаётся подключение к инженерным сетям.

«Мы уделяем этому вопросу особое внимание и учитываем необходимые сроки подключения при планировании дальнейших работ», — отмечает Шестаков.

Какие именно сети предстоит подвести и когда должно завершиться подключение, инвестор не уточнил. Поэтому оценить, насколько этот фактор может повлиять на запуск производства, пока сложно.

Перерабатывать отходы своими силами пока не планируют — к утилизации собираются привлечь профильные организации. Шестаков объясняет: отходы переработки древесных плит могут содержать связующие компоненты, поэтому их утилизировать следует по специальным технологиям и с соблюдением экологических требований.

«Создание собственной системы переработки отходов не относится к первоочередным задачам проекта, однако возможность развития этого направления рассматривается в рамках долгосрочной стратегии», — говорит он.

Шестаков в разговоре с «Фонтанкой» признает: кадровый вопрос сегодня один из острых для промышленности. Но, по его словам, новое производство будет существенно отличаться от традиционных деревообрабатывающих предприятий.

«Мы ориентируемся на высокую степень автоматизации и роботизации технологических процессов, что позволяет повысить производительность труда и снизить зависимость от большого количества узкоспециализированных работников», — говорит он. У компании уже есть опыт подготовки специалистов своими силами: ставку сделают на «формирование собственных профессиональных компетенций, обучение сотрудников и передачу практического опыта».

Новый завод строят в непростое для отрасли время. По данным Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АПМДПР), в первом квартале 2026 года розничные продажи мебели сократились примерно на 10% год к году. Летом потребительские расходы на мебель и предметы интерьера также оставались ниже прошлогодних.

«За последние два года рынок просел и не растёт», — отметил в разговоре с «Фонтанкой» генеральный директор АПМДПР Тимур Иртуганов. По его словам, производители сталкиваются одновременно со снижением спроса и ростом издержек.

Некоторую поддержку рынку может дать сезонный спрос осенью и перед Новым годом. Однако рассчитывать на резкое восстановление пока не приходится, полагает он.

«В натуральном выражении объём производства мы ждём примерно по уровню прошлого года», — говорит Иртуганов.

По данным Росстата, в 2025 году в России произвели 98 млн единиц мебели — на 1,1% больше, чем годом ранее. При этом выпуск бытовой мебели сократился на 3,3%, до 71,9 млн единиц, а офисной — вырос на 15,6%, до 26,1 млн единиц. В денежном выражении производство мебели увеличилось на 4,9%, до 547,6 млрд рублей. В АПМДПР тогда отмечали, что официальная статистика в натуральном выражении не вполне отражает ситуацию на рынке. По оценке Ассоциации, при пересчёте по методике, действовавшей до лета 2025 года, производство за год сократилось почти на 10%.

По словам участников рынка, сдерживает спрос высокая ключевая ставка: дорогие кредиты заставляют покупателей откладывать крупные покупки, а бизнесу усложняют финансирование. Но мебель приобретают не только при покупке новой квартиры. Существенную роль играют вторичный рынок жилья и обновление интерьера.

На фоне охлаждения розничного спроса производители обращают внимание на корпоративных клиентов. По словам Иртуганова, в 2025 году заказы бизнеса поддержали мебельную отрасль и помогли смягчить спад. В 2026-м сопоставимого объёма заказов, по его оценке, уже нет.

В то же время выпуск офисной мебели в 2025 году вырос на 15,6%, до 26,1 млн единиц. Это один из сегментов, на который производители рассчитывают на фоне снижения розничного спроса. Поэтому ориентацию нового предприятия на профессиональных заказчиков в нынешних условиях Иртуганов считает логичной.

Но окончательно оценить расчёт инвестора можно будет после запуска фабрики — когда станут известны её производственные мощности, состав заказчиков и фактический объём заказов.